Пройти чистилище - Чингиз Абдуллаев

— Весь советский народ идет на выборы, демонстрируянесокрушимое единство партии и народа. За единый блок коммунистов ибеспартийных идет отдавать свои голоса трудовая Москва, — радостно сообщилдиктор, Крючков, поморщившись, подошел к телевизору, убрал звук. Несмотря нато, что это был кабинет руководителя советской разведки, телевизор в нем стоялстарый, отечественный, и никакого дистанционного управления не было. Крючковвернулся за стол. В кабинете кроме него сидели генералы Грушко, Голубев,Дроздов и полковник Грибин. Несмотря на это, хозяин кабинета, не любившийфамильярностей, не стал просить никого из присутствующих убавить звук. Онпрошел суровую школу дипломатической и партийной работы и не любилвыставляться. И тем более проявлять нескромность. Это была не поза — это былоего правилом жизни. Из веселого, общительного парня с годами он превратился вжесткого, сухого, педантичного руководителя, строго требовавшего с подчиненныхи не прощавшего им ни малейшей небрежности.

Телевизор он включил, чтобы посмотреть как Гришин уговоритуже смертельного больного Черненко выйти к мониторам телевидения для участия вголосовании. Черненко не мог ни ходить, ни говорить, ни соображать. Но егобезжалостно подняли из постели и заставили стоять у камеры, демонстрируя всемумиру явственную печать смерти, лежавшую на лице обреченного генсека. Крючков,просмотрев эту программу еще раз, убедился, что Черненко не жилец на этомсвете. Слухи ходили давно, но в КГБ все всегда знали лучше. Здесь знали,например, что их руководитель — Председатель КГБ Чебриков не скрывает, что вгрядущей схватке за власть будет на стороне андроповской команды. Все понимали,что симпатии на Политбюро могут разделиться между Гришиным или Романовым содной стороны и Горбачевым, которого поддержат андроповские выдвиженцы, сдругой.

При любом раскладе поддержка такой организации, как КомитетГосударственной Безопасности, отвечавший в том числе и за организацию охранычленов Политбюро и их семей, стоила очень многого. Крючков знал, что заГорбачева собирается выступать Громыко, когда-то мечтавший стать первым итеперь собирающийся выдвигать свою кандидатуру на паритетных началах. При этом,по взаимной договоренности, Горбачев получал высший пост в партии, а Громыковысший пост в государстве.

Крючков сел за стол и начал совещание.

— Докладывайте, — разрешил он генералу Грушко, своемузаместителю по европейскому направлению.

Тот привычно нахмурился, посмотрел коллег и начал говорить:

— В прошлом году к нам стали поступать сигналы о рядепровалов нашей агентурной сети по линии третьего отдела. Особенно показательнымбыло сообщение нашего агента в США «Юджина» о том, что его сообщение по базамподводных лодок в Великобритании стало известно английской и американскойстороне. Тогда мы провели проверку, но ничего не обнаружили.

Крючков слушал молча, глядя куда-то в сторону. Было заметно,как сильно он нервничает.

— Мы продолжали наши оперативные мероприятия совместно свнутренней контрразведкой и руководством третьего отдела. Но затем произошлаэта история в Америке. «Юджин», не получивший от нас подтверждения и случайнопотерявший второго связного в Чикаго, вышел на связь через первый канал, ужезаблокированный американцами и отправил очередное донесение. Как потом объяснялсам агент, он хотел таким образом установить, где именно происходит утечкаинформации при переправке его донесений. Благодаря этому нам удалось проверитьвсю линию и сделать однозначный вывод, что утечка могла произойти только вАнглии, среди нашего персонала местной резидентуры.

Грибин, сидевший рядом с Грушко, выглядел особенноизмученным и уставшим. Он понимал, что в случае любой неудачи оргвыводы будутделать, начиная именно с него.

— «Юджин» подверг себя ненужному риску, потерял одного изсвоих связных, но помог нам точно установить и очертить возможный район поиска.На сегодняшний день проверяются все офицеры нашей резидентуры в Англии, —продолжал Грушко, — мы старались производить проверку своими силами, непривлекая для этого Второе Главное Управление. Поменяли нашего резидента вАнглии еще в середине прошлого года, когда Гука сменил Никитенко, но попредложению руководства отдела на эту вакансию в январе был рекомендованполковник Олег Гордиевский. В настоящее время он уже ознакомлен с личным шифромрезидента для связи с Центром. Никитенко должен улететь из Лондона через двамесяца и тогда Гордиевский станет новым резидентом в Лондоне. Пока он не знаето нашем поиске, но, думаю, что его нужно ввести в курс дела, очертив кругподозреваемых, которых мы проверяем в первую очередь.

Грушко перечислял все это несколько напряженным голосом. Емубыло неприятно говорить об этом при Дроздове, уже давно и упорно доказывающем,что среди его нелегалов нет предателей, что утечка информации идет из местныхрезиденту третьего отдела. Теперь приходилось признавать правоту начальникауправления, занимавшегося нелегалами. Юрий Иванович Дроздов четыре года работалв Нью-Йорке резидентом ЛГУ КГБ — с семьдесят пятого по семьдесят девятый иобладал колоссальным опытом разведывательного дела. Грушко было неприятно, чтоДроздов оказался прав, но, как дисциплинированный человек, он перечислял все,ничего не упуская.

— Что думаете делать? — спросил Крючков.

— Анализ показывает, — ответил Грушко несколько напряженнымголосом, — что в подобных случаях привлечение сотрудников местной резидентуры иих агентов оказывается недостаточным. Если источник информации англичан иамериканцев сидит в нашей резидентуре, то, значит, все известные связи по всемнаправлениям оказываются под угрозой. В связи с этим руководство третьегоотдела и управление внутренней контрразведки считают правильным задействоватьдругих агентов, не связанных напрямую с нашей резидентурой в Лондоне.

— А вы что думаете об этом? — хмуро спросил Крючков уДроздова.

— Я согласен, — мрачно ответил Дроздов, — но считаю, что дляподтверждения наших предположений нужно использовать внутренние резервы в самойАнглии. Это быстрее и проще, чем подставлять кого-то из нелегалов, к тому же,возможно, известных «кроту».

Он был в плохом настроении. Подтверждались его мысли оналичии чужого «крота» среди сотрудников английской резидентуры. Но он нечувствовал особой радости, понимая, что основная нагрузка по проверке данныхГрушко ляжет на его управление.