Ключи Пандоры - Георгий Ланской

— Ромочка в среду вернется в Москву и обязательно встретится с тобой, я обещаю! Как у тебя с деньгами?

— Мало, но пока есть! — раздосадованно сказал Никита.

— Я найду, где ты поживешь это время, — решительно сказала Жанна, но Никита отрицательно покачал головой и только потом спохватился, что она его не видит.

— Жанна, нельзя посторонних впутывать. Меня найдут раньше, чем я доберусь до дома.

— А в Москве, значит, лучше будет? — запричитала она, но Никита остановил ее.

— Жанна, все, мне пора! Юльке сама не звони, и вообще постарайтесь не спалиться.

— Хорошо! — слабым голосом сказала Жанна. — Нам не привыкать! — и первой отключила телефон.

Никита сунул мобильник в карман и почесал затылок, словно надеялся подтолкнуть спасительную мысль. Мысли в голове роились разные, но нужная где-то задерживалась. Никита поставил кофр на колени, оперся на него локтями и окинул мрачным взглядом широкую, нарядную и длинную, как ковровая дорожка, улицу с яркими вывесками и зазывно сверкавшими витринами магазинов и кафе.

Прохожие сновали туда-сюда. Пик активности наблюдался на выходе из подземного перехода. Неподалеку блистал пластмассовым великолепием «Макдоналдс». Рядом с ним уныло прохаживался человек в костюме хот-дога и раздавал рекламные листовки. Маршрут у ряженого был ограничен: от дверей налево, до здания с высоким крыльцом — почтового отделения. Никита вяло смотрел на ходячий «бутерброд» — пухлый инфернальный ужас на рахитичных ножках. А потом его словно подбросило кверху.

Мысль, та самая, спасительная или, по крайней мере, вполне здравая, оформилась за считаные секунды. Он быстро огляделся по сторонам и перевел взгляд на кофр. Ну, да, следовало поступить именно так! Он решительно направился в сторону «Макдоналдса», ловко увернувшись от «бутерброда», который вознамерился было всучить ему рекламную листовку.

К кассам Никита не пошел. Он огляделся по сторонам и мгновенно приметил вывеску «Wi-Fi». Прямо под ней сидел юнец с лохматой головой и замученным лицом компьютерного гения. Он сосредоточенно долбил по клавишам и то и дело бросал взгляд на экран ноутбука. Рядом стояла бумажная тарелка с недоеденным куском пиццы и початый стакан с кока-колой. Парень расположился за столиком один, и Никита немедленно этим воспользовался.

— Привет, гамбургер хочешь? — спросил он дружелюбно. — Контора платит!

Компьютерный гений поднял на Никиту осоловевший взгляд, который мигом стал враждебным.

— Просто так?

Никита рассмеялся.

— Уважаю деловых людей. Нет, конечно!

— Я не из этих! — насупился гений. — Я того… Я не гей. Вот! Я — натурал!

— Рад за тебя! — серьезно сказал Никита. — В наше суровое время это редкость! Но я не по этой части. Нужен компьютер на пару минут.

— Не дам! — резко сказал гений.

Никита улыбнулся.

— И не надо! Ты просто скинь кое-что по почте и на флешку. Вот отсюда!

Никита выложил на стол фотоаппарат, диктофон и бумажку с электронным адресом. Гений окинул их быстрым взглядом и милостиво согласился:

— Хорошо! Но купишь чизбургер и колу, о’кей?

Никита улыбнулся и отошел к кассе. Оплатив заказ, он вернулся к столику. Парень колдовал над ноутбуком.

— С фотика я все скинул, а с диктофона как? — спросил он, подтягивая к себе поднос. — Шнур есть?

— Есть, — сказал Никита и расстегнул сумку.

Парень с вожделением посмотрел на чизбургер и решительно пододвинул ноутбук к Никите.

— Справишься?

— Еще как! На том сидим! — обрадованно сообщил Никита.

О таком счастье он лишь мечтал.

Парень с аппетитом уписывал бутерброд. Никита тем временем быстро подсоединил кабель к порту и перекачал с диктофона все файлы. Прицепив файлы к письму, он снабдил их коротенькой запиской и отправил все на собственный почтовый ящик — не тот, которым пользовался постоянно, а запасной, созданный для всякой ерунды. Здравая мысль, что дома, вероятно, вовсю шуруют спецслужбы, заставила его нахмуриться, и поэтому, недолго думая, он создал новый электронный ящик и переслал копию письма туда. Перекачав файлы на флешку, Никита спешно выдернул ее из разъема, отчего компьютер протестующе булькнул. Дело было сделано!

Спустя четверть часа Никита уже входил в здание почты. Кофр сам по себе был хорошей приметой, к тому же тяжелый фотоаппарат, о благополучии которого Никита заботился с особым тщанием, сковывал движения. Никита купил в аптеке пару упаковок ваты, а на почте — картонную коробку, обложил ватой драгоценную аппаратуру со всех сторон, а на коробке вывел адрес Юлиных родителей. Все самое необходимое — паспорт, деньги, флешку и редакционное удостоверение — он распихал по карманам. Когда усталая почтовая служащая забрала посылку, Никита почувствовал себя потерянным.

Паника вновь накатилась на него, вдавила в действительность со свойственной ей жестокостью. Никита вышел на улицу и беспомощно огляделся по сторонам, не зная, что предпринять дальше.

Самая легкая часть плана была выполнена. На всякий случай, если кофр вдруг не дойдет до адресата или попадет в чужие руки, в электронном ящике сохранятся копии файлов. Кроме того, у него имелась флешка, которая была забита до отказа компроматом на Завадского и министерских «кротов». Есть за что поторговаться, побарахтаться, как пресловутая лягушка в кувшине со сметаной. Это было в плюсе!

К минусам относилось то, что денег осталось мало. С таким капиталом волей-неволей похоронишь надежду уехать на поезде легально и будешь таскаться по дикой жаре по московским улицам. Можно, конечно, спуститься в метро и кататься какое-то время бездумно туда и обратно. Но это быстрый способ сойти с ума от грохота, духоты вагонов и броуновского движения людской толпы. Оставались еще электрички, самый удобный вариант. Армии агентов не хватит, чтобы обследовать каждый состав. Но транспортных полицейских могли снабдить ориентировками с его физиономией…

Словом, он решил не рисковать. Слишком хорошо он запомнил злость на лицах своих преследователей. Да и Завадский до сих пор оставался в Москве. В этом Никита был уверен абсолютно и безусловно, как и в том, что ангел-хранитель вновь протянет ему свою ладошку.

* * *

Вечер не принес облегчения. Никита перебирал варианты, где бы смог переночевать, подумывал даже вернуться в воинскую часть, но пока он взвешивал все «за» и «против», на Москву упала ночь — шумная, яркая, сиявшая переливами огромных рекламных баннеров, мерцанием неоновых вывесок, лучами уличных фонарей и блеском витрин. Никита направился к небольшому скверу. Еще на расстоянии он искал глазами свободную скамейку. Хотелось вытянуть ноги, закрыть глаза и, может, даже чуть-чуть вздремнуть. Смертельная усталость слегка притупила бдительность. Он упустил, что такие скверы в первую очередь контролируют постовые патрульной службы. И когда заметил двух пэпээсников со служебной собакой, было уже слишком поздно что-то предпринимать.