Аромат желания - Анна Данилова

– Пришли! – почему-то прошептала Ольга и поднялась с кровати, принялась причесываться.

– Откроешь?

– Конечно!

Глафира подошла к двери, заглянула в глазок и улыбнулась.

«На ловца и зверь бежит!»

На пороге стояла Лидия Александровна Наполова. Собственной персоной.

Глаша открыла дверь.

– Ну, здравствуйте, – сказала она. – Давно не виделись… Проходите, пожалуйста. Оля сейчас подойдет…

– А… вы здесь? Вот и хорошо. Я же понимаю, что вы пришли сюда не случайно. Вы же хотели поговорить со мной?

На Лидии Александровне был свитер и узкая длинная юбка черного цвета. Щеки – румяные от морозца. Глаза смотрят испуганно.

– Ко мне? Или здесь поговорим?

– Давайте здесь! – предложила Глафира, впуская ее в переднюю.

– Мне позвонили мои и сказали, что вы были у них, в Аткарске… Да уж, нехорошо получилось. Но разве я могла предположить, что вы станете проверять меня?! Нет, не могла… Когда человек невиновен, он даже мысли не может допустить, что кто-то другой считает его преступником. Ну, что ж… Давайте, я вам все объясню…

Подошла Ольга, кивком головы поздоровалась с соседкой. Пригласила сесть за стол.

– Так зачем же вы, Лидия Александровна, скрыли тот факт, что ваш сын давно уже не живет в Аткарске? Зачем вам понадобилось лгать?

– Да не много я и наврала… – покраснела Наполова. – Ведь сноху и внучку я продолжаю считать своей семьей, и я их очень люблю, и это несмотря на то, что Катя давно с Юрой рассталась и живет с Федором… Ну, подумайте сами, зачем бы я стала тебе, Оля, рассказывать о том, что в Аткарске живет лишь моя сноха с внучкой? Какой смысл было говорить правду, когда эта правда не очень-то красивая… Мой сын – человек сложный, с ним Кате было тяжело, они постоянно ссорились. Они просто разные люди. По темпераменту. Она – живая, как река… А Юра – как камень. Надежный, постоянный, домосед… Она с трудом уговорила его на развод. Он не любит перемены в жизни. Однако его жизнь складывается таким образом, что он время от времени меняет место своего жительства.

– В смысле?

– Сначала мы переехали из Аткарска сюда, в Саратов, и он жил со мной…

– Когда это произошло?

– Приблизительно пять лет тому назад.

– И что случилось потом?

– Да ничего не случилось. Он встретил женщину с ребенком и переехал к ней. Но и она тоже не смогла с ним жить… Характерами не сошлись. Он снял квартиру и стал жить один.

– И где он сейчас?

– В Москве.

– В Москве? И что он там делает?

– Знаете, как говорят: нет худа без добра. В своем последнем браке он познакомился с братом жены, очень хорошим человеком, краснодеревщиком, и тот пристрастил его к этому занятию… Вот где пригодились его спокойствие и великое терпение! Теперь он целыми днями сидит и вырезает из драгоценных пород дерева шахматы! И у него есть солидные покупатели. – Грустная улыбка осветила ее лицо. – А вы решили, что нашли маньяка? Что мой Юра – маньяк? Я не помню, когда его видела в последний раз, настолько это было давно.

– Вы могли бы дать нам его адрес в Москве?

– Да, конечно. И адрес, и телефон, и электронный адрес… Он живет в самом центре, снимает комнату, а мастерская у него на Масловке. Вы бы видели, какие шахматы он делает! С инкрустацией! Он заказывает материал, ему привозят орех и красное дерево, еще корень средиземноморского древовидного вереска.

– Хорошо, мы это проверим, – сказала Глафира.

– Мой Юра – не такой… – жестким тоном произнесла Наполова. – И когда я узнала, что ваш следователь побывал у моих, в Аткарске, мне стало очень больно… Я понимаю, ключи от Олиной квартиры находятся, вернее находились, у меня, но их мог взять кто угодно, понимаете?

– Да вы успокойтесь, Лидия Александровна… – Ольге было жаль соседку. – Я вот лично никогда не сомневалась, что вы ко всем этим ужасным историям не имеете никакого отношения. А Глафира… У нее работа такая. Они проверили всех моих знакомых… И моих друзей, Катю с Виктором, вы их знаете… И на работе побывали…

– На работе?

– Ну да, решили проверить, нет ли там какого-нибудь обиженного на меня поклонника…

– Лидия Александровна, вот вам бумага, ручка, напишите все данные вашего сына…

– У вас еще вопросы ко мне имеются? – Глаза Лидии Александровны повлажнели.

– Если вас не затруднит, побудьте пока дома… – сказала Глафира, и Ольга уставилась на нее с недоумением.

– Хорошо, я дома…

Ольга проводила соседку.

– Ты что, после того как она тебе все это рассказала, все равно не веришь ей? И будешь задавать какие-то еще вопросы?

– Я жду звонок Лизы. Она должна выяснить, на самом ли деле ей эта квартира досталась в наследство и от кого. Или же кто и когда покупал эту квартиру за последние десять лет. Кроме этого, она попросила сделать запрос в Аткарск, чтобы кое-что проверить…

– Да что вы так уцепились за Лиду?

– И про сына постараемся все выяснить… Ведь там, где он живет, я имею в виду в Москве, тоже есть участковый, который либо подтвердит информацию о нем, либо опровергнет…

– Да уж, не позавидуешь вашей работе…

– Я тебе так скажу. Если бы не вскрылась эта правда о ее сыне, может, мы и не стали так тщательно ее проверять…

Оля заварила чай, они выпили с Глашей по чашке, когда в дверь снова позвонили.

– Уж теперь-то точно мои подружки… – напряглась Ольга.

– Ты чего? Нервничаешь? Почему?

– Не знаю… А вдруг они пронюхали, что на самом деле со мной произошло?

– Ну, если у них есть знакомые в прокуратуре… Хотя Сергей же обещал держать твое дело в секрете и не разглашать…

– Мне самой пойти открыть?

– Нет, позволь это сделать мне.

– Значит, ты тоже допускаешь, что это может быть… он?

– Береженого бог бережет.

Глафира заглянула в глазок и увидела знакомые лица. Катя Веретенникова и еще одна женщина, которую она видела в бухгалтерии. Глафира открыла дверь.

– А… Это вы, – улыбнулась Катя. – Решили подстраховаться?

– Здравствуйте, – произнесла, улыбаясь, коллега Оли, женщина средних лет, в норковой шубке и таком же берете. – Впустите к болящей?

– Да никакая она не болящая! – воскликнула Катя, и по ее виду было понятно, что она пребывает в прекрасном расположении духа. – Просто человек решил отдохнуть от работы, так, Оля?

Подошла Оля, женщины обнялись.

– Что ж, Олечка, выглядишь ты очень даже неплохо! – И, повернувшись к Глафире, женщина представилась: – Алевтина Петровна…