Огненный холод - Антон Леонтьев

– Будем чай пить, – сказал хозяин, – с липовым медом и малиновым вареньем. Я тут надумал и пасеку завести... Что зубы скалишь? Считаешь, что я сильно изменился? А дурак тот, кто не меняется. Какая польза оттого, чтобы водку жрать, любовниц как перчатки менять, шмотки, цацки да яхты себе покупать в немереном количестве? Разве от этого станешь счастливее или обретешь душевный покой? Я знаю, что в жизни нагрешил очень сильно, поэтому, прежде чем сдохнуть, хочу кое-какие свои грехи загладить. Вот сейчас для соседнего монастыря бесплатно иконостас делаю...

Константин обратил внимание на то, что в домике Короля много икон, а также религиозной и философской литературы. Заметил и старенький телевизор.

– Нет, он не работает, да и электричество здесь частенько отключают, – перехватил его взгляд Король. – А вот радиоприемник имеется, на батарейках работает. Так что о твоих подвигах я наслышан, Бык!

Константин поставил чашку на блюдечко.

– Король, настала пора поговорить по душам. Я не убивал Грозного... Можешь мне верить, можешь не верить, но это так! А полтора «лимона» в баксах, которые я, признаюсь, украл, требовались мне для другого...

И молодой человек рассказал все как на духу, ничего не утаив от Короля.

Тот набил самодельную трубку табаком из кисета, закурил, распространяя ароматный дым. Ни разу не перебил, а только слушал. Прикрывал на время глаза и слушал. Костя замолчал, повисла пауза.

– Ценю, что ты правду рассказал, – изрек наконец Король. – Другой на твоем месте стал бы юлить, себя выгораживать, оправдываться. А ты признался в том, что спал с женой своего босса и умыкнул его деньги. А это, как ни крути, Бык, преступление и нарушение нашего воровского закона!

Костя понурил голову, а Король продолжил:

– Но сделал ты так, потому что любил и, наверное, все еще любишь... Хм, думаешь, я не знаю, что значит любить? Эх... А девка эта, Алиса, мне сразу не понравилась. Вся такая сладкая, а в глазенках мелькают хитрость и алчность. Я Грозному прямо свое мнение и сказал. А он обиделся, со мной отношения разорвал. Ну а Скелет... Помню его юнцом, уже тогда гонору было много, твердил на каждом перекрестке, что обязательно боссом станет. А мозгов у него – ни на грош! Сейчас баба им управляет, а когда он сыграет свою роль, она и от него избавится. Мужики, конечно, сволочи, но если попадется им на пути такая вот хитрющая баба, то пиши пропало.

Попыхивая трубочкой, Король прошелся по комнате, заложив руки за спину и о чем-то думая. Тяжело вздохнул, прежде чем заговорить.

– Вообще-то я дал обет, что завяжу с криминалом. И даже свечку Богородице ставил. Но, видимо, придется подождать с уходом на пенсию. Да и какой толк в справедливости на том свете, если нет ее, справедливости, на этом? Значит, так, Бык. Остаешься у меня в домике и никого не впускаешь. Знаю я молодых да горячих, для них никто уже авторитетом не является, мерило всего – деньги. Они за три рубля прирежут собственных родителей, что уж говорить о миллионе долларов, обещанных за твою голову. Сиди здесь, а мне надо позвонить.

Король ушел и вернулся только часа через полтора. Сказал, потирая руки:

– Ну, вроде бы все, что возможно, сделано. А теперь надо, Бык, немного подождать. Учти, главное для человека – терпение! А ни у бабы той, вдовы Грозного, ни у Скелета его нет. Хотят все и сразу. А жадность, как известно, фраера погубит!

Посреди ночи Константина разбудил шум – кто-то ввалился в дом. Он бросился из спальни в жилую комнату и увидел нескольких молодых отморозков, избивавших Короля ногами.

– Где он, дед? Говори, живо! Эй, а то замочим, как сявку!

Типы, заметив Костю, оставили окровавленного Короля лежать ничком на полу. Один из отморозков, с пистолетом в руках, подошел к Быку.

– Пацаны, вот он! Точно, тот урод! Кто его живым или мертвым сдаст, получит «лимон» – в баксах! Это ж сколько «травки» можно на такие деньги-то купить?

Костя ударил его в лицо, и несостоявшийся миллионер рухнул на пол. Его дружки с гиканьем и матерщиной бросились на Костю, он изо всех сил отбивался от них, но те были как саранча, да и рана давала о себе знать. В конце концов он оказался на полу, корчась от ударов ногами. Забьют насмерть, подумал Константин, потому что для таких молодчиков авторитет Короля ничего не значит.

Внезапно раздался оглушительный выстрел. И еще один. Константин, убрав от лица руки, увидел, что двое типов, избивавших его, осели на пол, как мешки с картошкой. Король, державший наперевес охотничье ружье, целился в третьего. Тот, подняв руки, заканючил:

– Дед, ты чего? Ну, пошутили мы... Сейчас уйдем...

Король пальнул ему в ногу, и парень с визгом грохнулся на пол. Остальные, толкаясь в дверях, бросились прочь. Король вздохнул с горечью:

– Да, в нашем мире на одних молитвах и непротивлении злу насилием далеко не уедешь. Око за око, зуб за зуб! Эти-то ублюдки улепетнули и больше сюда не вернутся. Но теперь они знают, где ты, значит, скоро узнают и Скелет со своей бабой. И они-то, поверь мне, церемониться не будут, их охотничьей дробью не испугаешь!

Когда через некоторое время (Король как раз выталкивал раненых молодчиков из домика) около забора остановилась кавалькада черных джипов, Константин охнул:

– Вот они! Так быстро!

Король, присмотревшись, помотал головой:

– Да нет же, это мои ребята.

* * *

И правда, прибыли его бывшие подручные, которые были готовы отдать за него жизнь. Короля и Костю перевезли в загородный особняк. Король поморщился при виде тамошней сусальной роскоши:

– Ради такой вот мишуры многие и продают душу дьяволу! Ну ничего, на каждого беса найдется горсть святой воды!

Через три дня все было кончено. Костя не знал, какие уж связи задействовал Король и как ему удалось все разрулить, но обвинение в убийстве Грозного с молодого человека сняли. И Король сообщил ему:

– Скелет во всем сознался. Мои ребята умеют, если надо, из человека признание вытащить. Скелет – слабое звено в этой цепочке. Баба – та ни за что бы не сказала, сдохла бы, но осталась при своем. А Скелет жить хочет, надеется еще на пощаду. Только запомни, Бык, с врагами надо, как с нечистью адской – уничтожать полностью, без сострадания. Эх, запоганил я снова свою душу, теперь точно мне до смерти не очиститься!

Еще два дня спустя Константин в сопровождении Короля и его людей отправились в Москву. И прибыли отчего-то на территорию какой-то заброшенной фабрики. Джипы остановились, Король вышел и поманил за собой молодого человека. Они прошли в один из цехов – ржавые балки, кучи мусора, головешки давних костров, возле них шприцы...

Первым заговорил Король:

– Бык, с тебя сняты все обвинения и подозрения. Всем ясно, что тебя подставили. Но ведь из песни слов не выбросишь – ты наставил рога Грозному и украл полтора миллиона. А ведь сам знаешь, убивают и за гораздо меньшее...