Девушка сбитого летчика - Инна Бачинская

Савелий кивнул.

– Ты уж побереги себя, будь добр.

– Он уже признался? – спросил Савелий. – Нашли монету? И часы?

– Признался! Поет, как по нотам. А вещички пока не нашли. Он говорит, взял из сейфа только деньги, сейф был открыт, картина лежала на полу. Смахивает на имитацию грабежа, не правда ли? Он говорит, сразу понял, что к чему. Свиридов пригласил его на роль грабителя, но промахнулся. Как говорят, не рой другому яму.

– Как Антиквар, – заметил Савелий.

– Как Антиквар, – согласился Коля. – Сейчас прослеживают связи Свиридова, возможных клиентов… Работы непочатый край. А как вы… пока меня не было? Как поживает Ломакина?

– Анечка Ломакина встречается с парнем, – сообщил Савелий Зотов.

– С Круизером? – хмыкнул капитан.

– Нет! – замахал руками Савелий. – Приличный парень, в дубленке. Каждый день встречает ее после работы.

– Савелий, это Круизер, – сказал Федор. – Остепенился и поменял имидж, так сказать. Как моряк, который вернулся с моря, и охотник, который вернулся с холмов[12].

– Круизер? Тот самый? – всплеснул руками Савелий. – Не может быть!

– Да, Савелий. Но и это еще не все! На самом деле он… Ни за что не угадаете, господа!

– Кто?

– Федька, кончай темнить, – призвал капитан. – Тебе бы все загадки.

– Ладно, капитан. Ты у нас не романтик, а, наоборот, грубый реалист… в хорошем смысле слова. Поэтому вопрос к Савелию. Соберись, Савелий, и ответь нам на вопрос, маленький такой вопросик! По законам романтического жанра Круизер должен оказаться… кем? Напряги серые клеточки, Савелий! Ты же прочитал миллион дамских романов.

Савелий и капитан недоуменно переглянулись.

– Сдаетесь?

– Принцем? – неуверенно предположил Савелий.

Федор рассмеялся.

– Кстати, о принцах. Господа, предлагаю вашему вниманию маленький смысловой тест: что такое, по-вашему, «алгоритм Золушки»?

– Идиотский тест, – сказал Коля и потянулся за бутылкой. – Хреновина какая-то! Несочетаемая по смыслу.

– Ну… так сразу… – озадачился Савелий. – Наверное, это про то, что каждая девушка – Золушка и когда-нибудь встретит своего принца?

– Алгоритм при чем? – спросил Коля.

– В смысле, не размениваться, а ждать. Вроде как заданная установка. Инструкция.

– Ждать… – проворчал Коля. – С таким алгоритмом всю жизнь прокукуешь в девках. А инструкция хороша для сборки мебели. Сам придумал, философ?

– Куда мне! – махнул рукой Федор. – Мне бы не достало воображения. Девушки придумали. Так будет называться их новый сценарий.

– Девушки? Тогда ладно, сойдет, тем более я это… эти сериалы все равно не смотрю.

– Я смотрю иногда, – сказал Савелий. – Попадаются ничего, только очень длинные.

– И кем же он оказался в результате? – перебил Савелия капитан.

– Кто? – спросил Савелий.

– Круизер! Федор, что по Круизеру?

– А пошевелить полушариями?

– Чемпионом мира? – предположил Савелий.

– А помимо чемпиона?

– Он действительно чемпион мира? – удивился Савелий.

– Не исключено. Но не суть на данный момент. Сдаетесь?

– А можно наводку? – спросил капитан.

– Ладно, даю наводку. Он был… – Федор сделал паузу. – Соседом фальшивого Николеньки Биллера.

– Соседом? – задумался капитан. – Ты же говорил, его зовут Валерий Кот!

– Сейчас Валерий Кот, раньше… Савелий? Сдаешься?

– Раньше? Сейчас Валерий Кот, раньше… Неужели Николенька Биллер? – ахнул впечатлительный Савелий. – Настоящий? Не может быть! Ты уверен, Федя?

– Уверен, Савелий. Амалия Биллер – его тетя. Я лично видел ее портрет у него дома. Согласись, если бы она не была его тетей, стал бы он держать ее портрет на стене? Я тоже сначала… сомневался, но потом поверил – уж очень история фантастическая посреди нашей суровой реальности. Это он бросил медальон «Дрезденское сердце» близнецам в почтовый ящик, это он носил в детстве бабочку. Говорит, всегда ее терпеть не мог.

– Но это же… – лепетал потрясенный Савелий. – Это же…

– Согласен, Савелий. Чудеса, оказывается, еще случаются. И твоя Анна Ломакина, за которую ты так беспокоился, пристроена… можно сказать. Кстати, зеленый алмаз оказался вовсе не алмазом, а просто камешком.

– Но он же… Круизер! – расстроился Савелий. – Вы думаете, это подходяшая партия для порядочной девушки?

– Не только Круизер, Савелий. Он в некотором смысле мой коллега – учитель истории. Сделал над собой усилие, достал из шкафа костюм и галстук бабочку и уже две недели работает в городском лицее, где его тетя Амалия много лет была директрисой. У них с Анной много общего – и Амалия, и детство… им есть что вспомнить. А то, что он хулиган, твоей Анне только на пользу, а то она слишком… как бы тебе подоходчивее? Рисует зайчиков и белочек… вся там, как в скорлупе. Любовь, опять-таки, со счетов не скинешь – любят и круизеров. А может, наоборот: как не полюбить круизера? Особенно если судьба сталкивает вас нос к носу в новогоднюю ночь!

А посему, господа, предлагаю тост за любовь! Мужчины пьют стоя!

Тост протеста не вызвал, и они выпили. Стоя…

* * *

…Начало февраля порадовало теплом. Или огорчило. Снег растаял, сизое облачное небо прижалось к земле, и южный ветерок принес запах растаявшей земли и озона. Над ледяной рекой заклубился низкий туманец, длинные пляжи и заросли кустов на той стороне лишь слабо угадывались. Мир погрузился в лиловые сумерки, звуки замерли, и лишь хрипло вскрикивали в верхушках вязов унылые вороны. Народа в парке было немного…

Мы с Баськой сидели в маленьком парковом кафе, пустом, где пахло кофе и ванилью.

– Как поживает Валера Биллер? – спросила Баська. – Выяснили отношения?

Я пожала плечами и рассмеялась:

– Выяснили. Он помнит, как я его укусила, представляешь? Во память!

– Представляю. А я заканчиваю ремонт… – Баська просияла. – Ванная… просто картинка!

– А эти козлы сверху, которые протекают? Ты с ними поговорила?

Баська вдруг покраснела, отвела взгляд, загадочно улыбнулась.

– Поговорила. Знаешь, они… он не виноват, квартира стояла закрытая почти два года. Теперь все в порядке.

– «Он»? Кто это «он»?

– Женя… – говорит Баська, улыбаясь во весь рот. – Помнишь, я тебе говорила, что мы застряли в лифе и я расплакалась… помнишь?