Гадюка в сиропе - Дарья Донцова

– Незнакома я со Степаном, Разин был мойотец, отсюда и фамилия.

Я пошла к двери, но на пороге обернулась:

– Одна молодая женщина, кстати, имеющаячетырехлетнего ребенка, сейчас сидит в тюрьме по ложному обвинению в убийстве.Мне кажется, что свет на запутанное дело может пролить Степан, вот я и ищу его,правда, пока безрезультатно. Может, если вам станет жаль невинно пострадавшую ивы припомните, где Степан, вот, возьмите, это номер моего телефона…

– Погодите, – тихо сказала СветланаПавловна. – И что грозит той женщине?

Я пожала плечами:

– Лет десять вкатят как минимум.

– А в чем ее обвиняют?

– В убийстве своего мужа.

– Пройдемте, – пробормотала она.

Мы вышли в коридоре, ветеринар повесила надвери табличку: «Перерыв. Работает 12-й кабинет».

В маленькой комнате, где с трудом уместилисьстол и четыре стула, она включила чайник, вытащила кофе, две кружки и пачкупеченья. Я терпеливо ждала развития событий. Наконец докторша наполнила чашки ис чувством произнесла:

– Бабы дуры. А пока есть такие идиотки,как я и ваша подруга, то мужики, подобные Степке, будут процветать. Любительчужими руками жар загребать! Я ведь из-за него три года в лагере провела, а он…

И она махнула рукой.

– Как же вы туда попали? – изумиласья. – Сделали-то что?

– В том-то и дело, что ничего! –выкрикнула Светлана Павловна. – Подставил меня Степка, как последнююлохушку.

– Вы были его женой?

– Нет, – покачала головойона, – никогда. Просто по странному совпадению мы однофамильцы. Нокакое-то время я считала себя его супругой.

– Где же вы познакомились?

– Дома, моя мама – соседка тети Тани.Двое Разиных в одной коммунальной квартире. Нас постоянно путали врачи и в РЭУтоже. Тетя Таня не заплатит за квартиру, а на маму ругаются.

– Но Степан же не жил с родителями.

– Правильно, – подтвердила СветланаПавловна, – его воспитывала Раиса Андреевна, жена брата его покойногоотца. Только он иногда все-таки приходил к матери, раз в год, не чаще. Всегдатакой аккуратный, причесанный, одеколоном пахнет. Вы знаете, что там всеалкоголики запойные были?

Я кивнула.

– Так Степка от них резко отличался,словно и неродной. В школе отлично учился, потом в институт поступил.

– В какой?

– Стали и сплавов, математику отличнознал, впрочем, и писал хорошо, все в КВНе выступал. Я приходила к ним на вечераи очень смеялась, просто до колик.

Степан начал ухаживать за Светой неожиданно.Один раз приехал к родителям, а тех нет, отправились в деревню к бабке.Внезапно парень предложил открывшей ему дверь Свете:

– Пошли в кино.

– В кино?

Девушка удивилась, но приглашение приняла. Кавалервыглядел очень эффектно – высокий, хорошо одетый, трезвый и, судя по всему, приденьгах. Во всяком случае, он купил билеты, угостил ее лимонадом и пирожными, аназад привез на такси. Завязался роман. Светлана стала ходить в гости к РаисеАндреевне, и та часто говорила, что всегда мечтала о такой невестке. Словом,дело катилось к свадьбе, хотя главные слова еще не были произнесены. Летом онипоехали вместе в Сочи, наврав квартирной хозяйке, что состоят в браке. Та,мельком глянув в паспорта и увидев, что фамилия у постояльцев одна, не сталадальше листать документы.

В ноябре, восемнадцатого числа, дату Светазапомнила на всю жизнь, Степан пришел к ней на работу.

Девушка работала кассиром в большомунивермаге.

– Слышь, Светка, – попросилон, – я дело одно тут проворачиваю, дай денег.

Не заподозрившая ничего плохого невестаспросила:

– Сколько?

– Да сколько сможешь, – прозвучалответ.

– Бери хоть всю кассу, – засмеяласьСвета, – только к семи верни, мне отчитываться надо.

– Будь спок, – заверил Степан, сгребпачки и исчез.

Света спокойно продолжала работать,занервничала она около половины восьмого, когда уже нельзя было оттянуть визитв кабинет заведующей. Разразился жуткий скандал. Директриса, пожилая женщина летшестидесяти пяти, заслуженный работник торговли, ветеран труда и член КПСС, тутже вызвала милицию. Светочка, рыдая, умоляла ее не делать этого.

– Завтра все верну до копейки, –обещала несчастная кассирша.

– Где же ты возьмешь такую сумму? –злилась начальница, из-за почтенного возраста крепко не любившая молоденьких ихорошеньких. – В другом месте украдешь?

– По знакомым соберу, – всхлипывалаСвета.

Но заведующая только фыркнула, и девчонкусволокли в отделение. Два дня она молчала, не отвечая ни на какие вопросы,тайно надеясь, что Степан вернет деньги в магазин, но парень словно в водуканул. Поняв, что делать нечего, Света честно призналась следователю во всем. Атот устроил ей очную ставку с без пяти минут мужем.

Более унизительного и горького дня в жизни еене было. Ее, растрепанную, в мятом платье, усадили на стул. Потом в кабинетвошел Степан – хорошо одетый, безукоризненно выбритый и благоухающий одеколоном«Консул».

Выслушав вопрос следователя, парень развелруками:

– И не пойму, с чего Свете эта идея вголову пришла. Я вообще в тот день был в Ленинграде, вот билет. Ездил кдрузьям, спросите у матери. Денег в глаза не видел.

Бедная девушка просто онемела, а когда к нейвернулся дар речи, закричала:

– Степа! Ты что, забыл? Всю кассу забралподчистую!

– Знаешь что, Света, – тихо произнестот, – если наделала глупостей, то сама и расхлебывай. Я-то тут при чем?Понимаю, ты надеялась, что наши отношения заставят меня взять вину на себя. Ноя честный человек и не хочу никого обманывать.

Дальнейшее кассирша помнила плохо. Словаследователя долетали словно сквозь вату, на голову будто надели ушанку… Потом«честный человек» ушел, а ее увели в камеру.

Спустя неделю следователь вызвал ее на допрос.Выслушав очередные «не брала ничего», он тяжело вздохнул: