Мачеха для Золушки - Нина Васина

Стемнело. В имении Абакара уже разожгли костры. Между ними ходил, пошатываясь, пьяный медведь и иногда, услышав музыку, смешно притопывал на месте.

Пробираясь к дому Абакара, Зойка наткнулась на официанта Киру. Она узнала, что сегодня последний день обслуживания – праздник решили сократить. Половина нанятой прислуги уехала еще днем. Гости тоже готовятся к завтрашнему отъезду.

– А пленницу кто кормит? – спросила Зойка, внимательно вглядываясь в глаза Киры.

– Пленницу? Я думал, там террорист какой-то сидит, прячется, – усмехнулся Кира.

Они не знали, что в это время Марго была в доме – ее вывели для кормежки и туалета. Еще они не знали, что Абакар решил воспользоваться отсутствием Горгоны в яме и сделать так, чтобы ее больше некуда было сажать под замок. Он вышел из дома, осмотрелся и заметил, как кто-то прошмыгнул в голубятню. Ему даже показалось, что это была младшая Лушко. Конечно, быть здесь она никак не могла – они с Филимоном договорились: тот присматривает за всеми детьми у себя дома, а Абакар пытается уехать ночью в Москву с Горгоной или без нее, как получится.

– Зойка! – неуверенно позвал Абакар. – Это ты?

Зойка вышла на свет. Посмотрела на него и за две секунды поняла, что яма под голубятней пуста.

Не успел Абакар опомниться, как она исчезла, забежав за дом. Он достал телефон и набрал Филимона. Спросил только то, что его в этот момент беспокоило больше всего:

– Тимурка у тебя?

После чего со спокойной душой поджег голубятню.

Зойка затащила официанта Киру в сарай и, ничего не объясняя, раздела его до трусов. Под конец этого молчаливого действа Кира, загорясь лицом, тоже стал снимать одежду с девочки, что значительно ускорило процесс ее переодевания в костюм официанта. Кое-как упрятав косички под бейсболку, Зойка убежала, а на студента Кирилла, очнувшегося в сарае от крика «Пожар!», ее джинсы не налезали.

В суматохе Абакар потерял Марго, когда ее повели к стоянке машин. Он вывел свой джип и оставил с включенным мотором у ворот, а потом побежал разведать обстановку.

Голубятню быстро потушили. В траве у дома при этом раздавили несколько голубей, спасшихся от огня – в темноте они совсем слепые и боятся двигаться. Пахло паленым мясом и порохом. У стоянки Абакара встретил Карим. Сказал, что женщину заперли в ее же «Газели». В металлическом кузове.

– Без охраны? – спросил Абакар, наблюдая, как медведь Кузя слоняется у «Газели».

– Я охрана, – тихо ответил Карим, – подвернулся под руку. Да что толку? Ключей у меня нет. Кузов мощный, металлический. Хорошо укреплен для перевозки медведя. А замков целых три. Без отрезной машины не обойтись.

В доме послышался странный звук – громкое мычание коровы, усиленное репродуктором. Это был сигнал тревоги – его мог послать только Филимон. К поместью Абакара ехали чужие. Тут же запиликал телефон. Виктор Лушко сказал одно слово:

– Федералы.

Посмотрев на хозяина, Карим кивнул:

– Беги.

– Ты только замки срежь. Слышишь? Срежь замки, прошу!

– Срежь замки! – бормотал себе под нос Карим, зорко всматриваясь в даль, в мужчин у дома, разгребающих остатки голубятни. Они в мычании отсутствующей коровы ничего плохого не заподозрили. – Легко сказать – срежь! Мне проще провода замкнуть.

Карим сделал то, что проще: забрался в кабину и завел машину без ключей. Осторожно тронул с места, не включая фары. И самым малым ходом направился подальше от дома и от стоянки – к болоту.

За «Газелью» отправился медведь Кузя, за медведем – девочка Зоя.

Они пропустили громкую заварушку с криками и выстрелами, но в общем – обошлось без жертв. Несколько гостей были ранены. Через час подъехал грузовик «Урал» с цельнометаллическим кузовом и решеткой на крошечном окне. В него поместились все гости, а троих студентов-официантов, их наставницу и десять единиц стрелкового оружия федералы взяли к себе в фургон. Причем один официант почему-то оказался в трусах и лаковых черных туфлях, но на вопросы служивых – о кулинарном техникуме и кто после уроков съедает контрольные работы, отвечал адекватно.