Мастер икебаны - Суджата Масси

— Сейчас уже поздно об этом говорить. — Она слегка прикоснулась к правой груди, вернее к тому месту, где должна была быть правая грудь. — Они отняли ее. Но если я прекращу работать с цветами, это отнимет и мое сердце.

— Я понимаю вашу боль. Не беспокойтесь, никто об этом не узнает. Но вам не кажется, что, рассказав о своей болезни, вы предупредили бы и других женщин о возможной опасности?

— Не думаю. Те мои подруги, что занимаются икебаной, чувствуют себя хорошо. Я — исключение. Наверное, за свою жизнь я составила больше композиций, чем мне было назначено судьбой. Может быть, я не всегда мыла руки после занятий. Такео-сан распорядился, чтобы везде в классах над умывальниками были развешаны специальные призывы мыть руки после занятий икебаной. Это он предложил мне убрать из квартиры все живые цветы.

— А как Такео-сан узнал о вашем заболевании? — спросила я.

— Когда Такео-сан еще учился в университете Кейо, у него случались всякие неприятности, и он часто приходил ко мне поговорить. Однажды я была в отпуске и проходила курс химиотерапии, а он пришел без предупреждения. Увидев, что я лишилась большей части своих волос, он потребовал объяснений. Я не могла больше скрывать правду и рассказала мальчику все.

Постепенно все разрозненные части этой истории складывались воедино. Именно в университетские годы Такео так сильно озаботился охраной окружающей среды. Возможно, болезнь госпожи Коды и направила его на эту дорожку.

— В то же самое время Такео-сан помог мне сделать так, чтобы я продолжала свои занятия. Он достал для меня парик, который в точности повторял мою прическу, и никто не догадался о состоянии моего здоровья. Он также разрешил мне отдыхать в его комнате в любое время, когда я почувствую слабость. Если бы кто-нибудь заинтересовался моим отсутствием, я всегда могла сослаться на то, что выполняла какую-то работу для Такео.

— Когда умерла Сакура, вы были в его офисе? — спросила я.

— Вообще-то я посещала доктора. Но я так часто отсутствовала в школе раньше, что не осмелилась об этом сказать. Мне было проще притвориться, что я находилась в здании.

Я покачала головой и вздохнула:

— Вы понимаете, что у вас было очевидное алиби, которым вы даже не воспользовались? Своим заявлением о том, что вы были в здании, хотя никто вас там не видел, вы навлекли на себя серьезные подозрения. Если бы вы сказали полиции правду, они бы вас так не допрашивали.

— Рей-сан, но вы же не думаете, что... я убила Сакуру-сан? — Глаза госпожи Коды быстро заморгали. — Ну да. Конечно же, вы так и решили. Вот почему вы до сих пор не прикоснулись к чаю.

Я посмотрела ей прямо в глаза:

— После того как мы с вами последний раз пили чай, я серьезно заболела. Полиция до сих пор не нашла того, кто меня отравил. С этих пор мне приходится быть осторожной.

Она немного помолчала, а потом сказала:

— Да, я вас понимаю. На вашем месте я бы тоже, наверное, так себя вела.

— Я хотела вас спросить еще об одной вещи. Почему Мэри Кумамори три раза сдавала экзамен, но так и не смогла пройти это испытание?

— Обычно на занятиях она прекрасно со всем справляется, но на экзамене слишком волнуется и допускает серьезные ошибки. Вопиющие ошибки!

Мне хотелось бы, чтобы она получила степень, но я ничего не могу поделать.

— А случается во время экзамена так, что в комнате, где стоят композиции, никого нет? Я имею в виду промежуток времени, когда студенты уже покинули комнату, а члены экзаменационной комиссии еще туда не зашли.

— За комнатой всегда кто-нибудь наблюдает. Мы должны быть уверены, что студенты не хитрят, а с другой стороны, важно, чтобы к их работам отнеслись справедливо.

— Это вы приглядываете за комнатой после того, как студенты выходят?

— Десять лет назад это входило в мои обязанности. Потом иемото попросил меня передать это другому преподавателю.

— И кому же? — спросила я, хотя уже и сама могла догадаться.

— Сакуре Сато. Но сейчас, после ее смерти, нам нужно будет подыскать кого-нибудь другого.