Невеста Калиостро - Татьяна Полякова

– Хорошо. – Он отложил нож, которым собирался чиститькартошку, в сторону и подошел ко мне. – Значит, тебя интересует шрам намоем плече? С велосипеда я не падал, то есть падал, конечно, и не раз, но шрампоявился по другой причине. Мне проще было ответить так, чем сказать тебеправду.

– Почему? – испугалась я.

– Ну… рассказать бы все равно пришлось, просто я решил:лучше это сделать позднее.

– Что рассказать? – Я сидела, замерев, уже незная, чего ждать от этого разговора.

– Ты чего испугалась, глупенькая? – улыбнулся он иподхватил меня на руки. – Никаких страшных тайн.

Он отнес меня в гостиную, посадил на диван и сам сел рядом.Обнял меня и крепко прижал к себе.

– Я тебе говорил про юридическую фирму? Ну, так вот. Яне увольнялся, и это моя собственная фирма. По сути, все ее сотрудники – один яи есть. А занимаюсь я… как бы это объяснить попроще. Бывают случаи, когда людине могут обратиться в милицию, и для решения своих проблем они и обращаются комне.

– Каких проблем? – еще больше испугалась я.

– Объясняю. Например, у одного моего клиента некие людипохитили сына. В милицию в силу разных обстоятельств он обратиться не рискнул ипришел ко мне. Я отыскал мальчика и вернул отцу. Но все прошло не совсемгладко, и я заполучил этот шрам. Я не рассказал тебе об этом сразу, знаяспособность женщин преувеличивать опасность. А пугать тебя не хотел. Тыпонимаешь? Это был первый случай, когда произошло подобное, и, надеюсь,последний. Обычно все складывается весьма удачно, к взаимной радости моей иклиента. Кстати, несколько лет назад я работал следователем, так что мы с твоимРомкой коллеги. Если хочешь, обратись к нему, и он разузнает всю моюподноготную, тем более что это совсем не трудно. Правда, мне бы не хотелось,чтобы ты это делала. Насколько я успел разобраться в твоих нравственныхценностях, недоверие означает отсутствие любви. Поэтому я буду очень рад, еслиты поверишь мне на слово.

– Конечно, я верю. Но мне совсем не нравится твояработа, это опасно и…

– Вот видишь, я был прав, – усмехнулсяДима. – На самом деле ничего опасного нет. Та же работа следователя:бегаю, встречаюсь с разными людьми, еще чаще вожусь с бумажками. Иногдаоткровенная скука: один компаньон втихую тырит деньги у другого. В тот разпросто все неудачно сложилось. Да и я, если честно, сам виноват: проявиллегкомыслие, теперь, наученный горьким опытом, я стал очень осторожен. Отсомнительных дел и вовсе отказываюсь. Плачу налоги, в общем, все как у всех.

– Ты сказал, что не бедный. За просто так большиеденьги платить никто не будет, – нахмурилась я. Теперь мне стало дажехуже: я узнала про реальную угрозу его жизни.

– Не за просто так, а за профессионально выполненнуюработу. Оттого мои услуги стоят дорого.

– Мне не нравится твоя работа, мне она совсем ненравится… да я теперь не усну спокойно. Почему бы тебе в твоей фирме незаняться чем-то другим, как все нормальные юристы?

– Я подумаю над этим, – согласился онподозрительно легко. – Если замуж за меня выйдешь. Отцы семейств неболтаются по командировкам, а скучают в своих офисах и ровно в шесть торопятсядомой. Так ты выйдешь за меня замуж?

– Я подумаю, – серьезно ответила я.

– Подумай, – так же серьезно сказал он. –Двух минут тебе хватит?

Мы дружно рассмеялись.

– А с Вадимом тебе все равно придется проститься, также как со своей работой здесь. У вас симпатичный город, но жить мы будем вдругом месте. У меня прекрасный дом, тебе понравится. Работать ты можешь уменя, к примеру секретарем. Главное, будешь весь день на глазах, хотя я противтого, чтобы замужние женщины работали.

– Подожди, ты что-то говорил про командировки. А здесьты…

– Да, милая.

– И не было никакой бабушки с наследством?

– Прости, что пришлось придумать всю эту чушь. Я жил вгостинице. Дело, которое меня сюда привело, я благополучно завершил и здесьобретаюсь по одной причине. Отгадай, как зовут эту самую причину?

– Так и быть, пойду в секретари, – кивнулая. – Это я буду за тобой приглядывать, а вовсе не ты за мной. – Япотянулась к нему и повисла у него на шее. – Димочка, как я рада, что всетак просто разрешилось. А я-то весь день мучилась, места себе не находила. Вотидиотка.

– У меня к тебе большая просьба: впредь не мучайся, апросто скажи, в чем дело.

На следующий день я поехала на работу, пообещав Димевернуться к обеду. Не выдержала и позвонила Ромке, но вовсе не за тем, чтобыпроверить слова Димы, этого у меня и в мыслях не было, я надеялась узнать,действительно ли неизвестная девушка в морге – Лена Саблина. Несколько раз янабирала номер и вешала трубку, боясь услышать, что так оно и есть. Наконецсобралась с силами.

– Лиза, я сейчас занят, поговорим позже, – сказалРомка, а я заторопилась:

– Рома, я только хотела узнать…

– Мертвая девушка – Елена Саблина, – поспешноответил он.

Сердце у меня ухнуло вниз, я не могла вымолвить ни слова,Ромка собрался повесить трубку, и я выпалила:

– Рома, нам надо поговорить. Это очень важно. Я боюсь,что будут еще жертвы. Убийство связано с каким-то обрядом, ты слышишь? Тотчеловек говорил о четырех стихиях, первую девушку нашли в воде, у нее вырезалипочки, а почки относятся к водной стихии.

– Лиза, я все выслушаю, только позднее, –заторопился он.

– У следующей жертвы, скорее всего, вырежутсердце, – не помня себя, закричала я.

– Что? – резко спросил он.

– Это если вторая стихия – огонь, – уже тишедобавила я. Минуту он размышлял, потом я поняла, что он с кем-то советуется,прикрыв рукой трубку.

– Вот что, ты можешь сейчас ко мне на работу приехать?Знаешь, где это?

– Нет.

– Тогда запиши адрес. На входе назовешь свою фамилию.Тебя проводят ко мне.

Я выскочила из кабинета, крикнув Ольге:

– Меня до обеда не будет.

Наверное, в тот день я представляла для граждан угрозу надорогах, водители встречных машин смотрели осуждающе, а один покрутил пальцем увиска. Доехала я в рекордные сроки, вбежала в здание и была остановленабдительной охраной. От волнения я едва не забыла собственную фамилию.