Супермаркет - Андрей Житков

Алиса вздрогнула, когда раздался звонок. Она не сразу подошла к входной двери, подождала секунд десять. Звонок повторился. Сердце учащенно забилось в груди.

В глазок Алиса увидела троих мужчин. Двое охранников и Владимир Генрихович с тростью. Алиса передернулась, будто по ней провели электрический ток. Она вдруг подумала, что сейчас ее убьют. Зачем ему эти два здоровых лба?

— Кто? — спросила Алиса, на всякий случай отходя от двери.

— Алиса, не бойся, открывай. Это я, — раздался изменившийся голос директора.

— А что с тобой за люди? — встревожено спросила Алиса.

Владимир Генрихович весело рассмеялся.

— Да не бойся ты, это охрана. Они останутся на лестничной клетке.

Алиса помедлила немного, раздумывая, щелкнула замком. Охранники отодвинули ее с дороги, мгновенно осмотрели всю квартиру, даже во встроенный шкаф заглянули. Сделав свое дело, они удалились на лестничную площадку. Владимир Генрихович прошел в гостиную, сел на диван.

— Ну, что ты как гостья из будущего? — спросил он у Алисы. — Присаживайся. Поговорим о делах наших скорбных.

Алиса попыталась по голосу определить его настроение. Она прекрасно понимала, что разговор предстоит нелегкий. Был у нее тут уже его дружок — Моисеев. Чуть душу не вытряс!

— Будешь что-нибудь пить? — спросила Алиса, глянув на трость с массивным наболдашником.

— Мне теперь, милая моя, пить нельзя. От здоровья одни только воспоминания остались, — сказал Владимир Генрихович.

— Тогда, может, сок? — Алиса ушла на кухню и вернулась со стаканом и литровым пакетом виноградного сока. Налила сок в стакан. — А я, пожалуй, выпью для храбрости, — она подошла к бару, достала из него початую бутылку “Мартини”, черный ром. Налила себе полбокала, разбавила все это соком. Выпила залпом, словно воду. Выдохнула.

— Ну, теперь говори!

— Я думал, ты мне что-нибудь скажешь, — пожал плечами Владимир Генрихович.

— Я уже все сказала твоему другу, как его там…? Моисееву, — Алиса откинулась на спинку дивана, положила ногу на ногу. — Он из меня чуть душу не вытряс.

— Плохо тряс, — усмехнулся Владимир Генрихович. — Кто дал тебе эту ручку? Или ты ее в моем супермаркете купила?

— Не знаю — кто, — сказала Алиса. — Я, правда, не знаю. Мне прислали ее с посыльным. Я отослала назад, а потом она снова вернулась. Я не хотела ее тебе дарить, но ты сам ее схватил — вспомни. У тебя же была розовая мечта — иметь настоящий “Паркер”, но из-за денег жаба душила. Тебя всегда душила жаба, большая, зеленая, скользкая. Ты даже мне шубы в Греции не купил, хоть и обещал. Все для своего сраного магазина! — Алиса раскраснелась то ли выпитого, то ли волнения. — А этот гад мне ее просто так кинул, как кидают пятак нищему на улице. Хочешь посмотреть? — Алиса поднялась, выбежала из гостиной.

Владимир Генрихович услышал звук открываемой двери встроенного шкафа. Алиса вернулась в гостиную в шубе, покрутилась перед ним. — Ну как, мне идет?

— Дай-ка посмотреть! — Владимир Генрихович встал, опираясь на трость, остервенело сорвал с плечей Алисы шубу. Алиса упала. Он стал разглядывать этикетку на подкладке.

— Ты что, мне же больно! — заплакала Алиса. — Чуть руки не выдернул.

— Это моя шуба, из моего магазина. Вот “лэйбл” Ксандополы, я его из тысячи отличу. Когда твой е…рь подарил ее тебе? Когда? Ну, говори же, скотина! — Владимир Генрихович не удержался и замахнулся на Алису тростью. Алиса в испуге вскрикнула. Владимир Генрихович взял себя в руки, опустил трость.

— Это было давно, до того как… В твой день рождения, честное слово, не вру! Лариска у меня была. Она и впустила посыльного с коробкой. Ты можешь все проверить, если хочешь, — залепетала девушка испуганно.

— Ладно, верю. Он специально ее купил в моем магазине. Черт, как же хорошо они все продумали! Просто гениально, как хорошо! Ладно, ты мне не нужна, можешь не дергаться, мне нужен он, потому что один человек сейчас из-за этого дерьма сидит в тюрьме, и я должен его во что бы то ни стало вытащить. Как мне его найти? Телефон, адрес — давай быстро, иначе я позову своих орлов.