Не все кошки серы - Наталья Александрова

Машина быстро неслась по темным и пустынным улицам, никто еене остановил по пути. Они очень быстро доехали до дома.

— Лолка, мы приехали, — тихонько сказалМаркиз, — отдай Гене куртку.

— Ладно уж, до квартиры вас провожу, — буркнулГена, — чтобы потом никаких непоняток не было.

— Это правильно, — согласился Леня, — разведено за нами присмотреть, то проводи.

Только кофе мы тебе все равно не дадим, поскольку устали испать хотим. Да и неохота мне с тобой кофе пить, Гена, не нравишься ты мне.Какой-то ты. Гена, непростой парень, разный очень, не знаешь, чего от тебяждать.

Как безоружного человека по почкам бить — так ты тут кактут, герой прямо, а как у тигра в клетке — так пасуешь. Уж если у тебя настройтакой — чтобы всех сразу по почкам, так и дал бы тигру уссурийскому тоже какследует.

У него небось почки тоже имеются. Хотя, может, и правильно,что не дал, тигра жалко, он все-таки редкий экземпляр, в Красной книге записан.Он бы на тебя потом в общество защиты животных пожаловался. А вот если бы онтебе по почкам, то ему бы ничего не было…

Потому что таких, как ты, — много, даже лишние есть.

— А таких, как ты? — угрожающе спросилГена. — А если я сейчас тебя?

— А это мы еще посмотрим, кто кого в честномбою, — невозмутимо ответил Маркиз, — так что не советую я тебе, Гена,задираться. Потому что у тебя приказ — вести себя тихо и делать, что я скажу. Аиначе у тебя много неприятностей может быть, за то что Деда не слушаешься. Яведь ваши порядки знаю…

— Больно умный… — буркнул боец, но на всякий случайотошел в сторонку.

Так, за приятной беседой, они вошли в подъезд, который Леняоткрыл своим ключом, потому что ночью консьержка не дежурила. Лифт отчего-то неработал, и они направились на свой пятый этаж пешком.

Однако на четвертом этаже их остановило непредвиденноепрепятствие. Препятствие это представляло собой крупную немолодую даму влиловом длинном халате чернильного оттенка. Из-под халата в некоторых местахвыглядывала сиреневая мужская пижама. Но дама этого ничуть не стеснялась, какне стеснялась она и своих впечатляющих, сильно выступающих форм, а несла их сдостоинством.

Не сразу Леня вспомнил, что дама — это нижняя их соседка,знаменитая писательница, автор выдающихся любовных романов, поражающихнеподготовленного человека обилием подробностей и живыми описаниями любовныхигр.

В прошлую их встречу, когда Ариадна Дубинина — так звалиписательницу — пришла к ним ругаться по поводу шума, она не слишком Ленепонравилась. Нельзя сказать, чтобы на этот раз соседка произвела на негоприятное впечатление, но все же было чему удивляться. В прошлый раз черты лицаАриадны Дубининой выражали суровую непреклонность, глаза смотрели строго передсобой, и ясно было, что этими глазами она видит всех насквозь, подобнорентгеновским лучам. Сейчас же на лице дамы было выражение, которое, хоть и с натяжкой,можно было назвать приветливым, впрочем, Леня определил бы его, как оживлениетигрицы перед сытным обедом. Что-то его сегодня тянуло на звериную тематику…

Глаза соседки горели зеленым огнем, кудри, прежде тщательноуложенные, выглядели несколько легкомысленно.

— Леонид? — Она сделала вид, что приятноудивилась. — Добрый вечер!

Леня поклонился. Лола, шедшая следом, буркнула что-то типа«Здрасьте», ей совершенно не улыбалось точить лясы с соседкой в такое время.

— Ах, Лолочка… Что это вы в таком виде… — рассеяннопромурлыкала Ариадна.

Леня, удивленный ее интонацией, пригляделся и все понял.Ариадна глядела на Гену.

Очевидно, она высмотрела его еще в окно, оттого и остановилалифт на своем четвертом этаже. Гена был по-прежнему в майке, куртку он отдал Лоле,и его рельефно выступающие мускулы произвели на почтенную даму неизгладимоевпечатление. Все остальное — низкий лоб, поросячьи глазки, Генина профессия,крупными буквами написанная на лбу, — очевидно, в данном случае не имелозначения.

— Ах, Леонид, познакомьте же меня с вашимприятелем! — воскликнула Ариадна.

Лола, которая хоть и позже Лени, но начала кое-чтосоображать, не удержалась и фыркнула. Маркиз ткнул ее кулаком в бок ирасторопно представил Гену:

— Геннадий, чрезвычайно интересный человек и мойбольшой друг! Прошу, госпожа Дубинина, любить и жаловать!

— Ах, мне право так неудобно, — заворковаласоседка, — но у меня небольшая проблема. Мне срочно требуется мужскаясила.

Шкаф нужно передвинуть, а у самой-то сил не хватает…