Опасный след - Нора Робертс

— Обзавелись собачьей сворой.

— Фиона уехала на пару дней.

— Да, я знаю. С Сил и Мэй. Будем проверять ее дом пару раз в день, на всякий случай. Послушайте… что это?

Дейви показал на пень с торчащими вверх корнями.

Саймон провел ладонью по боковой поверхности, уже освобожденной от коры и начерно отшлифованной.

— Подставка для раковины.

— Похоже на ободранный перевернутый пень.

— Пока да.

— Должен признаться, Саймон, мне это кажется чертовски странным.

— Возможно.

Дейви побродил по мастерской.

— У вас здесь много всего, — заметил он, лавируя между креслами, столами, каркасом горки, дверцами и ящиками, сжатыми тисками, чтобы лучше схватился клей. — Я видел встроенные шкафы, которые вы сделали для Мансонов. Отличные. Честно, отличные. Эй, а это что за красавец?

Вместе с Дейви Саймон уставился на винный шкаф, предназначенный Фионе.

— Еще не закончен. Думаю, вы приехали не за тем, чтобы критиковать мою работу.

— Да. — Помрачнев, Дейви сунул руки в карманы. — Дерьмо.

— Ее нашли. Девушку, пропавшую на прошлой неделе.

— Нашли. Сегодня рано утром. В Национальном парке Кратер Лейк. Ее он держал дольше других, поэтому федералы думали, может, ей удалось сбежать или что это был другой парень. Может, и другой, кто знает. Господи, Саймон, он страшно избил ее, превратил в кровавое месиво и только потом убил. Перри никогда не избивал их. И предыдущие три, о которых мы знаем, не были избиты. Но все остальное совпадает. Шарф, положение тела. Цифра четыре на тыльной стороне ладони.

Сдерживая безумное желание поработать кулаками, Саймон прошел к холодильнику, вытащил две банки колы, одну швырнул Дейви.

— Он ищет свою дорогу. Так всегда бывает. Сначала учеба, подражание, а потом создание собственного стиля. Он экспериментирует.

— Боже, Саймон. — Дейви потер лицо холодной банкой, сорвал крышку. — Не хотелось бы с вами соглашаться. Но, к сожалению, я думаю точно так же.

— Почему вы мне об этом рассказываете?

— Хотелось бы знать ваше мнение. Может, нам нужно связаться с Фи, сообщить ей?

— Нет. Ей необходима пара дней, чтобы отвлечься от всего этого.

— И опять я с вами согласен, но находка попадет во все новости.

— Позвоните Сил. Сообщите ей и попросите… черт, пусть заключат женский договор, мол, никаких новостей, телевизора, газет, Интернета. Ничего… что могло бы нарушить нирвану, или эстрогенное поле, или пусть придумают сами. Сил справится.

— Да, она справится. Хорошо. Той девушке, Саймон, только исполнилось двадцать. Ее отец погиб в катастрофе года два тому назад. Она была единственным ребенком. Ее мать потеряла мужа, а теперь и единственное дитя. Меня тошнит. — Дейви встряхнулся, залпом выпил колу. — Полагаю, вы договорились созваниваться с Фи каждый вечер. «Вообще-то не договаривались. Это выглядело бы как-то по-детски… ну, как в школе.»

— Да. Я поговорю с ней. Там с ней ничего не случится.

Но он точно знал, что будет тревожиться, пока она не вернется домой.

Фионе казалось, что она парит на волнах блаженства, не касаясь земли размассированными ногами. А на вилле ее ждали ароматы цветов и тихая музыка нью-эйдж[16]. Диваны и кресла гостиной манили необыкновенным комфортом, а сверкающий паркет словно вытекал на украшенную цветами веранду, где в рассеянных листвой солнечных лучах нежилась Сильвия. Ее пышные волосы были небрежно заколоты на макушке, глаза затенены солнечными очками с розовыми стеклами, на коленях — раскрытый модный журнал.

— Я влюблена. — Мечтательно вздыхая, Фиона упала в один из шезлонгов. — Я влюблена в женщину по имени Кэрол. Она украла мое сердце своими волшебными руками.

— Ты явно расслабилась.

— Расслабилась? Превратилась в лапшинку. Самую счастливую лапшинку на всем Северо-Западном побережье. А ты?

— Меня освободили от шлаков, отскребли и отполировали. Моя самая большая проблема — что заказать на ужин. Я подумываю остаться здесь до конца своих дней.

— Тебе не нужна соседка по комнате? Боже, Сил, почему мы никогда не делали этого раньше?

Сильвия отложила журнал.

— Потому что попали в обычную для деловых женщин ловушку «у-меня-нет-времени-побаловать-себя», а сейчас разломали прутья клетки. И я отдаю приказ.

— Слушаю, командир.

— На честно заслуженном отдыхе мы читаем только развлекательную литературу и (или) глянцевые журналы.

Сильвия похлопала по обложке положенного на столик журнала.

— По телевизору мы будем смотреть только глупые веселые фильмы — если уж очень соскучимся по кино. Мы выбросим из головы все мысли о работе, все тревоги, все обязательства. Прислушиваемся только к своим желаниям, и самый сложный выбор, который себе позволим, — это заказ еды в номер и цвет лака для педикюра.

— Поддерживаю всем сердцем. Мэй еще не вернулась?

— Наши дороги к блаженству пересеклись в зале релаксации. Мэй сказала, что пойдет поплавать.

— Если бы я решила поплавать, то камнем пошла бы ко дну и даже не попыталась бы всплыть. — Фиона начала делать упражнения на растяжку, но тут же решила, что это потребует слишком много сил. — Кэрол то ли сбалансировала мою ци, то ли выровняла чакры. Не знаю, каким образом, но сбалансированная ци или выровненные чакры довели меня до экстаза.

Мэй в пушистом халате, предоставляемом курортом, выплыла на веранду и скользнула в кресло.

— Дамы, это сон? Это всего лишь сон?

— Это наша реальность на три восхитительных дня.

Сильвия встала и ушла в дом.

— Я прошла обновление разума, тела и духа. Я обновлена. — Мэй закинула голову, закрыла глаза. — Я хочу обновляться каждый день до конца своей жизни.

— Мы с Сил остаемся здесь жить, и я женюсь на Кэрол.

— Отлично, а я буду вашей постоянной гостьей. Кто такая Кэрол?

— Кэрол своими волшебными ручками поработала над моей ци или чакрами — а может, над тем и над другим, — и я просто должна заполучить ее в личную собственность навечно.

— А меня обновил Ричи. Я могла бы выйти за него замуж и забыть о нисходящей спирали он-лайн-знакомств.

— А мне показалось, что тебе понравился дантист.

— Пародонтолог. Да, я даже согласилась на второе свидание, где он целый час болтал о своей бившей жене. Она, сука, сидела на его шее, транжирила деньги, ободрала его при разводе и так далее и тому подобное. Сэм, пародонтолог, отправлен на ту же свалку, что и Роберт, психолог, Майкл, менеджер страховой компании, и Седрик, адвокат, он же — непризнанный писатель.