Эликсир вечной молодости - Ирина Арбенина

— А он, по-моему, этакий Гамлет на рефрижераторе — все ездил, играл в слежку и думал: отомстить или не отомстить.

— Гамлет на рефрижераторе?

— Конечно, он бы никогда не решился.

— Нет?

— Но эта игра в месть, думаю, избавляла его от чувства вины. Он успокаивал себя тем, что “все-таки отомстит”. Разумеется, подобные люди никогда не решаются на такое.

"А какие решаются?” — хотела спросить Светлова, но передумала.

— Да нет… — после паузы заключил Туровский. — Бритиков только играл в Гамлета. И жестоко, конечно, так говорить, но напрашивается слово: “доигрался”!

* * *

— Гор, — навестив по дороге к Богулу доктора Горенштейна, поделилась своим удивлением Светлова, — Туровский, что же, правда читает своей пятидесятилетней жене сказки перед сном?

— Дорогая моя! Если бы вы могли проникать, как в “Хромом бесе” Лессажа, сквозь стены домов, вы были бы потрясены, Аня: к каким только фантазиям, приемам и уловкам не прибегают люди, чтобы хоть немного сгладить острые углы своих отношений, чтобы сделать семейную домашнюю жизнь, часто похожую на ад, более или менее переносимой. И это, в сущности, совсем неважно, что и как они делают… Лишь бы это облегчало людям жизнь.

Понимаете, Елена Ивановна в силу своего возраста и характера — очень ранимая, раздражительная, срывающаяся, уязвимая… Как врач, скажу: она все время на грани…

Знаете, некоторые элементы игры, которые возвращают такого человека в детство, в тот покой и защищенность, которыми он когда-то, в начале своего жизненного пути, обладал… Ну, если, конечно, обладал! Если оно у него было — это спокойное счастливое защищенное детство! Так вот, некоторые элементы такой игры оказывают порой неплохой психотерапевтический эффект.

Если хотите, Туровский действует мудро. Все эти слова “дружочек” и прочее, которые кажутся вам смешными… И чтение сказок перед сном… Все это нисколько не хуже успокаивающих таблеток и микстур.

— Такой “Новопассит”? “Если вы не можете заснуть, если мучает тревога…”?

— Да! Кстати, благотворное действие успокаивающего родного голоса общеизвестно.

* * *

— Богул, что это?

— Это искупление.

Светлова читала распечатанные данные на “Кудинова Алексея Борисовича, владеющего ниже перечисленной собственностью…”, и брови у нее ползли вверх.

— Несмотря на все ваше хитроумие, Светлова, такую штуку вы бы сами никогда не раздобыли. Это может только власть.

— Вы, что ли?

— Я, — скромно подтвердил лейтенант — Ну да! Вы ведь в вашем Рука-руку-мойске — царь и Богул! Откуда это у вас?

— От налоговиков. Конфиденциальная информация.

— Вот и сдавай им после этого декларации!.. Ты сдал, спишь спокойно, а тебя уже самого сдали — заинтересованным лицам. Причем с потрохами!

— Не преувеличивайте.., это только в интересах следствия.

— Что это?! Мини-заводик по переработке субпродуктов… Кафе-харчевня “Огонек”…

— Именно так.

— А где это все у него?

— Поедем поглядим?

— Надо же! Я попросила у вас, Богул, распечатки на всех участников нашего спиритического “круглого стола”… Притом, что Осич уже нет в живых. Но меньше всего я ожидала сюрпризов от Кудинова! Мы-то думали: пропащий выпивоха, а у него — сколько всего… А он — вон какой богатенький Буратино! Загородный какой-то “Огонек”! Кафе-харчевня… Назовут же в самом деле — вот уж поистине смешение французского с нижегородским! Как же здесь у вас в Рукомойске любят эти ласковые словечки: огонек, ночка…

— Угу… И — Леночка!

— Поглядим, что там за “Огонек”…

* * *

Дорога свернула в лес.

Несмотря на то что дорога была лесная, выглядела она очень прилично.

Лишь в одном месте машина запрыгала: здесь она была перерыта — новый аккуратно уложенный асфальт был снят, а ямы присыпаны землей. Очевидно, тянули какие-то трубы.

— Интересно, каков он, этот “Огонек”? — Светлова задумчиво смотрела по сторонам на плотную стену темных старых елей. — Знаете, Богул, я в детстве много раз, когда читала всякие волнующие КНИЖКИ, так это ясно себе представляла… Зеленые ставни, огонек, крыша под черепицей, вкусный запах очага. Фырканье лошадей, запах сена, экипаж, путник с дорожным саквояжем… То ли постоялый двор, то ли придорожный трактир… Кожаный тяжелый кошель с дукатами, который путник прячет под подушку… Потом шаги на лестнице, предательский скрип шаткой ступеньки, свеча оплывает в чьей-то руке…

— Ну да… Я же говорю: английское семейство убийц… Знаменитые Хулигэны!

— Богул, а как так получилось, что вы не знали ничего про этот “Огонек”? У вас же тут вся недвижимость под контролем, разве нет?

— Да я слышал, конечно, что некоторое время назад появилось некое заведение. Неплохое. Занятное. Можно поужинать вкусно — и все такое. С элементами экзотики. Но все как-то недосуг было сюда заехать. В общем, я не очень вникал. Это, видите ли, не моя.., территория.

«Понятно… Умно выражаясь, эта территория не входила в “ареал”, с которого Богул имел право взимать мзду. “Жизненное пространство” поделено в Рукомойске очень четко!»

— Все понятно, Богул, — Аня вздохнула. — Могу только сказать: из всех мздоимцев, которых мне доводилось видеть, вы — самый симпатичный. Миленький такой.

— Благодарю. Мне приятно. Знаете старый анекдот? Парень устроился на работу в милицию. Проработал месяца три, а за зарплатой не приходит. Его спрашивают: ты чего за зарплатой не приходишь? А он говорит: “А я думал — пистолет выдали и крутись, как можешь”. — Смешно.

* * *

Светлова и Богул вышли из машины. Перед ними высился деревянный частокол в стиле “рашн деревяшн”, на воротах — резная досочка-вывеска: “Огонек”.

Светлова хлопнула дверцей машины — и от неожиданности замерла.

— Богул! — шепотом окликнула Анна.

Лейтенант оглянулся…

Анна кивнула на колеса машины: на колесах была белая глина.

Видимо, она попала на колеса на том отрезке дороги, где машина запрыгала на разрытой земле.

Значит, Кудинов?

— Богул… А что он вообще делает, когда не пьет, этот Кудинов? — поинтересовалась Светлова, разглядывая затейливый забор и вывеску.

— Э-э… А вы думаете, так бывает?

— Но все-таки… Не преувеличивайте. Наверное, все-таки бывает!

— Ну.., у него изначально — руки золотые. — Лейтенант Богул задумался над характеристикой Кудинова. — Есть такое выражение “руки золотые”… Что-то там мастерит, строгает, пилит.