Охотник - Эндрю Мэйн

Я иду к своему «Эксплореру», ожидая, что сейчас Грэм примчится обратно с включенной сиреной, готовая выскочить из патрульной машины с пистолетом наготове и приказать мне лечь лицом на тротуар.

Только когда я выезжаю на шоссе и еду в противоположном направлении, я чувствую некоторое облегчение.

Я пытаюсь понять, что произошло после того, как я покинул дом Лейн. Убийца, должно быть, опасался, что я обращусь к властям, и попытался скрыть давно забытую связь.

Вероятно, он когда-то решил, что держать машины в зарослях безопаснее, чем куда-то их перевозить. Так оно, скорее всего, и было. Даже если бы кто-то на них наткнулся, то не придал бы этому значения: брошенные машины здесь не редкость. Когда я ищу что-то на Гугл-картах, то постоянно замечаю старые машины, стоящие на кирпичах или наполовину заросшие сорняками.

Машины на земле Лейн могли привлечь внимание только в одном случае: если знать, кому они принадлежали раньше. Это убийцу и напугало. Пожар в лесу мог только отсрочить их идентификацию.

Нет, главным для него было убить Джули Лейн. Так он не только заставлял ее умолкнуть, но и привлекал внимание ко мне, пуская полицию по ложному пути. Убийца не просто обрубал концы, но и пытался подставить меня.

Я – последний, кто видел Лейн. А еще я рассказываю невесть что, приплетая Чудовище Кугар-Крик и недавние убийства, а еще я оставил след – полоску крови, протянувшуюся от леса к дороге.

Если убийца задушил ее и выпачкал один из ее кухонных ножей моей кровью, чтобы выглядело так, будто она пыталась обороняться, то мне будет очень трудно доказать свою невиновность.

Вместо того чтобы ехать прямиком к Гасу, я сворачиваю на Хелену. Я должен взглянуть на документы приемных родителей и разобраться, с кем имею дело. А после этого мне понадобится адвокат.

Также нужно предостеречь Гаса и Джиллиан. Первым делом я звоню ей.

– Как дела? – с ходу интересуется она. – Как продвигается расследование?

Я начинаю в спешке рассказывать.

– Джиллиан, кажется, я узнал, кто это, ну, хотя бы откуда он взялся. Думаю, он только что, заметая следы, убил свою приемную мать.

– В Ред-Хук?

– Да. Я был там вчера, разговаривал с ней. Нашел в роще за ее домом машины, принадлежавшие пропавшим туристам, десять штук.

– Господи!..

– Это еще не все. Он знает про меня, знает, как меня зовут. А значит, может знать про тебя и про Гаса.

– О чем ты говоришь?

– Сам не знаю. Прости. Я не хотел втягивать во все это тебя.

– Ты этого и не делал. Перестань винить себя.

– Он может прийти за тобой.

– Зачем?

– А зачем он вообще все это делает?

– Где ты? Приезжай сюда, мы все обсудим.

– Сначала я должен кое-что сделать – узнать его имя.

– А потом приедешь сюда?

– Да. А ты позвони Гасу, предупреди его. Еще позвони в полицию Хадсон-Крик. Наври им, что хочешь. Черт, да скажи, что боишься меня.

– Ни за что!

– Ты должна что-то предпринять.

Надеюсь, я сейчас преувеличиваю в своем беспокойстве. Не знаю, чтобы бы я сделал, если бы что-то случилось с Джиллиан.

* * *

По дороге в Хелену меня тревожат две вещи. Что, если он устроил пожар и совершил убийство, чтобы отлечь внимание и сбежать? Пока власти поймут, что за ним надо гнаться, он успеет убраться очень далеко.

Вторая вещь – противоположная, – что, если он не использует это как прикрытие, чтобы убежать? Что, если он останется на месте и убьет любого, кто сможет найти связь между ним и убийствами?

Сын Сары Ивз уверен, что его мать убили. Что, если убийца тогда убрал еще одного свидетеля?

До офиса службы опеки я добираюсь почти в невменяемом состоянии. Как мне действовать? Еще хуже мне делается от необходимости врать сотрудникам службы.

Я заезжаю на стоянку и сижу неподвижно, стараясь успокоиться. Где-то там, внутри, записано его имя. Все может завершиться очень быстро. Мне только и нужно, что забрать запрошенные сержантом Грэм документы.

Это, наверное, будет нарушением закона. Но такая мелочь в данный момент волнует меня меньше всего.

Я вылезаю из машины, проверяю, нет ли на моей рубашке пятен крови, и вхожу в вестибюль.

Дежурный за стойкой отрывается от своего телефона.

– Чем могу вам помочь?

– Я за документами для округа Пуатье.

Я готов совать ему любые имеющиеся у меня удостоверения: хоть разрешение на исследования в национальных парках, хоть университетский пропуск, в надежде, что эти официальные документы вызовут ко мне некоторое доверие.

– Третий этаж. Кабинет четыре.

– Спасибо.

* * *

Через две минуты я стою перед нужным столом. Моя нога дрожит так сильно, что я вынужден прижаться к столу коленом.

– Чем могу помочь? – спрашивает женщина за столом.

– Я приехал за данными об опеке, запрошенными округом Пуатье.

– Когда передан запрос?

– Сегодня утром.

– Очень жаль, на обработку запроса нужно десять дней. Странно, что вас не предупредили.

Черт. Черт!

Через десять дней я буду либо в тюрьме, либо на том свете.

– Это от шерифа округа Пуатье? – спрашивает голос из соседнего кабинета.

– Да. Я объясняю, что на это уйдет не менее десяти дней.

– Документы у меня на столе, – говорит голос. – Час назад звонили опять, это срочный запрос. Расследуется убийство.

В двери появляется женщина в брючном костюме и с толствой папкой в руках.

– Вот, только что закончила их собирать. Держите.

Стараясь унять дрожь в руках, я забираю у нее папку. Внутри сплошь заполненные бланки, анкеты, фотографии детей – десятка три.

– Спасибо.

Я на ходу перебираю снимки, силясь угадать, на каком запечатлен убийца, и чуть не врезаюсь в дверь.