Берегись свекрови! - Дарья Калинина

– Не может такого быть!

– Может. Теперь он живет во Франции, занимается ресторанным бизнесом и считается в стране, да и во всей Европе, очень богатым человеком. Других наследников, кроме Леночки, у него нет. Как я вам уже говорил, единственный сын старика покончил с собой. Невесткой дед никогда не интересовался. И внучкой тоже, пока ему не стукнуло шестьдесят и врачи не нашли у него неизлечимую болезнь. Так вот, оказавшись на пороге смерти, он заявил, что хочет оставить все свои деньги и бизнес Леночке.

– Вы обрадовались?

– Сначала – да. Но потом я смекнул, что мне никак не удастся вернуть Леночке хотя бы подобие нормальности. Ее состояние за проведенное ею в больнице время резко ухудшалось. Или мне так только казалось? Дома я имел возможность наблюдать Леночку ежедневно. И поэтому изменения в ее манерах и характере не казались мне столь удручающими, ведь я видел их изо дня в день. А в больнице я навещал ее раз в неделю или даже раз в десять дней. И я видел, насколько хуже ей становилось.

– И в чем это заключалось?

– У нее участились приступы немотивированной активности. Она прыгала, скакала и придуривалась, как расшалившийся ребенок. Могла что-нибудь разбить или порвать. И без лекарств Леночка делалась неуправляемой. Но и под действием успокаивающих препаратов она тоже нормальной не выглядела. Нечего было даже мечтать о том, чтобы продемонстрировать ее деду.

– И тут вам в голову пришла мысль совершить замену?

– Да. Лечащим врачом моей Леночки была Татьяна Сергеевна – тезка моей тещи. Мне вообще везет на женщин с именем Татьяна или с родителем по имени Сергей. Татьяна Сергеевна – моя дражайшая теща – была очень щедра ко мне. И хотя она не записала на мое имя ровным счетом ничего из активов своей фирмы, но она всегда словом и делом помогала мне. И я уверен: не скончайся она столь внезапно, мы бы еще сумели с ней договориться.

– Значит, ее смерть не на вашей совести?

– Нет! – горячо воскликнул Игорь. – Нет и еще раз нет!

И, как ни странно, Мариша ему поверила. Но следователь лишь буркнул:

– Я еще раз проверю обстоятельства уголовного дела вашей тещи. И если там найдутся хоть какие-то настораживающие меня детали, тогда берегитесь! Вам не удастся избежать ответственности за это преступление.

– Я не убивал Татьяну Сергеевну! Мне незачем было желать ей зла. Мы с ней заключили сделку. И оба четко выполняли свои условия.

– Значит, ваш брак с Леночкой был сделкой?

– И очень удачной, – кивнул Игорь. – Обе стороны получили то, что хотели. Татьяна Сергеевна пристроила в хорошие руки дуру – свою дочурку, которую никто другой не хотел брать замуж. А я… Я всегда мечтал иметь много денег, красивую машину и жить в роскошной квартире. И все это я получил благодаря своему браку с Леночкой. Знаете, я даже испытывал к ней чувство признательности. Теперь у меня было все!

– Так и жили бы себе спокойно... Зачем вы погнались за вторым зайцем?

– Человек всегда мечтает о большем, – вздохнул Игорь. – Скажите честно, окажись вы на моем месте, разве вы не захотели бы рискнуть? Ведь речь шла теперь уже о миллионах евро, о Европе!

Все молчали, не зная, что ответить проходимцу. И Игорь, так и не дождавшись сочувствия от окружающих, вздохнул и продолжил свой рассказ:

– Как я уже говорил, первая Татьяна Сергеевна была моим добрым гением. Но и вторая тоже оказалась полезна мне. Это именно ей пришла в голову идея – поменять двух своих больных местами.

– Поменять? Как это – поменять? Это что, так просто?

– Не просто, но ведь и куш был велик! На кону стояли миллионы евро!

– Да что за миллионы евро? Откуда они у простого ресторатора?

– Смотря что за рестораны. Я летал в Париж и видел парочку изысканных заведений Леночкиного деда. Они располагаются в историческом центре. И могут потянуть на куда бо#льшую сумму!

– Что же, не буду спорить, – произнес следователь. – Значит, вы нашли общий язык с врачом вашей жены? И она предложила вам произвести рокировку?

– Да. Говорю же, все Татьяны Сергеевны, какие встречались мне в жизни, всегда были моими добрыми гениями. Начать хотя бы с моей школьной учительницы биологии.

– Что? И она тоже была Татьяной Сергеевной?!

– Представьте себе, да! И от нее зависело, получу ли я красный диплом или нет. Сразу скажу, что на «пятерку» я по биологии не тянул. Не знаю, почему так вышло, наверное, я отдавал все силы другим предметам, которые считал для себя более важными. Биология мне для поступления в выбранный вуз была не нужна. Но на школьном экзамене по биологии я внезапно понял, что не знаю ничегошеньки из вытянутого мною билета. Пробормотал какую-то ерунду, был уверен, что – в лучшем случае я получу «тройку» на экзамене и «четверку» в аттестате. Но нет! Она поставила мне «пять»! И на экзамене, и в аттестате.

– Почему?

– Сказала, что не захотела портить мне судьбу, и все такое.

– Замечательная женщина!

– Ну да, – усмехнулся Игорь. – И еще – очень страстная. Думаю, в этом было все дело.

– Но нас больше интересуют не ваши школьные успехи у молоденьких учительниц, а дела настоящие. Нынешние, так сказать.

– Спрашивайте.

– Кто первым предложил совершить рокировку? Вы или Татьяна Сергеевна?

– Конечно, она! – воскликнул Игорь.

Следователь и Мариша, не сговариваясь, недоверчиво хмыкнули. Ну да! Теперь все можно валить на покойницу! Она ведь уже не сможет встать из могилы и оправдаться. Игорь заметил их реакцию и для убедительности добавил:

– Я даже понятия не имел, что в этом отделении больницы находится похожая на мою жену девушка, страдающая к тому же амнезией и потому идеально подходящая для наших планов!

– Ну, допустим, предложение исходило от Татьяны Сергеевны. Но вы ведь тоже должны были в этом участвовать?

– Я колебался недолго. Мне показалось, что такой шанс нельзя упускать. Если все выгорит, я стану не просто богатым человеком, а очень и очень богатым! Выйду на международный уровень. Со мной станут здороваться министры и прочие важные чины. Я стану вхож в мир больших людей и больших денег!

– И вы не думали о том, что в случае провала вы потеряете все?

– Нет, не думал. Мне казалось, что я всегда сумею отпереться от всего. Скажу, что меня самого обманули. Что я стал жертвой чужого злого умысла.

– Интересно, как бы у вас это получилось?

– Не важно. Все равно, я не преступник! То, что я говорю вам тут и сейчас, – это просто беседа. Она не имеет никакой юридической силы. Можете считать это жестом доброй воли с моей стороны. На допросе я буду все отрицать. Скажу, что понятия не имел, что рядом со мной живет чужая женщина.

– Вряд ли судьи вам поверят.