Дамский террор - Татьяна Чистова

— Так навигатор нам в помощь, — улыбнулся Шалаев, — садитесь скорее, я вас отвезу и доставлю обратно. Я не тороплюсь, у меня все дела завтра.

В машине было очень тепло, но Рита спрятала ладони в рукава, втянула голову в плечи. Дрожь била все тело, в голове черти ходили колесом и не было ни одной здравой мысли. Она то и дело смотрела на экран телефона — галочки по-прежнему серые, а до встречи оставалось меньше двадцати минут. Шалаев возился с навигатором, бормотал негромко:

— Игнатьево, Игнатьево, где оно? Я, кажется, знаю это место, проезжал, там еще пробка была… Вот, нашел, — он повернулся к Рите, и та кое-как улыбнулась ему. — Поехали.

Из города «Ауди» выскочила через несколько минут. Мелькнул знак границы области, потом придорожная забегаловка, дорогу обступил лес, березы постепенно сменялись соснами, становилось светлее. Поток машин был плотный, Шалаев вклинивался в каждый просвет, лез в каждую щель и все смотрел на экран навигатора. Желтая стрелка ползла к цели, до нее оставалось несколько километров. Рита глядела то в окно, то в телефон — галочки так и не изменили цвет.

— Ну вот, немного осталось, — Шалаев смотрел на нее в зеркало заднего вида, — а вы волновались. Скоро приедем.

«Ауди» вошла в крутой поворот, влетела в горку, дальше трасса стала идеально прямой. Видно было далеко, сосны вплотную подступали к дороге, Шалаев выжимал из машины все, на что та была способна, и Рита успокоилась. Посмотрела еще раз в телефон — ничего не изменилось. Рита закрыла мессенджер. «Без тебя обойдусь», — мелькнула мысль, и Рита улыбнулась Шалаеву. Тот постучал себя кулаком в грудь — вот какой я молодец, и включил музыку. По навигатору до Игнатьево оставалось пять километров, машин снова стало больше, скорость падала. Шалаев все еще держался в левом ряду, и тут в зеркало на лобовом стекле ударил мощный луч света, Рита зажмурилась, но было поздно, она почти ничего не видела. Шалаев жутко ругался сквозь зубы и выруливал вправо — сзади наседала черная «Тойота», она гудела как пароход в тумане, «Ауди» выскочила у нее из-под носа, вернее, переднего бампера.

— Дебил! — Шалаев глянул на Риту, а та смотрела вперед: у «Тойоты» был разбит задний фонарь, номер показался знакомым. И еще ей показалось, что на заднем сиденье она заметила Глеба, буквально на несколько мгновений, пока внедорожник обгонял их. «Тойота» вильнула вправо, снова влево, Рита подалась вперед.

— Что такое? — Шалаев смотрел то на нее, то на дорогу. — Что случилось? Вы знаете этого придурка?

«Нет», — Рита промолчала, Шалаев прибавил скорость, сколько мог, «Тойота» оказалась чуть ближе, на заднем сиденье вроде двое. Рита вытянула шею, всмотрелась вперед, и тут «Ауди» вильнула вбок, ее понесло на отбойник, раздался глухой удар. Шалаев кое-как удержал машину, Риту отбросило назад.

— Мать твою! — Шалаев обернулся и на ходу открыл дверь, высунулся наружу. Рита оглянулась — на дороге лежала собака, здоровенная дворняга цвета первого снега. Вислоухий, с длинными лапами пес пытался встать, но каждый раз падал и бился мордой об асфальт. Шедшая следом «Газель» успела обогнуть пса, он прополз немного по дороге и пропал под колесами фуры. Рита отвернулась, сцепила зубы, Шалаев выругался и захлопнул дверь. «Ауди» снова вылетела в левый ряд, Рита смотрела перед собой в одну точку. Им гудели вслед, из обогнавшего их «Опеля» водитель и пассажиры дружно показали неприличный жест, Шалаев послал их сквозь зубы и дал по газам. «Десять минут», — Рита смотрела на время, она успевает, она успеет, она выкупит эту запись, а если не сойдутся в цене, то снова наймет специалиста, и тот решит все ее проблемы. Машины вокруг дружно затормозили, скорость упала, Шалаев смотрел вперед.

— Полтора километра осталось, — негромко сказал он, — да что ж такое.

Справа образовался просвет, Шалаев немедленно вклинился туда — машины там шли чуть быстрее, а левая сторона встала намертво. Дорога тут сужалась, справа было то ли поле, то ли огромный пустырь, за ним в сизой дымке тянулся лес без конца и края, а на разделительной стоял «Ровер» Черникова. Внедорожник частично вылез на встречку и перегородил собой почти две полосы. Шалаев поравнялся с «Ровером», время замедлилось, точно его тянули назад, машины плыли, как рыбы в аквариуме. Весь правый бок «Ровера» был в дырках: справа налево от переднего крыла до заднего колеса, потом по косой — ровная черта, и еще по стеклам, боковым и лобовому. Что за ними — не разобрать, стекло помутнело, пошло мелкими трещинами и наполовину ввалилось в салон, на задней дверце та же картина. Машины объезжали «Ровер» по обочине и неслись дальше, Шалаев остановился. Посмотрел на Риту, на «Ровер», выскочил из машины.

Стало очень душно, Рита открыла дверь. На асфальте вперемешку со стеклами валялись гильзы, все это мерзко хрустело у Шалаева под ногами — он посмотрел сначала в левое переднее окно, потом оббежал машину, пригнулся. Рита вышла на дорогу и пошла к «Роверу». Тут было-то всего несколько метров, а она никак не могла их пройти, ноги будто вязли в песке, воздуха не хватало. Шаг, еще один, еще — дышать стало нечем. Рита расстегнула пальто, стащила шарф и намотала его на кулак. Еще немного, еще два шага.

— Куда ты, — Шалаев оказался у нее на пути, — не ходи туда, не надо. Иди в машину.

Рита не поняла ни слова, знала одно — ей надо подойти к «Роверу» и лично убедиться, что там все в порядке. Может быть, Черников отвлекся и врезался в кого-нибудь, или наоборот, так бывает, а дырки в дверях к делу не относятся. Она толкнула Шалаева, но тот не двинулся с места.

— Отойди, — она попыталась обойти его, поскользнулась на чем-то — это оказалась гильза. Она укатилась под «Ровер», рядом валялись еще несколько, очень похожих на те, что она видела в салоне. Там были гильзы и тут тоже, там убили нескольких человек, а тут? Что тут было?

— Не ходи, не надо, — Шалаев схватил ее за плечи, — ему уже не поможешь.

— Я проверю, — Рита рванулась у него из рук, — отпусти меня!

Шалаев вдруг схватил ее за подбородок, повернул голову к себе и посмотрел в глаза:

— Ты ему говорила, куда поедешь? Он знал?

— Да. — Ноги стали как ватные, перед глазами все плыло, Рита видела только гильзы на дороге, осколки и несколько дырок от пуль в задней двери. — Я просила его отвезти меня…

И вдруг все поняла, в одно мгновение — Черников решил сам разобраться насчет записи, поехал один, и его расстреляли в километре от этого чертова Игнатьево, расстреляли потому, что знали, с кем она приедет.

— Это тебя ждали, а друг твой напоролся.

Шалаев отпустил ее и отвернулся. На них смотрели из проезжавших мимо машин, Рита чувствовала на себе эти взгляды, и ей было больно, очень больно, точно это ее сейчас расстреливали на дороге. Она знала, что за темными стеклами «Ровера» ее никто не увидит, там безопасно, вырвалась, подбежала к машине и дернула за ручку. Шалаев схватил Риту за локти, развернул и прижал к себе, не давая шевельнуться или вздохнуть, и говорил, говорил сквозь зубы:

— Не надо туда смотреть, не надо. Он бы этого не хотел, можешь мне поверить.