Любовь и смерть на карантине - Наталья Андреева

Я ведь знал, что это моя собака. И почему она воет. И знал, что она умерла. Знал причину. И как умирал мой единственный друг.

От этих воспоминаний у меня начинала невыносимо болеть голова. И чтобы избавиться от этого воя и от этих воспоминаний, я стал думать, что это собака моих соседей. И свыкся с этой мыслью настолько, что мысленно оживил этих соседей. Ее и его. Я думал о них, чтобы отдалить все это от себя. Весь этот кошмар.

Потому что это была моя собака.

…Стас на минуту прервался. Так и есть: это было ограбление. Все просто, убийцей оказался сосед. Доказательств хоть отбавляй, включая его собственное признание, убийцы. Но вот дальше интересно. Следующая запись в блоге начиналась словами:

«Опять она воет… Эта дьявольская собака! С утра, как только ее хозяева, мои соседи по лестничной клетке, уходят на работу, она, оставшись в одиночестве, начинает поскуливать, призывая их вернуться. А потом, поняв, что хозяев опять не будет весь день, до глубокого вечера, принимается лаять. Этот лай становится все отчаяннее и переходит наконец в протяжный непрерывный вой. Я тут же надеваю шумопоглощающие наушники и время о времени прижимаю их ладонями к ушам. Буквально вдавливаю эти черные, шершавые на ощупь кругляши в свой череп, такое ощущение, что они впиваются в мозг, аж искры из глаз сыплются! В этот момент от дикой боли я ничего не вижу. Но зато я СЛЫШУ! Этот протяжный вой, как будто в доме покойник!»

У Валерия Горелова начались галлюцинации. Как и почему – это только Люба объяснит, она психолог. В доме и в самом деле был покойник, старуха, которую убил Горелов. А откуда взялась собака, надо спросить у Градова, он должен раскопать подробности биографии Валерия. Потому что, бегло пролистав блог, Стас про собаку у самого Горелова ничего не нашел. Понял только, что она умерла, и он сильно переживал. Да еще была какая-то история с избиением и больницей, после чего Горелов и стал инвалидом.

А вот почему он покончил с собой… Стас торопливо заглянул в конец блога.

«Дикая боль вдруг раздирает мою голову. Длинная раскаленная игла снова медленно ввинчивается в череп. Я тебя прошу: не вой! Ты разрываешь мне сердце. Я слышу, как ты умираешь, и ничего не могу поделать. Твоя боль передается мне. Это я теперь вою. Мы вместе…

Перед глазами вспышка. Я все вспомнил! Главное, я вспомнил, за что так ненавидел ту женщину. Которая решила от меня уйти. Предательница, лишившая меня единственного друга.

Господи, какой же я болван! На меня, похоже, затмение нашло. Зачем же я убил всех этих людей? Эти соседи… Они, похоже, существовали только в моем воображении.

Потому что это моя собака».

На Горелова снизошло временное просветление. Он убил всех воображаемых врагов, за которых принял случайных людей, встреченных им в парке. Из-за сумки, которая напоминала Горелову его собаку. Которую он упорно не хотел признавать своей, чтобы не разбудить самые болезненные в жизни воспоминания. Они были даже сильнее, чем воспоминания о предательстве любимой женщины, и Горелов настойчиво их блокировал. Своих воображаемых врагов он «поселил» в опустевшую бабкину квартиру, попытавшись таким образом избавиться и от воспоминаний об ужасном убийстве пожилой соседки.

Он разговаривал сам с собой, воображая, что выясняет отношения со своим соседом по лестничной клетке. Но в какой-то момент Валерий понял, что соседа не существует, равно как и женщины, которая соседу изменила. Это история самого Валерия, перенесенная им на воображаемых людей.

А когда он это осознал, то пришел в ужас от того, что наделал. А главное, понял, что ни головная боль, ни вой за стенкой не прекратятся никогда. Он будет слышать его всегда, потому что в реальности никого собачьего воя нет, равно как нет и собаки в соседней квартире. И не было никогда.

И тогда Горелов написал:

«Единственный способ избавиться от собачьего воя – это избавиться от себя самого. Убить…»

О том, чтобы обратиться за помощью к психиатру, Горелову и в голову не пришло. Он понимал, что полиция ищет опасного преступника, маньяка. И как рассказать о том, что с тобой происходит, чтобы об этом не узнала полиция? Да никак.

Горелов нашел единственный возможный выход. Лег в ванную, наполненную водой, и стал резать вены…

– И как самочувствие? – Стас невольно вздрогнул и поднял голову.

Рядом стоял майор.

– Готов стать понятым?

– Готов, – кивнул Стас. Его вроде бы отпустило. Тошнота прошла.

За спиной у майора стояла насмерть перепуганная блондинка средних лет в старом спортивном костюме. Похоже, та самая соседка Лена, о которой упоминал в своем блоге Горелов.

…Деньги нашли быстро. Убийца даже не потрудился их спрятать, просто запихал в верхний ящик допотопного письменного стола. Там и лежали мятые доллары, тысячные и пятитысячные российские купюры и золотой нательный крестик, который Горелов не побрезговал снять со старухи.

Оставалось выяснить, что это за история с собакой. Реальная, а не придуманная Гореловым так же, как и его соседи.