Мальчишник без правил - Наталья Солнцева

– Каких «конкурентов»? – перебила Лариса.

– В таких делах всегда есть конкуренты. Боюсь, не только мы интересуемся камнем. Наверняка есть еще желающие завладеть им. И Вернер – один из них. Вот почему он послал своего кота нам на подмогу!

В салоне «хендая» было сумрачно. Над городом плыли тучи, роняя колкий снег. Прохожие поднимали воротники и надевали капюшоны.

– Хромой – это не Гена Каневич, – сказала Лариса. – Я уверена.

– Кто-то другой косит под него? Зачем?

– Чтобы запутать следы.

Они пытались разгадать головоломку, в которой увязли по уши. Мертвая гейша, «Чайный домик», загадочный штабс-капитан, который более века назад спрятал камень из перстня покойника в металлическую капсулу, где тот сохранился до наших дней, Бартини с его теорией времени, Хромой убийца, друзья-мажоры… Как совместить несовместимое?

– Это Бартини позаботился, чтобы камень не попал в руки Хромого, – осенило Ларису. – Отвел его внимание и заставил совершить ошибку. А потом привел Алека к тайнику.

– Хромой от своей цели не откажется! – воскликнул Ренат. – Даже если ради этого придется усеять дорогу трупами.

– Мы можем ему помешать?

В тишине сигнал телефона прозвучал оглушительно. Лариса вздрогнула, а Ренат посмотрел на высветившийся номер и присвистнул.

– Алла?..

* * *

Алек подставил голову под ледяную воду, после чего долго отфыркивался, вытирался и, стоя перед зеркалом, изучал свое лицо. Благородный овал, высокий лоб, ровный нос, красивые полные губы, ямочка на волевом подбородке. Картину немного портит отросшая щетина и тяжелый взгляд.

«Неужели так выглядит убийца?»

Алек сел на край ванны и задумался. В голове было пусто и гулко, как в бочке, руки дрожали. Немного протрезвев, он позвал жену, но та не откликнулась. Неровной походкой Алек обошел квартиру, заглянул повсюду – Аллы дома не было.

– Куда ее черт понес?

Слоняться из угла в угол с мыслью о мертвой Юко было невыносимо. Звонить отцу он не посмел. Тот в бешенстве, надо дать ему время остыть.

Алек покрутил в руках ключи от машины в надежде, что утраченный брелок окажется на месте, убедился в обратном и пригорюнился.

– Эй, Щеголь? – обратился он к призраку. – Ты где? То ходил за мной по пятам, а теперь исчез? Нехорошо бросать товарища в беде! Знаешь об этом?

Похоже, Щеголь не обременял себя дружеским долгом.

«Есть ли у меня настоящие друзья? – подумал Алек. – Пожалуй, один Гена… да и тот оказался предателем. Подвел под монастырь… Ради хохмы! Такое не прощают».

Обсудить сложившуюся ситуацию и посоветоваться ему было не с кем. Мать поднимет бучу, закатит истерику. Алла не заслуживает доверия, а Юко…

«Юко нет в живых? Или я сошел с ума?»

– Черт! Черт! – Алек сжал кулаки и пнул ногой мраморную подставку для раковины. – Я этого не делал!.. Я не хотел…

Мертвое лицо гейши стояло у него перед глазами и взывало о возмездии.

– Я отомщу! – пригрозил он кому-то незримому. – Юко, Юко! Этого не должно было случиться…

Слезы потекли по его небритым щекам, во рту стало солоно. Это кровоточила прокушенная губа.

А что, если весь этот ужас – просто нервная горячка, бред? Юко жива и здорова; визит отца – иллюзия; поездка в Озерное – галлюцинация? Такой же мираж, как каменистая пустошь посреди города…

Алек вспомнил, как хотел выпрыгнуть в окно или сигануть с балкона, и прислушался к себе. Сейчас на такие подвиги его не тянуло.

– Юко жива!.. – неистово твердил он. – Жива!.. Никакого трупа я не видел… Никакого Щеголя нет!.. Ничего не было!.. Мне все померещилось…

Алек метался по комнатам, подобно дикому зверю, тщетно звал Щеголя, отсутствие которого давало ему надежду. Призрак испарился так же, как и все прочие проявления безумия.

Наконец парень решил на свой страх и риск съездить в «Чайный домик» и убедиться, что он не псих, а Юко в порядке. Пусть она хотя бы выглянет в окно! Этого будет достаточно. Он не пожалеет денег, лишь бы увидеть ее…

Алек поспешно переоделся и выскочил из дому. На лестничной клетке мелькнула тень, которую он принял за Щеголя.

– Опять ты?.. Не-е-ет, приятель! Хватит с меня твоих фокусов…

* * *

После разговора с Ларисой в кафе Гена поехал прокатиться, развеяться и подумать о своих следующих шагах. В машине он чувствовал себя полноценным мужчиной, а не жалким калекой. «Бумер» слушался его беспрекословно, по мановению его руки набирал скорость, легко мчался сквозь снегопад. Дома и мосты тонули в белом мареве, небо потемнело, включенные фары встречных авто казались глазами механических существ на колесах, которые заполонили город.

Гена впервые ощущал себя гостем в Москве, – запруженной транспортом, застроенной типовыми высотками и новыми деловыми зданиями, освещенной неоном, прожекторами и гирляндами разноцветных лампочек. Внешний мир теперь казался ему иллюзией, а внутренняя иллюзия – реальностью. Возможно, это последействие шаманского порошка.

Он перебирал в уме слова Ларисы и пытался согласовать их с собственными видениями и мыслями. Судя по всему, в начале прошлого века он был участником то ли заговора, то ли какой-то шпионской аферы, связанной с Порт-Артуром.

«Какую роль в этом играл перстень, который я должен был передать штабс-капитану под огнем японских гаубиц? Почему встреча была назначена именно там, в траншее? Не удивительно, что она сорвалась. Театр военных действий – не лучшее место для таких вещей. Или как раз наоборот? Смертельная опасность, неразбериха, дым, грохот и стрельба – весьма подходящая среда для темных делишек».

«Рыбку хорошо ловить в мутной воде!» – согласно кивнула Лариса.

«Вода оказалась слишком мутной, – мрачно заметил он. – Хорошо, что штабс-капитан отыскал меня в лазарете. Вернее, в мертвецкой… и догадался забрать перстень у медсестры. Иначе тот мог просто затеряться, пропасть!»

«Такие вещи не пропадают бесследно».

«Значит, кольцо попало в нужные руки? – осведомился Гена. – Моя миссия завершена?»

Лариса пожала плечами, а сам он не смог ответить на этот вопрос.

Вспоминая подробности их беседы, Гена свернул на Кутузовский. Он вел машину знакомым маршрутом к дому Алека Тисовского.

«Алек как-то связан с этой историей? – спросил он у Ларисы. – Раньше мы всегда делились друг с другом своими проблемами. Но в последнее время перестали находить взаимопонимание. По ходу, он на меня обижен. Обвиняет черт знает в чем, перестал общаться. Нас обоих колбасит!»

Она отвечала уклончиво и, казалось, потеряла интерес к разговору. Только когда Гена вспомнил, что шаман часто размахивал в воздухе пером из головного убора, Лариса оживилась и начала выпытывать разные мелочи. Однако никакого особого смысла он в этом не усмотрел. Подумаешь, перо! Перед ним стоит серьезная задача: довести до конца таинственное дело с перстнем.