Шанс быть убитым - Роберт Крайс

Пайк выбрал заднюю часть дома, а я двинулся вдоль боковой стены. Окна и здесь оказались зарешеченными, изнутри закрытыми толем, но в нем имелись прорехи и щели. Я перемещался от одного окна к другому, пытаясь заглянуть внутрь. Затем я снова вернулся на задний двор. Там было так захламлено, что мы могли бы разбить палатку — и никто бы не заметил. Мы с Пайком и Рэем спрятались в кустах рядом с крыльцом.

— На моей стороне расположена ванная и две комнаты, — сообщил Рэй. — Три больших окна, закрытых решетками, и маленькое окошко в ванной. Кто-то сидит в ванной, в комнатах никого нет. — Он посмотрел на Пайка. — Дверь откроется?

Пайк кивнул.

— Не проблема.

— А как насчет передней двери?

— Не проблема.

— На моей стороне кухня и две комнаты. Я насчитал шестерых, четверо мужчин, две женщины. Детей нет.

— В окно выбраться можно? — спросил Рэй.

— Если ты способен протиснуться сквозь решетку.

— Похоже, у нас получится, — улыбнулся Рэй.

Через двенадцать минут Клевый Ти снова свернул на улицу и опять остановился перед домом. На сей раз двое парней отклеились от «жука» и направились к нему. Как только это произошло, мы с Джо вышли на дорожку и двинулись через двор, а Рэй Депент побежал к ним с противоположной стороны. Одна из девушек заметила Рэя и спросила:

— Какого черта? — И тут остальные увидели нас с Джо.

Вторая девушка бросилась к накачанному коротышке, попытавшемуся вытащить из брюк пистолет. Джо Пайк подпрыгнул и ударил его наотмашь по голове, а в следующее мгновение мы с Рэем Депентом оказались возле «жука» с пистолетами наготове. Двое парней, что были на улице, потянулись за пушками, но Клевый Ти вытащил свою двенадцатизарядную «итаку», и они подняли руки вверх.

— На землю, — скомандовал Рэй.

Парни из «Восьмерки — двойки» легли на живот.

— Будете шуметь, пущу вам кровь, — пообещал Рэй.

Высокий костлявый парень в бейсболке повернул голову и процедил:

— Поцелуй меня в зад.

Рэй дал ему в лоб, и тот заткнулся.

Клевый Ти открыл багажник «ле барона», вытащил оттуда мешок с пластиковыми наручниками и бросил мне. Я передал несколько пар Пайку, и мы быстро надели их на лежащих на земле парней. Мы работали слаженно, и я успел бросить взгляд на окна соседних домов. За стеклами виднелись лица, люди смотрели на нас и удивлялись. Что эти придурки там делают?

Рэй отдал две дымовые шашки Пайку, две оставил себе, а потом вытащил из багажника три канистры с бензином и четыре куска металлической трубы по шесть футов каждый. Когда мы закончили с наручниками, Пайк взял два куска трубы и побежал за дом. Клевый Ти взвесил на ладони два других куска и двинулся к передней двери. Когда он преодолел половину пути, дверь распахнулась и из дома вышел жирный тип с бычьей шеей и толстым брюхом. В руках у него была девятимиллиметровая «беретта». Одна из пуль задела правую руку Клевого Ти. Он закричал и упал, а я вытащил «дэн-вессон» и выстрелил в ответ, толстяк рухнул возле двери.

— Похоже, они знают, что мы здесь, — сказал я.

— Хмм, кто бы мог подумать? — проворчал Рэй.

Клевый Ти поднялся на ноги и спрятался за «монте-карло». Мы подошли к парню.

— Ты как, Клевый Ти? — спросил Рэй.

— Горит как сукин сын.

Пайк осмотрел рану, потом перевязал ее, оторвав кусок от рубашки Клевого Ти.

— Все будет хорошо, — заверил его Пайк.

Из-за двери осторожно выглянули двое, и один из них спросил:

— Что вы тут делаете? Какого хрена вам нужно?

— Меня зовут Рэй Депент, — крикнул Рэй. — Мы пришли за Акимом Де Муэром и хотим, чтобы он показал свою трусливую задницу.

— Да пошел ты! — послышался из дома другой голос.

Похоже, нам предстоял содержательный разговор.

Кто-то затащил толстяка внутрь, выставил наружу пистолет, дважды выстрелил и захлопнул дверь.

— Как думаешь, они вызовут копов? — спросил Рэй.

Мы оставили Клевого Ти за колесом «монте-карло», взяли трубы и канистры с бензином и направились к дому. Трубы положили поперек двери и пристроили их с двух сторон за оконной решеткой. Мы слышали голоса в доме. Они явно пытались понять, что это мы задумали. Джо Пайк вернулся из-за дома.

— Задняя дверь запечатана.

— А как насчет окон?

— Никто не выберется наружу.

— Эй, вашу мать, чего вам нужно? Валите отсюда! — заорал кто-то изнутри.

Я встал справа от двери и несколько раз сильно постучал. Выстрел из дробовика пробил дверь примерно в том месте, где я должен был стоять.

— Послушай, Аким, пора заплатить за смерть Джеймса Эдварда Вашингтона, — крикнул я.

Раздался новый выстрел, проделавший в двери еще одну дыру.

— Стрельбой ты ничего не докажешь, Аким.

Следующий выстрел пробил створку двери в самом низу.

— Вот что сейчас произойдет, — продолжал я. — Все сложат оружие и будут выходить по одному, после чего вы расскажете, как в действительности умер Джеймс Эдвард Вашингтон. Идет?

— Ты что, обкурился? — крикнул в ответ Аким Де Муэр. — Иди на хрен отсюда!

— Аким, я войду в дом и надену его тебе на голову, — ответил я.

— Кишка тонка! Проваливай отсюда к такой-то матери!

— Вопрос не в том, как нам войти, Аким. Вопрос в том, сможешь ли ты выйти наружу.

Рэй Депент отвинтил крышку одной из канистр и принялся поливать бензином дверь, а также ближайшие к ней окна и стены. В воздухе сразу же сильно запахло бензином.

— Какого хрена вы делаете? Чем это воняет? — заорал Аким.

— Поливаем твой дом бензином. Ты ведь сказал Вашингтонам, что сожжешь их. Вот мы и решили, что тебе понравится такая аллегория.

— Дерьмо собачье! Вы этого не сделаете! — раздался другой голос.

— А ты посмотри, — посоветовал Рэй Депент.

Рэй закончил с первой канистрой и взялся за вторую. Пайк прихватил третью и обошел дом сзади. Мы слышали, как обитатели дома начали стучать в заднюю дверь, но трубы выдержали нагрузку. В доме на противоположной стороне распахнулась дверь, на порог вышел мужчина лет семидесяти и, подбоченившись, стал с улыбкой наблюдать за происходящим.

Я слышал, как люди бегают внутри дома, затем с одного из окон кто-то сорвал толь и выпустил из АК-47 целую обойму. Рэй Депент посмотрел на меня и ухмыльнулся:

— Тебе не кажется, что они испугались?

— Угу.

— Эти засранцы еще не знают, что их ждет, — ухмыльнулся Рэй.

Из-за угла вышел Джо Пайк.