Полное затмение - Лиз Ригби

— Адвокаты тоже держались не лучшим образом.

— А почему ты сейчас не с Джулией, не утешаешь ее, не держишь за руки?

— Она осталась с Френсис и ее помощниками.

Ломакс попытался стереть воспоминание о помощнике Френсис, мысленно размножив Курта. Ломакс считал, что Джулия могла бы взглянуть на него еще раз, когда открывала дверцу деревянного ограждения, но она проследовала к ожидающим репортерам, даже не повернув головы. Он продолжил:

— Она должна выглядеть убитой горем вдовой. Френсис считает, что присяжные будут менее снисходительны, если узнают, что у Джулии есть приятель.

— Когда тебе разрешат увидеть ее?

— Сейчас я пойду домой на случай, если она позвонит. Я зашел только вернуть костюм. Повесил на место.

Кэндис скептически посмотрела на него:

— Можешь взять костюм на суд.

— У меня есть костюм.

Кэндис что-то делала — варила яйца, открывала дверцу духовки или мыла салатные листья, но тут замерла.

— С утра я просто забыл надеть его, — объяснил Ломакс.

— У тебя есть костюм?!

— Я купил его для работы в «Сэш Смит», — сказал он извиняющимся тоном.

В прошлом Кэндис не раз пыталась убедить Ломакса купить костюм, но успеха так и не достигла.

Он собирался сказать ей кое-что еще.

— Этим летом я, наверное, съезжу в Аризону.

Кэндис остановилась и наклонила голову.

— Аризона, — задумчиво произнесла она. — Это не там ли мы видели ту огромную жирную ящерицу?

Кроме ящерицы, они видели каньоны, впечатляющие горные образования и реку Колорадо. Но для Кэндис Аризона была ящерицей.

— Ядозуб, — сказал Ломакс.

— Зачем тебе возвращаться туда?

— Я собираюсь выяснить кое-что об одной из жертв убийства. В детстве она жила в Аризоне.

Ломакс хотел что-то добавить, но промолчал. Кэндис вздохнула и покачала головой.

— Тебе не кажется, что ты слишком увлекся этим расследованием?

— Не кажется.

Кэндис отвернулась. Она была заметно раздражена.

— Этим должны заниматься адвокаты Джулии, Ломакс. Тебе незачем шататься по пустыне, задавая вопросы. Кому это нужно, чтобы ты выяснял, чем занимался умерший человек в детстве?

Кэндис раздраженно подчеркнула последнее слово и включила миксер, меняя настройки до тех пор, пока прибор не взревел. Ломакс вздохнул и положил в рот еще несколько сушеных коричневых фруктов. Он собирался ответить, когда снова наступит тишина, но Кэндис опередила его:

— Идет расследование убийства. Это серьезно. Ей грозит смертный приговор. — Она помедлила, испуганная собственными словами. — Я хочу сказать, — жалобно продолжила Кэндис, — это очень далеко от космологии.

— Нужно изучить людей, если хочешь узнать, кто убил их, — произнес Ломакс.

— С самого детства?

— Возможно.

Кэндис не ответила, а только лишь покачала головой.

— Вчера я разговаривал с людьми, которые знали Гейл. Потратил целый день. И не выяснил абсолютно ничего нового.

— Почему бы тебе не спросить Джулию?

Ломаксу не хотелось говорить Кэндис, что Джулия обычно пытается уйти от ответов на его вопросы. Вместо этого он сказал:

— Может быть, мне взять с собой Хелен и Джоэла?

— В Аризону? Любоваться трупами? — повысила голос Кэндис.

— Мы могли бы любоваться видами.

— Не знаю…

Очевидно, она все уже решила. Кэндис не хотела, чтобы Ломакс увозил детей в Аризону. Возможно, несмотря на извинения, она все еще подозревала его. Или вспомнила о ядозубе.

— Если ты хотел забрать детей на каникулы, то должен был сказать заранее. Я запланировала для них на лето много чего интересного.

— Например?

— Лагерь. Поездку в Сан-Диего к маме и папе. Гимнастическую секцию для Хелен. Плавание для Джоэла. Посещения друзей…

— Хорошо, — согласился Ломакс. Он не хотел снова спорить. — Я просто предложил.

Он попрощался с детьми. Те смотрели телевизор и сообщили Ломаксу, что специально переключают программы, чтобы увидеть Джулию на всех местных каналах.

— А кто это рядом с ней? — спросила Хелен.

— Наверное, охранник, — ответил Ломакс.

— Ты повесил костюм Роберта? — спросила его дочь. — Роберт любит, чтобы вся его одежда висела на месте.

— Как только закончится суд, нужно будет взять этого ребенка с собой, и я попытаюсь научить ее превращать комнату в свалку, — сказал Ломакс Кэндис, целуя ее на прощание.

Кэндис смягчилась:

— Ты жутко выглядишь. Бледный. Ты хоть спал сегодня? — спросила она.

— Немного.

— Отрасти бороду, — посоветовала она.

Ломакс коснулся пореза на шее. К его удивлению, Кэндис обняла его.

— Возьми с собой собаку.

— Ладно. А зачем?

— Пусть хоть кто-нибудь будет рядом — тебе не будет так одиноко.

— Я не чувствую себя одиноко.

— Все равно забери его. Я потом объясню детям.

Пес шел за ними до машины, и когда дверца открылась, запрыгнул внутрь. В ожидании Ломакса он замер на заднем сиденье, подняв уши и виляя хвостом.

— Все будет хорошо, — сказала Кэндис. — Я свято верю в нашу судебную систему. Невиновных людей оправдывают.

Ломакс кивнул. Кэндис смотрела на него. Внезапно она проговорила:

— Ломакс, будь осторожнее.

Он улыбнулся, слова Кэндис и ее тон удивили его. Таким тоном Кэндис разговаривала с Хелен и Джоэлом, но часто обращалась и к Ломаксу так, словно он был ее третьим ребенком. Это совсем не раздражало его. Ломакс понимал: Кэндис не хочет, чтобы его частые визиты травмировали Роберта. Но сегодня тон Кэндис расстроил его.

Когда они с собакой подъехали к дому, внутри звонил телефон. Ломакс заспешил к нему, но Депьюти оказался быстрее и сбил хозяина с ног. Аппарат замолчал.

— Наверное, это была она, глупое ты животное, — сказал Ломакс.

Пес удалился. Телефон снова зазвонил, и Ломакс снял трубку.

— Это я, — раздался голос Ким. — Дерьмово, Ломакс. Белое платье. Она что, решила, что это ее первое причастие?

— Кремовое. Ты только что звонила?

— Нет. Ты смотрел новости? Ты видел меня? Они включили камеры как раз, когда я шла через стоянку.

— Я не смотрел новости.

— Добермен раз пятьдесят шнырял туда и обратно, но так и не попал ни в один выпуск, — захихикала она.