Криминал на лабутенах - Дарья Калинина

– Прошу вас проследовать за мной, – произнес он безукоризненно вежливо, но твердо.

Алиска тоже почуяла недоброе для себя в этом внезапном появлении следователя на кладбище и отскочила от него подальше:

– Вы что, не видите? – воскликнула она. – У нас похороны.

– Вижу. И тем не менее должен настаивать. Вы должны проследовать со мной и моими людьми.

– Не понимаю, это что, так срочно?

– Вы должны проследовать за нами.

– Вот попугай! – рассердилась Алиска. – Не пойду!

– В таком случае я уполномочен применить силу.

Милорадов сделал знак двум оперативникам, и те взяли Алиску «в тиски». Алиска не стала терпеть, громко закричала, начала вырываться и звать на помощь. Разумеется, в толпе нашлось немало тех, кто готов был заступиться за младшую дочку своего старого товарища.

– Отпустите девочку!

– Что вы как звери себя ведете?

– Она сегодня отца своего хоронит.

Милорадов терпел упреки недолго.

– Отца хоронит? – воскликнул он, в упор глядя на особо напирающих на него Алискиных защитников. – А что вы ответите, если я скажу, что это именно она своего отца в могилу-то и определила?

Толпа отхлынула.

– Что?!

– А? – сердился на них Милорадов. – Другой у нас с вами разговор тогда пойдет? Да?

Защитники отступили, деморализованные словами следователя. Многие не верили. Но нашлись и такие, кто стал поглядывать на Алиску со страхом. Мариша не знала, что и делать. Одно она понимала совершенно точно. Это был позор. Позор страшный. Несмываемый. Вечный.

А Милорадову, казалось, и дела не было до переживаний других.

Он снова кивнул своим ребятам:

– Уводите ее!

Больше за Алиску никто не рискнул заступиться. Даже Мариша, уж на что считала себя бойкой и бесстрашной, но и она не решилась вмешаться. Она достаточно хорошо знала Милорадова, чтобы понимать: не будь у следователя веской причины для ареста Алиски, он никогда бы не потревожил их в такой день. И еще Мариша понимала: если Милорадов открыто обвинил Алиску в убийстве их отца и сделал это на глазах у всех собравшихся, значит, вина девушки была для следователя неоспорима. Он не только желал задержать преступницу, но и пытался наказать ее позором. Не учел он или просто не подумал лишь о том, что позор падет не на одну лишь Алиску, но достанется и ее сестре тоже.

Но потом мысли Мариши перескочили на другое. На то, что именно сказал следователь.

– Вот это петрушка получается, – пробормотала Мариша. – Алиска убила папу!

Голова у нее гудела. Мысли путались. А ведь еще нужно было как-то успокаивать собравшихся, объяснять, что это недоразумение. Но в то же время это недоразумение не имеет никакого отношения к данному ею обещанию расплатиться со всеми папиными кредиторами. Все и всё получат, она в этом им еще раз торжественно клянется.

Однако люди все же чувствовали себя неуютно. На поминки никто не захотел пойти. У всех нашлись какие-то уважительные причины, чтобы попрощаться с Маришей уже на кладбище. И честно говоря, она была им за это благодарна. Что бы она делала, вздумай кто-нибудь поехать с ней? О чем говорила? Все мысли Мариши была заняты только одной фразой, той самой, которую сказал Милорадов напоследок, уводя сестру.

Алиска – убийца их отца. Она виновна в его смерти.

Шок был настолько велик, что Мариша не могла поверить в услышанное. Она подумала, подумала и придумала для себя утешение:

– Может быть, Милорадов что-то неправильно сказал? Или я его неправильно поняла?

И Мариша решила, что будет разумнее и честнее прямо с кладбища ехать в отделение к Милорадову, чтобы там на месте разобраться со всем, что еще оставалось невыясненным.

Ах, лучше бы было ей этого не делать! Ведь покидая кладбище, она еще на что-то надеялась. А при-ехав в отделение, быстро поняла, что надеяться ей не на что. Первый же встретившийся ей оперативник, Степа, с места в карьер заявил ей:

– Ну и сестрица у вас, я вам так прямо и скажу!

И заметив, что Мариша таращится на него в явной растерянности, уточнил:

– Сидорова Алиса – это ведь ваша сестра?

– Сестра… да, – промямлила Мариша. – А что она сделала? В чем ее обвиняют?

– Родного отца заказала! Вот в чем ее обвиняют.

Ноги у Мариши подкосились, она плюхнулась на стульчик и попросила повторить. Степа, которого Мариша хорошо знала и который всегда с симпатией относился к ней, охотно повторил уже сказанное. Но лучше ей от этого не стало.

По словам Степы, получалось, что Алиска нашла где-то человека, который взялся приблизить конец их отца. И не только приблизить, но и все для этого организовать.

– Нет-нет, тут какая-то ошибка. Алиска папу очень любила. Она и в Питер перебралась, чтобы быть к нему поближе и за ним присматривать.

– Не за ним, а за своим наследством!

Мариша приготовилась что-то возразить, и Степа махнул рукой:

– Что нам тут с вами долго разговаривать! Ступайте к нашему следователю, от него все и узнаете.

Найти Милорадова не составило особого труда. Мариша услышала знакомый голос, едва поднявшись на второй этаж отделения.

– И вы думали, что вам это сойдет с рук? – донеслось до нее. – Думали, что мы не найдем исполнительницу? Как только у нас появилась зацепка, мы нашли ее меньше чем за сутки!

Судя по грозному рыку, Милорадов был в бешенстве. К такому тону с задержанными он прибегал редко. Даже с самыми заматерелыми преступниками предпочитал разговаривать если не доброжелательно, то хотя бы вежливо. Кто же так его разозлил? Мариша не удержалась и заглянула в кабинет. От увиденного ее сердце заколотилось часто-часто, а потом сделало неожиданную остановку. В кабинете у Милорадова сидела ее дорогая сестричка. Кроме нее и следователя, больше в кабинете никого не было, и значит, все эти грозные возгласы были адресованы следователем именно ей – Алиске.

Мариша робко постучала в дверь, чтобы обозначить свое присутствие, а потом еще более робко спросила:

– Можно войти?

– Закройте дверь!

Но не тут-то было. Мариша была намерена разобраться во всем до конца.

– Вы задержали мою сестру.

– Это не ваша сестра! Это преступница! Отце-убийца!

И Милорадов вновь взглянул на Алиску с гневом. Та, хотя и выглядела испуганной, сдаваться явно не собиралась. А при виде Мариши и вовсе вскочила со стула:

– Сестричка! Милая! Помоги мне!

– Сидеть! – рявкнул на нее Милорадов.

Но Алиска его не послушалась:

– Я вообще не понимаю, в чем тут меня обвиняют! – закричала она, глядя на Маришу до ужаса честными глазами. – Говорят, что я наняла какую-то женщину, которая зарезала нашего папу! Прямо на операционном столе! Скажи им, что это чушь!