Молчание в тряпочку - Татьяна Луганцева

— Тебе Григорий Андреевич понравился сразу?

Лера залилась краской и залпом допила свое вино.

— Он был такой… взъерошенный, весь в делах… такой великий детектив… В то же время он казался добрым, надежным, сильным, каким-то своим, понимаешь? Я согласилась работать в агентстве у Григория Андреевича, хотя он сразу же предупредил меня о бедственном материальном положении их фирмы.

Лера заулыбалась, и Яна впервые заметила, каким счастьем засветилось ее милое веснушчатое лицо.

— Григорий Андреевич говорил о делах, о грандиозных планах, а я замечала, что у него мятая рубашка и пуговица на пиджаке висит на одной нитке. Я приносила в офис домашнюю еду, а неплохо готовить меня научила моя мама, и видела, с каким аппетитом он поглощает мою стряпню. В эти мгновения я чувствовала себя очень счастливой и нужной, честное слово! С другой стороны, шеф всегда подвозил меня до дома вечерами и в плохую погоду, объясняя это так: «Нечего молодой девушке одной шататься по ночам! Не хватало нам в фирме дела по твоему исчезновению. Я в ответе за тебя, ты в фирме единственная женщина, к тому же весьма полезная, кто еще будет кормить меня домашними пирогами?»

Лера засмеялась, в глазах ее появился блеск, от чего они стали казаться больше, ярче и красивее.

— Если у меня в доме что-то ломалось, Григорий Андреевич чинил и прибивал. Он даже обиделся, когда однажды услышал, что я по телефону вызываю на дом сантехника…

— Эх, ребята! — протянула Яна. — Маетесь вы дурью, вам давно надо было бы жить вместе, одной семьей!

Лера опустила глаза:

— Не все так просто… Григорий Андреевич относится ко мне как к другу, как к сестре, как к дочери…

— Ну, это ты махнула лишку!

— Правда, он не видит во мне женщину. Я для него лишь сопливая девчонка, секретарь, у которой нет родных, и поэтому он взял на себя обязательство присматривать за мной! Он почему-то думает, что меня легко обидеть. Наверное, внешне я произвожу такое впечатление.

— Если мужчина испытывает потребность защищать женщину, значит, он уже к ней неравнодушен, — отрезала Яна, — Ричард занимается этим все время, хотя я иногда уворачиваюсь от его опеки!

— Это точно! — Лера снова заулыбалась. — Но Григорий Андреевич ошибается в моей оценке, я не такая беззащитная, как он думает, у меня очень сильный характер. Я сама иногда пугаюсь его.

— Кого? — не поняла Яна.

— Своего характера. А вот Григорий Андреевич меня не любит! Абсурд, единственный человек, который мне нужен, не любит!

«Ох, ошибаешься, Лера! Если ему грозит опасность, как написал Дмитрий Иванович в той предсмертной записке, значит, это не так», — подумала про себя Яна.

— Я пыталась узнать о личной жизни своего шефа, хотя с самого начала что-то подсказывало мне, что он не женат. Разбивать семью я не стала бы ни за что на свете! Здесь сыграл бы роль мой крепкий характер, и я смогла бы наступить на горло собственной песне, — образно выразилась Валерия, разливая вино по бокалам. — Сам Григорий Андреевич называет семейную жизнь глупостью. Дмитрий Иванович, царство ему небесное, по секрету мне рассказал, что шеф был женат. Жена Григория Андреевича ушла от него к какому-то бизнесмену, обозвав бывшего мужа неудачником и забрав их дочь с собой. Сейчас его дочке двенадцать лет, ему разрешено звонить ей на день рождения и на Новый год. Какая же стерва была у него жена! — в сердцах сказала Лера.

— Так и бывает, порядочному человеку, как правило, попадается зверь в овечьей шкуре, — грустно подтвердила Яна.

— Я и мечтать не смею о шефе, — добавила Лера, — кроме того, я приношу одни несчастья мужчинам, с которыми пересекается моя жизнь. Поэтому я довольствуюсь малым, мне достаточно того, что я каждый день вижу любимого человека на работе. Хотя понимаю, что такой видный мужчина, как Григорий Андреевич, не будет всю жизнь один, когда-нибудь он встретит достойную женщину, и я пожелаю им счастья и уйду в тень.

— Ага, именно поэтому ты меня чуть не съела при первой встрече! Неплохо ты, однако, ушла в тень! От тебя так и шли флюиды ревности.

Лера покраснела, Яна отметила про себя, как легко краснеет нежная кожа у рыжеватых женщин, им нельзя служить в разведке, противнику ничего не стоит уличить их во лжи.

— Ты такая красивая и яркая женщина…

— Спасибо, — скромно опустила глаза Яна, — но я не думаю, что тебе было бы легче, если бы он променял тебя на дурнушку.

— Я сразу подумала, что между вами что-то есть. Он не планировал брать нового сотрудника, уж я-то, как его секретарь, об этом знала точно! И вдруг… Я почему-то такой же представляла себе его бывшую жену, яркую, красивую, от которой он сразу терял голову и выполнял все ее прихоти. Прости меня еще раз за нелюбезный прием.

— Ничего страшного, — отмахнулась Яна, — ревность — страшная штука, сама испытывала ее не раз, в эти моменты вообще не соображаешь, что делаешь!

Яна тряхнула длинным хвостом, в голове у нее навязчиво крутилась фраза:

«Она так и не дождалась своего принца… ждала, ждала всю жизнь… Ассоль. Ассоль дождалась своего принца, дождалась парусника с красными парусами… Паруса! Ткань была в крови, а это подразумевает красный цвет, паруса должны быть красными! Неужели это извращение придумал маньяк — любитель творчества Грина?»

— Лера, — наугад спросила Яна, — а ты читала книгу «Алые паруса»?

— Это моя любимая книга. А почему ты спросила?

Сердце Яны бешено застучало.

— Лера, а кто-то из твоих знакомых знал или знает, что это твоя любимая книга?

— А почему ты об этом спрашиваешь?

— Пожалуйста, ответь.

— Только один человек звал меня всю жизнь «Ассоль, не видящая своего принца и своего счастья», имея в виду, конечно же, себя любимого. Я училась вместе с ним в школе, он был младше меня на два класса. Может быть, поэтому я не обращала на него внимания, девочкам почти всегда нравятся мальчики постарше, а мне особенно. Так как рано умер мой отец, я в мужчинах ищу себе наставника. Мой муж был намного старше меня, только Саша был ровесником. Девчонки смеялись надо мной, зная о моем тайном воздыхателе. Он на каждой переменке ходил за мной, как собачонка, чем еще больше меня нервировал, ни о какой взаимности не могло быть и речи! Потом появился Саша, но мой поклонник не отстал от меня. Прошли годы, мы даже подружились, я благодарна ему, что он предан мне, не делает ничего исподтишка и не скрывает своих чувств. Сейчас разница в возрасте в два года уже не заметна… но мое отношение к нему не изменилось, а он до сих пор любит меня.

— Кто он?

— Да какое это имеет отношение к нашему разговору? Мне всегда неприятно вспоминать о нем, словно я в чем-то виновата, что не смогла ответить на его чувства… Если бы это делалось по заказу!

— Кто он?!

— Яна, ты его знаешь.