Ведьмин камень - Марина Серова

Николай вышел к нему, протянул права.

– Что это у вас на заднем сиденье? Компания? – Гибэдэдэшник заглянул в салон.

– Да, вот друзья мои... Мы отмечали день рождения нашего приятеля, девушку развезло... Я всех по домам развожу.

– А вы сами-то пили? Ну-ка, дыхните!

– Что вы, товарищ сержант! Я вообще не пью. Принципиально. Я – спортсмен. В прошлом – мастер спорта... – говорил Николай, приблизив лицо к постовому.

В это время мы с Абрикосом пьяными голосами загорланили песню:

– «Позови меня с собой, я приду сквозь злые ночи, я отправлюсь за тобой, что б ты там мне ни пророчил...»

Сержант усмехнулся, вернул права Николаю:

– Осторожнее на дорогах. Знаете, много лихачей развелось... Счастливого пути, «Песняры»!

– И вам счастливо! – замахали мы с Севой ему руками. – «...Я приду туда, где ты нарисуешь в небе звезды...»

Николай сел за руль, и мы продолжили наш вояж.

Мы подъехали к сауне Манука Хачатуровича ровно в десять часов. Здесь на стоянке полно было машин. Николай приткнул свою в сторонке, я достала мобильник.

– Дед? Мы на месте.

Ариша, по моему замыслу, уже к этому времени должен был проиграть Мануку Хачатуровичу в покер. В этом было его виртуозное мастерство: он мог не только выигрывать, но иногда и проигрывал, причем так мастерски, что никто ничего не мог заподозрить.

– Да, Сережа, у меня все в порядке, я скоро заканчиваю.

Это был условный знак. Значит, дед уже проиграл нашему банщику и задолжал ему некоторую сумму. Когда придет время расплачиваться, тут Мануку Хачатуровичу и будет преподнесен сюрприз.

– Заканчивай. Я жду тебя возле той самой сауны в вишневой «семерке» номер...

Я назвала Арише номер нашей машины и отключилась.

– Ждем, – сказала я Николаю и Севе.

– А из машины выйти-то можно? – спросил последний.

– Можно. Можно даже вон на той лавочке посидеть, – кивнул Николай на маленький скверик рядом с сауной.

Абрикос ушел курить на свежий воздух, мы с Николаем остались в машине.

– Полин, а она не сбежит? – Солдатенков кивнул на спящую Эвелину. Та дрыхла, запрокинув голову и мирно посапывая.

– Не должна. Говорят, здесь строгие порядки. Охрана, камеры... Да и зачем ей бежать? Отдельная жилплощадь, кавалеров – хоть пруд пруди. Все, о чем мечтала...

Мы посидели некоторое время молча.

– Сейчас бы коньяка граммов сто пятьдесят, – сказал Николай.

– Переживаешь? – спросила я сочувственно.

– Гадко как-то на душе. Я всегда мечтал о красивой любви, о чистых отношениях, но почему-то вляпывался в таких вот... А хорошую девушку долго не мог встретить, все мне не везло. А совсем недавно, кажется, встретил, но она не хочет со мной серьезных отношений. Ну и правильно! Я кто? Бывший зэк, уголовник. Кому теперь интересно, что я сидел лишь за то, что изуродовал двух подонков, которые и до меня были уродами?! Моральными, я имею в виду...

Я внимательно посмотрела на Николая. Да, он уголовник. Но ведь в тюрьму он попал за то, что защищал свою жизнь. Он не воровал, не грабил, не насиловал. Не совершал финансовых махинаций, в конце концов. Да у нас егеря, разрешившего браконьерам убить в лесу лося и получившего от них взятку в три тысячи, сажают на пять лет. А чиновник, получивший взятку в три миллиона, отделывается предупреждением и отпускается за якобы недоказанностью. Или переводится на другую, не менее оплачиваемую и почетную работу. Страна абсурда!

Николай повернулся ко мне, уловил мой взгляд.

– Полина, может, мы...

В это время к нашей «семерке» с визгом подкатил огромный сарай – крутая иномарина черного цвета с такими же стеклами. Машина Николая выглядела рядом с ней как цыпленок рядом с важным индюком. Из иномарки вылезли сначала три амбала по два метра ростом каждый, потом маленький толстый человечек на коротких ножках, потом, кряхтя, выбрался Ариша. Амбалы осмотрели все вокруг и встали кольцом, загораживая своего шефа. Мы с Николаем тоже вышли им навстречу.

Человечек подошел к нашей машине.

– Это кто же здесь Полина? – спросил он с явным кавказским акцентом.

Мы с Николаем переглянулись. Интересно, подумала я, кто из нас двоих больше похож на девушку?

– Я – Полина, – сказал Николай писклявым голосом.

Я едва сдержалась, чтобы не прыснуть, амбалы повернули головы и внимательно посмотрели на моего друга, лица их не дрогнули. Ариша тихо хихикнул в сторонке, а толстый человечек на коротких ножках от радости всплеснул руками:

– Вай, как хорошо шутит, а?

– Здравствуйте, Манук Хачатурович, – сказала я.

Коротышка подошел ко мне и, взяв мою руку, поцеловал. Когда он нагнул голову, я увидела, что она у него с большой плешиной. А еще я увидела, что ростом он меньше меня. Хотя и я – далеко не модель.

– Где мой подарок? – спросил коротышка ласково.

Я открыла заднюю дверцу машины, он заглянул туда.

– Нравится! Ай, какая красавица! Люблю таких, очень люблю... Сколько ей лет?

– Двадцать пять, – не моргнув глазом, выдала я.

– Беру, – повернулся коротышка к Арише. Тот только кивнул.

Манук Хачатурович сделал еле заметное движение рукой, один из амбалов заглянул в наш салон, отстранив меня, легко, как куклу вынул оттуда Эвелину и, взяв под мышку, понес в сауну.

– Ваш дедушка сегодня проиграл мне, – доверительно сообщил коротышка, тронув меня за локоток.

– Очень жаль, – вздохнула я, – иногда это с ним бывает.

– А мне не жаль. Я имел честь познакомиться с его внучкой. И еще пополнить мою коллекцию красавиц. Я сегодня счастлив. Приходите ко мне в сауну! Бассейн вам будет, армянский коньяк будет! Все будет!

Да нет уж, спасибо, как-нибудь без этого, подумала я и улыбнулась.

– Все, поехали, – сказал Николай. – Время – деньги!

Кажется, он был совсем недоволен излишним вниманием ко мне старого «бизнесмена».

– Вай, как хорошо сказал, а? Время – деньги, да, время – деньги... Я сегодня потратил немного времени, поиграл в покер, выиграл деньги, получил такую красавицу!

Манук Хачатурович с охраной направился в свою сауну, а мы все сели в машину Николая и поехали к его дому. По дороге мы завезли слегка захмелевшего Абрикоса на Вокзальную улицу, потом возле дома Николая мы с дедом пересели в мой «Мини Купер».

– Созвонимся, – бросила я Солдатенкову, поворачивая ключ в замке зажигания.

Он только кивнул и пожелал нам с дедом счастливо доехать.