Остров грехов - Ким Чэхи

– Эй, Виктор. Пройдем-ка с нами подобру-поздорову. Нужно кое-что разузнать.

Виктор удивленно вытаращился на него. Едва завидев позади двух оперативников, он отпустил собачий поводок и рванул в переулок, ведущий к морю. Собака метнулась, намереваясь укусить Кан Тэсу за бедро, но тот пнул ее в живот. Животное, скуля, отступило.

– Поймать его, живо!

Четверо следователей преследовали Виктора. Тот миновал набережную и пустился к отмели. Ему преградили путь Кан Тэсу и О Ёнсик.

– А ну стоять!

Виктор оставил позади устрашающе перекатывающиеся морские волны и, не зная, куда бежать дальше, развернулся и уперся прямо в Кан Тэсу.

– Вы… вы чего?

– Да какой к черту Виктор?! Ко Тунам! Ты арестован за убийство Пак Минсук, Ко Хичжон и Ким Хичжин. У тебя есть право на адвоката, а также право хранить молчание.

– Ха, да что за чушь? Ну и где ж, по-вашему, тела? С чего вы взяли, что их правда убил я?

– В твоей переписке с человеком по имени Ю Чонёль мы нашли информацию о похищениях. Вот тебе и доказательства.

Ко Тунам всплеснул руками и усмехнулся:

– Ха, боже, да это ж курам на смех: я просто болтал с ним о том, что сам услышал.

– Перед вторым похищением вы условились о том, что Ю Чонёль отправит письмо, чтобы запутать следствие, и ты поблагодарил его за это в ответном письме.

– Ха-ха, да это все равно ничего не доказывает. Как быть, если вы меня схватите, а потом Пак Минсук живехонькая в Сеуле засветится?

– Взять его!

Ко Тунам кинулся в море. Руководитель Кан тоже вошел в воду, подняв тучу брызг. Ко Тунам в отчаянии потряс кулаком в сторону сбежавшихся на крик следователей, а Кан Тэсу захватил беглеца в объятия со спины и скрутил его. Ко Тунам закашлялся, выплевывая воду, а следователи спешно заковали его в наручники и выволокли на берег, крепко схватив за ноги. Они ненадолго бросили сопротивляющегося мужчину на отмели, пока О Ёнсик подгонял минивэн к набережной. Ко Тунам успокоился и послушно залез в машину. Кан Тэсу громко вздохнул. В этот момент он почувствовал, что дело, которое все нервы ему успело вымотать, наконец близко к завершению, хотя его до сих пор не покидало беспокойство: вдруг этот негодяй сможет еще до обнаружения трупов каким-либо образом ускользнуть от них.

Когда Сонхо позвонил им, они уже неслись на машине к полицейскому участку Самбо. Трубку взял Кан Тэсу.

– Как ты?

– Вы поймали Ко Тунама?

– Ага.

– У меня появились зацепки после разговора с Хан Намги. «Восемь наставлений по совершенствованию обычаев» – свод правил, регулирующих поведение женщин. В эпоху Чосон девушек, не соблюдающих правила, наказывали заворачиванием в циновку. Ко Кёнсин – отец Ко Тунама и жертва пыток – сейчас занимается фермерством. Видели же обернутые в полиэтилен тюки силоса?

Глаза Кан Тэсу блеснули и расширились.

– Траву или рисовый силос заворачивают в полиэтилен на манер заворачивания в циновку, разве нет?

Услышав, что сказал Сонхо, Кан Тэсу тут же бросил трубку и распорядился:

– Нам со следователем О нужно кое-куда наведаться. Разворачивай машину! Вези нас обратно в Кымгамни. Это очень важно.

– Слушаюсь.

Следователи поехали обратно в деревню. Глаза Ко Тунама, блуждающие туда-сюда в панике, не скрылись от внимания руководителя Кана. Лицо Кана расплылось в улыбке, и он кивнул:

– Жди здесь. Скоро вернемся с доказательствами.

– Господин следователь! – пытался возразить Ко Тунам, но Кан Тэсу закрыл дверь автомобиля и, не оглядываясь, отправился в сторону сельскохозяйственных угодий, широко раскинувшихся перед домом задержанного.

Не прошло и пары минут, как впереди показалось пять обернутых в полиэтилен тюков. Издалека впопыхах прибежал Ко Кёнсин.

– Следователь Кан, что стряслось? В чем мой сын виноват?

– Вы же все знаете, Ко Кёнсин.

Старик повалился на землю и начал причитать:

– Мне пришлось, раз сын не сумел управиться со своими грехами. Все оттого, что я упрекал весь свет в своих бедах, а сам не смог даже отпрыска своего уму-разуму научить, – хныкал он. – Простите отца никудышного. Заклинаю вас, следователь Кан.

Кан Тэсу взял серп. Все его тело странным образом трясло. Расследование продолжалось более четырех месяцев и едва не превратилось в висяк. Если они найдут веские доказательства, преступление наконец будет раскрыто.

У Питбуля перед лицом преступника буквально каждая волосинка дыбом встала. Серп в его руках блеснул в лучах солнца. Кан Тэсу с размаху всадил его глубоко в тюк. Лезвие обнажило силос, скрывавшийся под полиэтиленом. Пространство окутал сильный запах гнилого мяса. Кан Тэсу сморщился, но тут же взял себя в руки и зарылся в измельченные стебли риса. Оттуда вывалились пальцы. Ногти, покрытые красным лаком, было плохо видно среди грязи и сена, но рука однозначно принадлежала женщине. Кожа на вздувшейся, сгнившей дочерна руке висела лохмотьями. Выражение лица О Ёнсика стало серьезным. Кан Тэсу с решимостью в глазах обернулся к Ко Кёнсину. Тот, стоя на коленях, вымолвил:

– Когда он первый раз попросил меня тело спрятать, я яму пытался в промерзшей земле выкопать, да не получалось никак. В море бросишь – оно всплывет. А я тогда как раз закончил собирать урожай риса, стебли в тюки заворачивал, чтоб силос из них изготовить. Ночью взял инструменты и спрятал тело – и остальные два. – Он всхлипнул. – Простите меня, следователь Кан.

О Ёнсик приблизился к следующему тюку и разорвал полиэтилен серпом. Теперь дело оставалось за малым: прибудут криминалисты и извлекут тела.

* * *

Внутри трех тюков с силосом были обнаружены трупы Ко Хичжон, Ким Хичжин и Пак Минсук. Благодаря признанию Ко Кёнсина его сын был взят под стражу. Вопреки предъявленным доказательствам Ко Тунам в содеянном не признавался. Лишь без конца повторял, что никакого отношения к делу не имеет и во всем виноват отец. Однако все же начал потихоньку сознаваться вскоре после того, как в его комнате нашли сумку Пак Минсук, кольцо Ким Хичжин, одежду Ко Хичжон и другие вещи.

Ко Тунам признался, что 14 сентября 2012 года в три часа дня припарковался и вышел из машины, когда встретил Ко Хичжон: ей нужно было за подношениями для шаманского ритуала, и он повез ее в Мокпхо, но по пути у них возник конфликт из-за оплаты такси, поэтому они вернулись в Кымгамни, где он ее и убил. Мужчина уверял, что не трогал деньги, которые у нее были с собой, однако, согласно свидетельским показаниям его друга, он после поехал в Мокпхо и растранжирил их.

Пак Минсук