Щит царя Леонида - Наталья Александрова

Судя по вчерашним словам доктора Костаки, Савицкий мертв, теперь уже по-настоящему, но мне-то что с того? Все так и думали, что он мертв уже больше года. И я, кстати, тоже. И денег от него никаких не осталось.

Я вспомнила свое видение в зеркале, как я стою в серьгах с бриллиантами, и кольцо обручальное тоже с камнем. Теперь-то я знаю, что это все были имитации, а настоящие драгоценности хранились в банке.

То есть так сказал мне Савицкий, а на самом деле их там уже и не было. Зачем ему их оставлять, если с женой будет покончено в ближайшее время? Нет, все-таки скотина какая… слов нет. Ну, про него можно забыть.

Ни до чего не додумавшись, я отправилась на работу.

Милка шепнула мне, что шеф распорядился выдать мне все документы, но чтобы на характеристику я не рассчитывала. Если, мол, кто позвонит с той работы, куда я устроюсь, то он сам лично так меня распишет – в тюрьму и то не примут.

Я только отмахнулась и отправилась в бухгалтерию.

А там оказалось, что потеряли мою трудовую книжку. Было очень забавно наблюдать за лицом бухгалтера Светланы Сергеевны. Она-то точно помнила, что приняла от меня все документы и положила в конверт, а теперь в конверте только мое заявление и копия диплома, а книжки нету. Я-то сразу поняла, что это дело рук доктора Костаки (чтоб ему в камере досталось место у самой параши), загипнотизировал он бухгалтершу в свое время, но, вспомнив, сколько мелких гадостей сделала мне Светлана Сергеевна, решила помалкивать. Да и что я могла сказать, все равно никто не поверит.

– Я вам ее сдавала, – повторяла я монотонно, – без книжки вы меня на работу не приняли бы, так что ищите или восстанавливайте сами.

В конце концов, Светлана Сергеевна сжала виски и сказала, что все сделает.

На выходе кто-то набросился на меня сзади, обхватил за плечи.

– Димка, – сказала я, – что за манеры.

Он развернул меня к себе, и тут взгляд его изменился, стал более серьезным.

– Прости… те, – промямлил он и отвел глаза.

– Да ладно, – я улыбнулась, – ты чего, Димка, мы же друзья…

– Алина, – он смотрел на меня очень серьезно, – у тебя неприятности?

– С чего ты взял?

– С того, что ты – это не ты, ты очень изменилась.

Ого, а Димка, оказывается, не такой уж балбес, каким кажется! Я хотела отшутиться и уйти, но потом подумала, что на данное время Димка мой единственный друг, больше у меня никого нет. И он может помочь хотя бы разобраться с документами. Но могу ли я все ему рассказать? Потому что, если использовать его втемную, это свинство.

– Пойдем! – Он потянул меня к выходу. – Посидим в спокойном месте.

– Тебе же работать надо… – Я колебалась.

– Да если ты увольняешься, то мне тут вообще делать нечего! – возмутился Димка.

И в тихом полутемном зале кафе я рассказала ему про эксперимент доктора Костаки и про Савицкого, не называя его фамилии. Про Лису и мои приключения он и сам уже знал. И про клинику Шарко тоже.

Но ни слова про Карпова и щит, это не мои дела, ни к чему болтать. Не знаю, поверил ли Димка или же просто хорошо ко мне относился.

– Что нужно? – спросил он, и больше никаких вопросов не задавал.

Нет, все-таки хороший парень! Я положила перед Димкой свой паспорт.

– Мне нужно узнать, можно ли с ним жить спокойно, – твердо сказала я. И добавила: – Что я не преступница в бегах, никто меня не ищет.

– Да я уж понял, – пробормотал Димка, – но с этим не ко мне, я не справлюсь.

– Стало быть… снова к Симе?

– Угу. Только через зоомагазин.

Снова мы оставили машину на проспекте и долго шли проходными дворами. На железной двери по-прежнему выделялась надпись голубой краской «Худяков – козел». Только внизу под розовым «Одобряю» было еще несколько записей разными почерками: «Я тоже», «я тоже» и «я тоже».

На этот раз хакерша встретила нас более благосклонно, а ее хорек Сима даже позволил почесать себе загривок. Дима отдал Симе угощение, и мы прошли в рабочий кабинет.

– Ну, что у вас на этот раз? – осведомилась хакерша своим скрипучим голосом. – Еще какой-нибудь телефон отследить? Или взломать сайт Центрального разведывательного управления?

– Да нет, что ты! – Дима вежливо хихикнул, показывая, что оценил ее юмор. – Для начала взгляни на этот паспорт. Как он, на твой взгляд, – настоящий?

Дима протянул ей мой паспорт. Хакерша посмотрела на него, потом перевела взгляд на меня:

– Твой?

– Вот это мы и хотим выяснить! – ответил за меня Димка.

Хакерша вложила паспорт в сканер, отсканировала все его страницы и запустила какую-то программу.

Через несколько минут она задумчиво проговорила:

– Для начала – он не поддельный. По крайней мере, так считает эта программа, а она в таких вещах разбирается.

– Не поддельный? – удивленно переспросила я. – Но ведь это не моя фамилия…

Димка строго взглянул на меня – мол, не болтай лишнего. И то верно, что это я…

Хакерша перехватила этот взгляд и усмехнулась:

– Да ладно, меня ваши тайны мадридского двора не волнуют! А из того, что паспорт настоящий, вовсе не следует, что ты – Алина Викторовна Воробьева. Просто кто-то взял паспорт этой Воробьевой и вклеил в него твою фотографию.

– А можешь ты узнать что-то про эту самую Воробьеву?

– Чего уж проще…

Девица выбила дробь на клавиатуре компьютера, и по экрану побежали какие-то непонятные символы. Мне показалось, что я смотрю фильм «Матрица».

– Ну что, эта Воробьева действительно родилась в городе Анчайске, в тот самый день, который указан в паспорте…

Я мысленно отметила, что по паспорту я на два года моложе, чем на самом деле. Ну, в этом нет ничего плохого…

– Алина в том же городе закончила среднюю школу, после чего переехала в Петербург. Угу, полиграфический техникум, еще секретарские курсы, потом работа в одной фирме… так, директора потом посадили, бухгалтер вовремя сбежала… эта дурочка Алина устроилась уж вовсе в криминальную фирму, наверное, в приличную не брали, жила с хозяином, но недолго…

– Это откуда известно? – прищурилась я.

– А он на ее имя записал кое-какое имущество, а потом слинял в Финляндию. На Алину тут наехали по полной, все отобрали, даже то, что не его было. Ей, видишь ли, комната в коммуналке досталась от тетки двоюродной. В общем, осталась девушка голой, босой и нищей. И пошла по рукам.

– И это тоже твоя чудо-программа знает? – Я уже злилась.

– Ага, она часто номер снимала в таких отелях несолидных. Очевидно, ее мужики боялись своими документами светить, а те, в гостиницах, тоже какой-то порядок соблюдали все-таки. А потом Алина Воробьева пропала, видно, совсем опустилась и «работала» уже нелегально. А год назад возникла из небытия, видно, пропала девица от такой жизни, а паспорт ее остался, вот его и продали кому-то.