Ключи Пандоры - Георгий Ланской

Никита выключил телефон, открыл крышку и вынул батарею. Даша, которая смотрела на него по-собачьи преданными глазами, немедленно поинтересовалась:

— Все в порядке?

— Да! — кивнул Никита. — Роман прилетит завтра рано утром. В шесть вечера мне надо быть у посольства. Там он меня подберет и спрячет. Ну, а потом мы подумаем, как мне выехать домой.

— Это хорошо! — Даша прижалась к плечу Никиты, мимолетно коснулась его подбородка. — Может, перекусим где-нибудь, а? Шпионские дела, оказывается, способствуют аппетиту.

— Перекусим! — согласился Никита. — Только не здесь. Надо отъехать на пару станций.

Утром Даша сообщила о своем желании поучаствовать в том, что искренне считала приключением. Поэтому звонить Жанне и Роману Даша увязалась вместе с ним, назвав это «пойти на дело», что ее невероятно забавляло.

Но сначала она решительно заявила:

— Тебе все равно нужна будет помощь, а иначе засыплешься. Денег у тебя кот наплакал, даже не хватит от патруля откупиться, да и внешность надо бы изменить на всякий случай.

— Будем клеить усы и бороду? — весело фыркнул Никита. — А что? Присобачу бородку клинышком и стану походить на товарища Ленина.

— Клинышки не есть тренд этого сезона, — серьезно возразила Даша. — Бороду клеить не будем, а вот постричь тебя и переодеть надо. Враги знают, как ты выглядишь. Мало ли что, вдруг столкнешься на улице? Будет секунда форы.

— Даша, у меня, как ты верно заметила, денег на шмотье и парикмахера нет! — напомнил Никита. — Весь мой капитал — две сотни баксов мелочью. Разве что на паранджу хватит, и то сильно сомневаюсь!

— Не надо ничего покупать, все есть! — отмахнулась Даша. — Вон, Тимохины вещи в шкафу третью неделю киснут. А постричь я и сама сумею, не зря год в салоне красоты работала!

— Пытки запрещены Женевской конвенцией!

— Ой, ой, смотрите-ка, разговорился! Пошли в ванную, я тебя мигом обкорнаю!

Никита с наигранным ужасом схватился за уши, получил шутливый подзатыльник и покорно поплелся в ванную, думая о том, что волосы не зубы, вырастут. Ну, а в случае, если вырваться не удастся, ему будет уже все равно. На зоне и так обреют, а в гробу все равно с какой стрижкой лежать, туда любых берут без фейс-контроля. Но Даша дело говорила. Как бы он ни выглядел в будущем, от нынешнего облика надо было избавляться.

Волновался он зря. Даша свое дело знала. Возилась она с ним невероятно долго, угрожающе щелкала ножницами перед носом, жужжала бритвой и безжалостно размазывала по голове краску для волос. Через час, смыв следы ее надругательства, Никита с удивлением и легким шоком смотрел на себя в зеркало. От прежнего вида мало что осталось. Патлатый шатен канул в Лету, уступив место коротко стриженному брюнету с выразительным взглядом. Выбритые виски, короткая челка. Даша окинула его довольным взглядом и поцеловала в макушку.

— Нравится?

— Гламурненько! — покачал головой Никита. — Сам себя не узнаю! Ловко ты меня преобразила!

И обнял свою спасительницу, но она вывернулась и притащила ворох одежды. Никита долго капризничал, уверял, что попугайские шмотки Тимофея никогда в жизни не наденет, притом ему уже давно не двадцать, чтобы наряжаться столь крикливо. Дарья ругалась, кричала, что старается только для него и вообще выглядит он невероятно… стильно. Последнее слово она произнесла с сомнением в голосе. В ярко-желтой футболке и красных клетчатых джинсах Никита и правда смотрелся чудновато.