Выстрел в ночи - Наталия Антонова

Отъехав на несколько метров от магазина, Андриана с грустью посмотрела на помещение бывшей фотостудии Ильи Маровецкого и хотела уже ехать домой, однако не выдержала и позвонила полковнику Кочубееву.

К телефону подошел лейтенант Горшков. Сразу же узнав Андриану по голосу, он передал трубку Кочубееву. Лейтенант считал, что Андриана невзлюбила его чуть ли не с первого взгляда, и поэтому предпочитал держаться от нее подальше. Хоть и говорят, что горшки обжигают не боги, до Горшкова все еще не дошло, что причиной неприязни к нему Андрианы Карлсоновны было его бестактное упоминание о ее возрасте. А полковник не удосужился прямо указать на это своему молодому коллеге.

– Николай Егорович, – заторопилась Андриана, – я выяснила некоторые новые факты, вернее, отыскала свидетелей, которые видели нашего подозреваемого возле мест совершенных им преступлений.

Разговаривая с полковником по телефону, Андриана не могла видеть, как при ее словах «нашего подозреваемого» дрогнули в усмешке уголки губ полковника. Не уловила она и иронии в его голосе, когда он проговорил:

– Андриана Карлсоновна, я думал, что вы уже давно отдыхаете у себя дома.

– Какой там отдых! – возмущенно ответила она и принялась выкладывать все, что ей удалось узнать за это, в общем-то, короткое время. Он ни разу не попытался перебить ее, а когда она закончила, Кочубеев скупо похвалил ее:

– Неплохая работа. Хотя насчет ребят я сомневаюсь.

– Почему?

– Закон не одобряет привлечения к расследованию несовершеннолетних. А вот с уборщицей вы молодец. Продиктуйте мне ее телефон и дайте координаты магазина.

– Магазин находится как раз напротив студии Ильи Маровецкого. – По затянувшейся паузе Андриана догадалась, что как раз студии-то полиция внимания и не уделила. Но она решила не заострять на этом внимания, и когда Кочубеев спросил: «Значит, уборщица готова опознать Дениса Малышева по фото?» выпалила:

– Так она уже его опознала!

– Андриана Карлсоновна, – немного помолчав, проговорил он, – я должен вам сообщить, что мы задержали Малышева.

– Как?! – вырвалось у Андрианы. Она хотела укорить полковника, напомнив ему о том, что он обещал держать ее в курсе, но передумала.

Полковник шумно вздохнул в трубку, а потом проговорил с расстановкой:

– Раз уж вы ввязались в это дело, то можете приехать сейчас ко мне.

– В Следственный комитет? – быстро спросила она.

– Ну не домой же чаи распивать, – фыркнул он и шваркнул трубку на рычаг.

– Какие мы нервные, – пробормотала Андриана Карлсоновна, привычно оседлала своего железного Буцефала и помчалась на встречу с полковником.

Дежурный всего лишь кивнул, увидев ее, и она, даже не притормозив возле него, побежала дальше. Когда она ворвалась в кабинет, Кочубеев спросил:

– Вы бежали всю дорогу?

– Нет, ехала.

– А чего же задыхаетесь?

– Я торопилась.

Андриана не видела, как ухмыльнулся за ее спиной лейтенант Горшков.

– Садитесь, – кивнул ей Кочубеев.

И когда она торопливо опустилась на стул, он продолжил:

– Малышева мы задержали в аэропорту.

– Как?

– Что как?

– Как вам удалось выйти на него?

– Вы были правы в своих предположениях, что Нина Демина не до конца откровенна с вами и у нее имеется канал связи с Денисом. Действительно, она позвонила на незарегистрированный номер и сообщила, что им интересуется частный детектив. То есть вы, – улыбнулся краешком рта полковник.

– Вы прослушивали телефон Деминой? – догадалась Андриана Карлсоновна.

– Естественно.

– Но как вы нашли его?

– Андриана Карлсоновна, – улыбнулся полковник, уже не пряча улыбки, – вы ведь смотрите криминальные сериалы?

– Ну, – нехотя призналась она.

– Так вот, мы отследили абонента Деминой по сигналу его телефона. Как мы и предполагали, им оказался Малышев. Наши люди сели ему на хвост и задержали его при попытке улететь в Норильск. При нем оказалось и главное доказательство совершенных им убийств.

– Неужели он попытался провезти с собой в самолете обрез? – искренне изумилась Андриана.

– Нет, – покачал головой полковник. – Обрез, как он признался позднее, был утоплен им в озере. Его уже обнаружили водолазы.

– Тогда о каком же доказательстве вы говорите, Николай Егорович?

– При нем был список из пяти фамилий. Четыре из них уже были зачеркнуты крест-накрест.

– Но почему из пяти? – удивилась Андриана. – Их же было четверо!

– Вы имеете в виду парней-одноклассников?

Она кивнула.

– Да, – сказал полковник, – одноклассников было четверо. Но Денис Малышев считал виновным в бедах его матери еще одного человека.

– Кого же?

Полковник через стол придвинул ей листок бумаги. На нем было написано пять фамилий. Четыре из них были хорошо знакомы Андриане. А вот пятая…

– Олейников, – прочитала она и, подняв глаза на полковника, спросила недоуменно: – Кто такой этот Олейников?

– Опер, который получил заявление юной Люды Малышевой и, сообщив ей об ответственности за дачу ложных показаний, уговорил девушку забрать заявление обратно.

– И она его забрала?

– Забрала. Но никого не простила. Даже невиновных.

– Что значит невиновных? – удивилась Андриана.

– А то, что мы нашли Олейникова. Он теперь в отставке. И он нам рассказал, что девушка призналась ему, что секс у нее был только с Ильей Маровецким. И то по обоюдному согласию.

– Но зачем?

– Она хотела доказать Денису Колосову, что и ее может кто-то любить.

– А он?

– Что он? Он никак не отреагировал.

– Значит, его она оговорила?

Полковник кивнул.

– А за что же досталось Бакулеву и Стеклову?