Последнее шоу - Майкл Коннелли

— В Санта-Монику. Где наша тачка?

— Внизу, за новостными фургонами. Ближе места не было.

— Не хочу идти мимо репортеров. Может, сбегаешь за ней, подгонишь сюда и заберешь меня?

— Не вопрос, Рене.

Дженкинс ушел, а Бэллард осталась ждать возле дома. Двое детективов Фельцера вышли из двери у нее за спиной и скрылись в МКП. Проходя мимо Бэллард, они не сказали ни слова.

До шоссе 405 Дженкинс все время ехал по Малхолланд-драйв, а потом свернул на юг. Горы остались позади, началась зона уверенного сигнала, и Бэллард попросила у напарника телефон. Она знала, что перед возвращением на службу ей придется пройти психологическое обследование, и хотела побыстрее с этим разобраться. Позвонив в отдел поведенческого анализа — ОПА, она записалась на следующий день, так чтобы попасть на обследование сразу после второй встречи с Фельцером.

После этого Бэллард вернула Дженкинсу телефон, прижалась к дверце и забылась сном. Дженкинс молча доехал до шоссе 10, ведущего на запад, и только тогда осторожно похлопал Бэллард по плечу. Та, вздрогнув, проснулась.

— Почти на месте, — сообщил Дженкинс.

— Высади меня и поезжай, — сказала она.

— Точно?

— Да, точно. Обо мне не беспокойся. Поезжай к жене.

— Нет, так дело не пойдет. Я тебя дождусь.

— Джон, нет. Я должна пройти через это самостоятельно. Еще неизвестно, было ли что. Даже если что-то случилось, я была в отключке. И никогда ничего не вспомню. Просто хочу справиться сама, понимаешь?

— Ладно-ладно. Нам необязательно поднимать эту тему. Но если захочешь поговорить, я буду рядом. Ладно?

— Ладно, напарник. Но вряд ли у меня возникнет такое желание.

— Если так, тоже никаких проблем.

Центр помощи жертвам изнасилований находился в Санта-Монике, в медицинском центре Рональда Рейгана на Шестнадцатой улице. Бэллард могла бы провериться и в другой больнице, но здешний центр считался одним из лучших в стране. За время работы на «ночном сеансе» Бэллард не раз привозила сюда жертв изнасилования и знала, что здесь к ней отнесутся с пониманием и все процедуры будут сделаны по высшему разряду.

Дженкинс остановил машину у дверей приемного покоя.

— Еще раз: эту тему поднимать необязательно. Но рано или поздно ты должна будешь рассказать мне про Трента, — сказал он.

— Не переживай. Расскажу, — пообещала Бэллард. — Давай сперва дождемся результатов внутреннего расследования. Как считаешь, в деле «Спаго» Фельцер был объективен?

— Да. В любом случае беспристрастен.

— Что ж, будем надеяться, что ему ничего не нашепчут с десятого этажа.

На десятом этаже ПА находился офис начальника полиции, для краткости называемый ОНП.

Открыв дверцу, Бэллард вышла из машины и оглянулась на Дженкинса:

— Спасибо, напарник.

— Береги себя, Рене, — сказал он. — Если понадоблюсь, звони.

Она махнула рукой — дескать, уезжай, — и он уехал. Бэллард вошла в больницу, достала из кармана куртки жетон и сказала, что хочет видеть супервайзера. Из лечебного отделения вышла медсестра по имени Мэрион Таттл. Она побеседовала с Бэллард, и через сорок минут та была в палате. С бедра ее смыли кровь, а ватки с мазками уже находились в баночках для улик.

Процедура обследования была инвазивной и весьма унизительной. После этого Таттл проверила мазки на наличие семенной жидкости, используя для этого химикат, реагирующий на бело́к спермы, а затем провела еще более инвазивное анальное и вагинальное обследование. Наконец все закончилось, Таттл разрешила Бэллард надеть халат, а сама бросила хирургические перчатки в контейнер для медицинских отходов. Потом она сверилась с формуляром на планшете и сказала, что готова сообщить о результатах.

Бэллард закрыла глаза. Она чувствовала себя униженной и оскорбленной. Тело было липким. Ей хотелось в душ. Привязанная к стулу, она несколько часов исходила по́том. В панике решала, драться ей или бежать. Все-таки решила драться — с человеком вдвое крупнее себя. Пережила чудовищный выброс адреналина во время драки. И еще ее, возможно, изнасиловали. Да, она хотела знать, так ли это. И еще она хотела, чтобы все закончилось.

— Ну… — начала Таттл, — живчиков я не вижу.

Бэллард поняла, что она говорит о сперматозоидах.

— Мы проверим мазки на силикон и другие следы презерватива, — продолжила Таттл. — У вас есть некоторые повреждения. Когда в последний раз у вас был секс — ну, до этого случая?

Бэллард подумала про Роба Комптона. Не сказать, чтобы в последний раз их общение было нежным.

— В субботу утром, — ответила она.

— Пенис был крупный? — спросила Таттл. — Секс жесткий? — Она задавала вопросы сухо, прозаично, без тени осуждения.

— Ну, вроде того, — сказала Бэллард. — То есть и крупный, и жесткий.

— Ясно. А до этого?

Спасатель по имени Аарон.

— С месяц назад, — ответила Бэллард, — или даже больше.

Таттл кивнула. Бэллард отвела взгляд. Когда же это закончится?

— Значит, травмы могли появиться в субботу утром, — сказала Таттл. — У вас довольно долго не было секса, ткани нежные, а ваш партнер, как вы говорите, был груб. И у него был крупный пенис.

— Значит, вы не можете сказать, изнасиловали меня или нет, — заключила Бэллард.

— Неопровержимых доказательств нет: ни на поверхности тела, ни в его полостях. Счес с лобка тоже ничего не дал, потому что у вас там нечего расчесывать. Поэтому в суде, под присягой, я не могла бы сказать ни да ни нет. Но, насколько я понимаю, в суд мне идти не придется? Все дело в вас. Это вам нужно все знать.

— Да, нужно.

— Простите, Рене. Точный ответ дать нельзя. Но я могу направить вас к специалисту, который поможет вам смириться с отсутствием такого ответа. И вы перестанете задавать себе этот вопрос.

Бэллард кивнула. Об этом придется говорить еще и завтра, в отделе поведенческого анализа.

— Ценю ваш совет, — сказала она. — Правда ценю. И подумаю на этот счет. Но сейчас мне больше всего нужна машина. Вы не могли бы вызвать такси и поручиться за меня? Мой кошелек и телефон остались в Вентуре. Мне нужно вернуться за ними, а машины у меня нет.

Протянув руку, Таттл похлопала Бэллард по плечу.

— Ну конечно, — сказала она. — Мы можем это устроить.