Кому она рассказала? - Нора Робертс

— Хотя бы приблизительно?

— На данный момент цифры семизначные. Это период, над которым я сейчас работаю.

— Значит, речь идет о миллионах?

— Судя по всему. — Рорк кивнул. — Я думаю, это вполне веский мотив для двух убийств.

— Ну кое для кого горсть монет, оброненных на дороге, — вполне веский мотив. Но ты прав, в нашем случае мотив вполне солидный. Давай, покажи мне счет, я посмотрю, что за клиент.

— А ты не хочешь дать мне сначала закончить?

— В чем дело? Ты работаешь вслепую, значит, и я должна работать вслепую?

— Неужели ты думаешь, что я до такой степени мелочен? — Рорк на минуту задумался. — Может, я и мелочен, но тут дело в другом. Я хотел бы сначала все закончить. Тебе же есть чем заняться, пока я довожу это дело до ума.

Тут он был прав.

— Я собираюсь привлечь другие глаза и руки.

— Раз мы работаем в воскресенье, значит, и все остальные тоже должны?

— Это означает, что я тоже мелочна?

Рорк улыбнулся и похлопал ее по руке.

— «Семеро из одного стручка» [ Название сказки Г.-Х. Андерсена] .

— Что? Это ты о чем? — растерялась Ева.

— Это означает: если ты зовешь подкрепление, мне не помешал бы Макнаб.

— Ты его получишь. — Ева отодвинулась от стола и прижала ладонь к животу. — Что-то мне нехорошо.

— Чему же удивляться! Ты же уничтожила целый литр кленового сиропа.

— Так много? Не может быть. — Но ей показалось, что она чуть ли не слышит, как сироп булькает у нее в животе, когда резко повернулась к телефону.

В голосовой почте осталось сообщение от менеджера автостоянки на Пятьдесят восьмой улице. Диски были стерты. Тупик.

Не успела Ева разбудить полицейских и перейти в свой кабинет, как на пороге появилась Мэвис вместе с Леонардо.

— Я так и знала, что ты будешь работать. — Под глазами у Мэвис лежали глубокие лиловые тени. Она крепко сжимала руку Леонардо. — Видишь, я же тебе говорила, она будет работать. Ты уже что-нибудь нашла?

— Я разговариваю с людьми. Я же сказала: я дам тебе знать, как только что-то появится.

— Я знаю. Но…

— Она всю ночь не спала, — вставил Леонардо. — С утра ничего не ела.

— Не забывай, что я здесь, — сварливо напомнила Мэвис. — Не смей говорить так, как будто я слабоумная. — Она отняла руки и отодвинулась от него. — Я больше ни о чем не могу думать. Разве это мыслимо? Может, я могу чем-нибудь помочь? Неужели я ничего не могу сделать?

— Можешь вернуться домой и предоставить мне Делать мою работу.

— И ты не смей так со мной разговаривать! — вскричала Мэвис. — Если я беременна, это еще не значит, что дефективная! Тэнди моя подруга, и она в беде. Я не буду сидеть дома сложа руки.

— Ну тогда почему бы не посидеть здесь? — начал Рорк, и она стремительно повернулась к нему.

— Мне не нужно сидеть! Вот, видите? — Мэвис указала пальцем на свои пурпурные сапожки. — Это называется ноги, и я вполне могу на них стоять. Следующему, кто скажет, что мне надо присесть, или прилечь или что-то съесть, я расквашу нос.

Наступила мертвая тишина. Все трое рассматривали Мэвис так, будто она была самодельной бомбой с ненадежным фитилем.

— Я здоровая и сильная. — Мэвис шумно вздохнула. — И не стану я отсиживать себе дома свою толстую задницу, пока Тэнди где-то пропадает. Посмотри на себя! — Она яростно ткнула пальцем в Еву. — Думаешь, я не вижу, что ты тоже не спала всю ночь? Думаешь, я не понимаю, чем я тебя загрузила? Будь ты на моем месте, ты бы тоже не позволила от себя отмахнуться.

— Я не могу поставить себя на твое место, потому что у меня нет толстой задницы и отсиживать мне нечего. Да, ты сильно меня загрузила, и, если хочешь, чтобы я все сделала, ты сядешь, заткнешься и дашь мне спокойно работать. Поняла, стерва?!

В кабинете повисла тревожная тишина. Кровь бросилась в лицо Мэвис. Потом она вздернула подбородок.

— Сама ты стерва. Первейшая из всех стерв. — Но она села, и все вздохнули с облегчением. — Прости! — Мэвис потерла глаза руками. — Прости. Прошу прощения у всех присутствующих. Не прогоняйте меня. Не отсылайте меня домой. Пожалуйста. — Она уронила руки. — Пожалуйста, дайте мне какое-нибудь дело.

— Можешь составить мне шкалу времени из моих заметок для отчета. И еще можешь сварить кофе.

— Ладно. Хорошо.

— Я могу сварить кофе, — предложил Леонардо, бросив тревожный взгляд на Мэвис. — Я тоже хочу что-нибудь делать.

Мэвис взяла его руку и прижала к своей щеке.

— А ты не мог бы сделать мне свой фирменный шербет на завтрак? — Леонардо наклонился, чтобы поцеловать ее, а она обхватила его широкое лицо ладонями. — Ты — лучшее из всего, что со мной когда-либо было. Прости меня.

— Ну теперь, когда все мы тут помирились и перецеловались… — начала Ева.

— Я тебя еще не целовала. Или тебя, — добавила Мэвис, с кокетливой улыбкой повернувшись к Рорку.

Он ответил тем, что пересек кабинет и коснулся губами ее губ.

— Может, мы все займемся делом, — закончила свою мысль Ева. — Рорк, я пришлю к тебе Макнаба, как только они будут здесь. Леонардо, свари кофе. Черный и крепкий.

Ева встала и подкатила свой вспомогательный компьютер к Мэвис. Мужчины расступились, чтобы дать ей дорогу.

— Спасибо, что назвала меня стервой, — сказала Мэвис. — Мне это было необходимо, чтобы прийти в себя.

— Всегда пожалуйста!

— Даллас, ты скажешь мне, что тебе удалось узнать?

Ева вкратце пересказала все, что знала, пока настраивала компьютер, чтобы Мэвис могла на нем работать.

— Ты уже так много всего нашла… Так много! Я ничего подобного даже представить не могла. Теперь я понимаю: мы с Тэнди говорили только о том, что происходит сейчас. Ну и о том, что будет завтра. Она не распространялась о прошлом. Ты думаешь, может, она встретилась с отцом ребенка? Может, они просто Решили уединиться на пару дней?

— Я чуть позже постараюсь еще раз до него дозвониться. Мы узнаем.

— Даллас! Чем бы ни закончилось это дело, хочу, чтоб ты знала: я все равно тебе благодарна. И я люблю тебя.

Ева легонько провела рукой по ее плечу.

— Отставить сопли-вопли, пока я занимаюсь полицейской работой. Делай шкалу времени.

— Уже работаю.

Ева вернулась за свой стол и вновь попыталась соединиться с Эпплби. Бросив взгляд на Мэвис, она перевела разговор в частный режим. На этот раз он снял трубку.

— Эпплби слушает.

— Лейтенант Даллас, Департамент полиции Нью-Йорка. Вас трудно застать, мистер Эпплби.