Маршем по снегу - Владислав Прокопенко

— Я прагматик, смерти не боюсь, хочу спокойно сам умереть и избавить от мучительной смерти двух несчастных женщин. По-моему, у меня выбор невелик.

Майор с интересом посмотрел на Королёва. Впервые в его руках оказался русский офицер, и он начал даже восхищаться им. Не зря же злейшие враги КНДР американцы побаиваются русских.

— А при чём здесь американки? — Чжу Вон вдруг с удивлением спросил.

— Это моё условие и торга не будет. — Артём замолчал. Его лицо выражало твёрдость и непреклонность.

— Ладно, — увидев лицо полковника, сказал майор. — Лично вас всех расстреляю, как Ли Дон Гона. Смерть будет такой же мгновенной, — осклабившись, захохотал майор. — Говори, слушаю.

— Буду краток, — сдерживая кипевшую в груди злость, — произнёс Артём. — Стрелял в меня и в товарища Ли молодой человек. Я его ранил, и он уронил пульт, которым перед этим хвастался. Неожиданно подъехали машины вашего министерства, и нападавший убежал. Пульт, а это, как я успел заметить, был телефон спутниковой связи, незаметно подобрал один из офицеров и спрятал у себя в кармане пальто.

— Гм. Ты его сможешь опознать?

— Без проблем. Неси фото офицеров, участвовавших в расследовании нападения на машину сотрудника ГКО.

— Хорошо. Сними русского, дай ему воды. Обработай раны, а то ещё сдохнет раньше времени. Да, не забудь связать его, — отдал распоряжение Чжу Вон своему помощнику и вышел из комнаты.

«Шанс, конечно, один из тысячи, но попытаться можно», — стал быстро продумывать последующие свои действия Артём. Чем мозг аналитика отличается от мозга простого человека, так это тем, что аналитик постоянно просчитывает ситуацию и прогнозирует её развитие. Интуиция в последний момент подсказала Королёву, на чём можно сыграть с Чжу Воном, и он не прогадал. Простить смерть близких ему людей Королёв не мог. Кроме того, в этом мире теперь появился родной человек — сын. Ради встречи с ним просто необходимо выжить.

Помощник аккуратно положил Королёва в угол на какие-то грязные и рваные тряпки и вышел, предварительно связав пленника.

«За водой и едой, наверное», — подумал Артём, лёг на спину и начал делать дыхательную гимнастику, стараясь сосредоточиться и восстановить силы. Немного успокоившись, полковник попытался расслабиться и освободить кисти рук от верёвки. Когда помощник вязал полковника, тот практически на автомате стал напрягать мышцы, имитируя невыносимую боль. И не зря. Большими пальцами удалось скинуть сначала одну петлю, потом вторую, но дальше дело застопорилось. Кровоточащие пальцы онемели и не шевелились.

Со стороны колодца послышался приглушённый стон, и Артём вспомнил о лежащих там женщинах. Одна, похоже, была без сознания, а стонала скорее всего женщина с заклеенным ртом.

— Тихо, иду к вам, — произнёс Королёв и, подволакивая ногу, пополз к колодцу.

Добравшись до женщин, он убедился в своей правоте. Одна лежала без сознания, а вторая, с короткой стрижкой, мычала.

Полковник зубами содрал ленту с лица женщины. Она быстро и судорожно задышала: «Ты кто?»

— Человек, вот я кто. Буду пытаться вырваться отсюда. Поможешь?

— Да. Да, — с надеждой в голосе ответила женщина.

— Я сумел ослабить верёвку на кистях рук. Попробуй развязать зубами узел, только побыстрее. Палач скоро вернётся.

Королёв повернулся спиной и почувствовал, как неожиданный помощник стал остервенело рвать зубами верёвку до тех пор, пока путы не упали. Освободив руки, Артём быстро развязал и лодыжки. Затем помог освободиться и женщине с короткой стрижкой. Развязывая её, он невольно обратил внимание на сильное и гибкое тело американки, не сломавшейся и не успевшей превратиться в беспомощное существо, как её подруга.

Первым делом полковник на ощупь, поскольку в камере было темно, попытался найти какие-нибудь предметы, пригодные в качестве оружия. Поиски оказались безуспешными. Тогда недолго думая он взял в руки более длинную верёвку, которой были связаны лодыжки, и на конце завязал последовательно пять узлов один за другим. Другой конец намотал на руку. Размахнувшись, Артём нанёс по невидимому противнику пару хлёстких ударов. Верёвка со свистом описала два круга.

— Неплохо, — прошептал полковник. — Сиди тихо и не мешай мне, — сказал он американке. Затем Артём отошёл в свой угол и снова лёг на рваные тряпки, дожидаясь помощника майора.

Тот не заставил себя долго ждать и вошёл, неся в руках бутылку воды и ещё какой-то пакет. Кореец подошёл к Артёму и пнул его ногой.

— Сядь, дам воды попить, — с чувством безнаказанности в голосе сказал палач.

— Руки развяжи, — миролюбиво попросил Артём.

— Обойдёшься, наслышан о тебе, — буркнул со злобой в голосе кореец.

— Хорошо. Поставь бутылку на пол и открой её. Сам попью, — примирительно предложил Королёв.

Как только кореец наклонился с бутылкой, полковник выпрямился во весь рост и нанёс один за другим два хлёстких удара по правому и левому вискам противника. От ударов тот опешил и схватился за голову. В тот же момент отработанным до автоматизма движением Артём нанёс уже кулаком сокрушительный удар в солнечное сплетение корейца. Палач согнулся пополам. Этого мгновения было вполне достаточно, чтобы, взяв верёвку за оба конца, обхватить ею шею противника и провести приём на удушение.

Схватка длилась буквально несколько секунд.

— Минус один, — по привычке прошептал Королёв. — Сколько их в здании? Будем считать. Два джипа при захвате. На одного раненого пленника многовато. Скорее всего их начальник, убийца профессора, ну и покойный «мучитель». Да, ещё водитель, — рассуждал полковник. — Если рассматривать это здание как тайную тюрьму, то должна быть и охрана. Но! Охрана вряд ли посвящена в дела этой команды, и, судя по комнате, само здание не такое уж и большое. Может, один-два этажа?

— Эй! — тихо подозвал женщину с короткой стрижкой полковник. — Тебя как звать?

— Бояна.

— Надо же! Бояна, и американский агент. Разве такое бывает? — шутливо бросил Артём.

— Я не агент. Я журналист.

— Ладно, не обижайся. Все журналисты повязаны на спецслужбы. Женщина в ответ угрюмо посмотрела на полковника.

Королёв подошёл к трупу помощника, порылся по карманам, но обнаружил только бинт и ключи.

— Перевязку сделать сможешь, агент?

— Да, я проходила курсы медсестёр.

— Как агент? — продолжил острить Королёв.

— Нет. Просто мне часто приходилось делать репортажи из горячих точек, из районов техногенных и природных катастроф. Может, хватит издеваться? — зло ответила на реплики Артёма американка. — Между прочим, по рождению я сербка. Вот так-то, мой русский незнакомец.

Лицо Артёма выразило крайнее удивление. Но это были секунды, и он принял обычный вид, только нахмурился.

Женщина быстро и со знанием дела наложила Королёву на кровоточащую рану на ноге тугую повязку. На этом настоял Артём, понимая, что ему надо быть в максимальной готовности к бою. Журналистка также осторожно перебинтовала полковнику травмированные во время пыток пальцы рук. Оба молчали всё время, пока Бояна обрабатывала раны.