Универсальный солдатик - Андрей Ильин

— Но я уже говорил...

— Скажите еще раз. Только быстрее, без пауз!

— В Таганроге.

— Ваше звание? — громко, глядя прямо в глаза, спросил первый следователь. — Капитан, майор, подполковник?..

— МНС, — растерянно признался Иванов.

— Что это? — оживились следователи.

— Младший научный сотрудник, — расшифровал Иванов.

Следователи разочарованно переглянулись.

— Вы сказали, что бывали в гостях у своей бабушки в Омске. Опишите, как там выглядит привокзальная площадь...

Перед Ивановым и перед следователями, раскрыв на коленях ноутбуки, сидели два психолога, которые делали частые пометки, оценивая адекватность ответов допрашиваемого.

— Так как звали вашу троюродную тетку?..

Через полчаса объявили технический перерыв.

— Ну что? — поинтересовался Джон Пиркс у следователя, в обязанности которого входило выявлять несоответствия в ответах допрашиваемого.

— Пока без ошибок. Пока все сходится.

— А что у вас?

— Он сильно нервничает, — ответили психологи. Ну то, что нервничает, было видно и так, невооруженным глазом.

— Еще?

— Что либо более определенное пока сказать трудно, — развели руками психологи. — Он производит довольно странное впечатление. Двоякое впечатление. С одной стороны, он очень прост... С другой... — может быть, слишком прост.

— Как это понять? — насторожился Джон Пиркс.

— Алгоритм его поведения и совокупность реакций на вопросы — мимика, жесты, интонации, качество ответов — позволяют предположить недостаточный интеллектуальный уровень... Недостаточный с точки зрения соответствия уровню совершенных им деяний.

— То есть он либо дурак, либо старается казаться дураком? — поставил вопрос ребром Джон Пиркс.

— Скорее можно предположить, что старается, — осторожно ответили психологи. — Если исходить из того, что он переигрывает. Но окончательный ответ можно дать только после специальных исследований, потому что мы имеем дело с чужим, воспринимаемым нами через посредничество переводчика языком и имеем слишком мало времени...

Изображает недоумка, но в ответах на вопросы проколов не допустил... Значит, либо это очень хорошо проработанная легенда, либо, что более вероятно, в легенде использованы фрагменты реальной биографии.

Ну ничего, это еще не конец, это только прелюдия... Прогоним его через детектор лжи и сравним результаты. Если итоги тестирования и мнение психологов совпадут, то...

— Готовьте полиграф, — приказал Джон Пиркс.

Быстро развернули полиграф, усадили Иванова в рекомендованную позу, натянули на голову шапочку, в которую были вмонтированы датчики, перехватили вокруг туловища, затянули на груди специальный ремешок, обернули кончики пальцев “липучкой”, надули на правой руке манжет, точно такой же, какой используется в тонометрах...

— Можно работать, — сообщил оператор детектора лжи, которого все называли “доктор”. Начали издалека.

— Вы в подростковом возрасте писались в постель? — спросил один из следователей. Но не так, как раньше, спросил, а очень доброжелательно спросил.

— Нет, — уверил всех забеспокоившийся Иванов. Полиграфолог сделал на экране какую-то пометку.

— Вы когда-нибудь подглядывали за голыми женщинами?

— Нет, никогда.

Новая отметка.

— Вы сбегали с уроков в школе?

— Обманывали родителей или учителей?

— Воровали?..

Ответы на заданные вопросы позволяли задать масштаб реакций объекта на правду и ложь. Закрепленные на теле датчики регистрировали частоту и ритм сердечных сокращений, объем вдыхаемого-выдыхаемого воздуха, напряженность мышц, электропроводимость кожи и еще несколько психофизиологических параметров, которые изменялись в зависимости от степени волнения испытуемого. Специалисты называют такую процедуру калибровкой.

— Вы изменяли жене?

— Вводили в заблуждение налоговые службы при заполнении декларации?..

По экрану ноутбука быстро бежали разноцветные, вздрагивающие при каждом вопросе, мечущиеся вверх и вниз линии.

— Вы когда-нибудь ненавидели человека до такой степени, что хотели его убить?

— Вы употребляли наркотики?..

Джон Пиркс безоговорочно верил детектору лжи, потому что имел возможность наблюдать его в действии. И, что гораздо хуже, имел возможность испытать его на себе, потому что всех работников ЦРУ периодически проверяют на детекторе. Эту машинку обмануть было невозможно. Эта — машинка раскалывала даже самых виртуозных лгунов, потому что даже самые гениальные лгуны не умеют управлять потоотделением и частотой сердечных сокращений.

— Я готов, — сообщил “доктор”. На чем безобидные вопросы закончились. И начались обидные.

— Вы преступник?

— Нет.

— Вы убивали когда-нибудь людей?

— Что вы!

— Отвечайте только “да” или “нет”.

— Нет!

— Вы работали в министерстве обороны, КГБ, ФСБ, ГРУ, внешней разведке, других спецслужбах?

— Нет!

— Ваше воинское звание майор?

— Какой майор, я никогда...

— Отвечайте только да или нет.

— Нет.

— Вы хорошо стреляете из пистолета?

— Нет.

— Вы знаете кого-нибудь из сотрудников КГБ, ФСБ, ГРУ, внешней разведки?

— Сколько раз вам можно!..

— Да или нет.

— Нет!

— Вы имеете правительственные награды?

— А золотой значок ГТО считается?

— Отвечайте только да или нет?

— Тогда да!..

Через три часа опрос был закончен.

Джон Пиркс напряженно наблюдал за оператором полиграфа, который обсчитывал результат. То, что Иванов солгал, и солгал не однажды, было понятно — все врут, но важно было знать, в какой группе вопросов процент лжи будет максимальный.

Полиграфолог стучал по клавишам, отдувался, массировал пальцами виски, снова стучал и снова отдувался.

— Странно, — тихо бормотал он. — Очень странно... Вот здесь... И здесь тоже...

— Что, что такое? — не выдержав, спросил Джон Пиркс.

— Может, это программа сбоит? — сам себя спросил полиграфолог. — Ну-ка, идите сюда.

Джон Пиркс подошел. “Доктор” нацепил ему на палец прищепку.

— Вы изменяли жене? — спросил он, не отрывая глаз от экрана.

— Нет, — солгал Джон.