Убийство в спальном вагоне - Наталья Александрова

Он провел частное расследование и выяснил, что контрольныйпакет акций, принадлежавший Сапрунову, Леонид оставил своей приемной дочериАлисе. Лисовский установил за Алисой слежку. Он поручил своим подручнымпохитить девушку, чтобы заставить ее подписать отказ от своих акций в его,Лисовского, пользу…

Но ему снова не повезло: Алису убили в поезде, а тупыеисполнители вместо нее привезли Профессору какую-то совершенно постороннююженщину…

– Надежду Николаевну! – сообразила Анфиса.

– Так что теперь тебе придется подписать отказ от акцийтрастового фонда! – проговорил Профессор, закончив свой рассказ, и длябольшей убедительности выложил на стол пистолет.

– Да ради Бога! – отмахнулась Анфиса. – Ещенесколько часов назад я об этом фонде знать не знала! Так что я ничего нетеряю. Давайте ваши бумаги, я подпишу все, что надо…

– Умная девочка, – проскрипел Профессор и положилна стол перед Анфисой несколько машинописных листков. – Подписать нужновот тут, и тут… и еще тут…

Анфиса послушно расписалась всюду, где велел ей незваныйгость, и вернула ему ручку:

– Ну если на этом все, я вас больше не задерживаю…

– Умная девочка, но не очень, – проговорилПрофессор, складывая бумаги. – Никогда ничего не подписывай, не прочитав…впрочем, тебе больше и не придется ничего подписывать!

– Что вы этим хотите сказать?! – испуганнопереспросила Анфиса. – Ведь я сделала все, о чем вы просили!

– Сделала, – кивнул мужчина, – поэтому мне непришлось причинять тебе боль. Но оставить тебя в живых я не могу. Дело в том,что ты видела мое лицо. А у меня, знаешь ли, такое правило – меня никто недолжен видеть. Профессор – это человек-невидимка, никто не должен знать, как онвыглядит. Так что извини, девочка. Как говорят, ничего личного…

Он поднялся и шагнул к Анфисе.

Девушка вскочила, попыталась проскочить мимо него, ноПрофессор жестко, без замаха ударил ее в солнечное сплетение, так чтоперехватило дыхание, и подтащил за плечо к кухонной плите.

– Что… что вы делаете? – простонала Анфиса, когдасмогла дышать.

– Это не я – это ты делаешь, – спокойно ответилПрофессор, наклоняя ее и засовывая голову в духовку. – Я ведь и о тебенавел справки… неудачный брак, одиночество, постоянные депрессии… а тут ещевнезапная смерть сестры, с которой у тебя была глубинная, генетическая связь…Очень многие близнецы умирают в один и тот же день! Короче, ты решила покончитьс собой…

Он повернул газовые краны и втолкнул голову Анфисы ещеглубже.

– Не бойся, это будет легкая смерть!

Алиса почувствовала, как вместо воздуха в ее легкие потекзловонный ядовитый газ. Она постаралась задержать дыхание, но сознание началомутиться, в глазах потемнело…

Анфису снова терзал кошмар. Оттого, что он был знакомый ипривычный, ей в этот раз не стало легче.

Снова бежала она по длинному коридору, чувствуя, чтобезнадежно опаздывает в бухгалтерию, мимо мелькали зеленые двери, сливаясь водно унылое пятно. Никто не встретился ей на пути, она прибавляла шаг, знаяуже, что все равно опоздает. Вот и коридор стал меняться, тусклые стенырасступились, двери стали попадаться реже, были они теперь разными – дешеваяжелезная, или старая деревянная, где вместо стекол вставлена была фанера, а воти вовсе дощатая, как в деревенском нужнике. Внезапно двери кончились, и Анфисаоказалась в огромной пещере. Она брела, натыкаясь в темноте на каменные, плохообработанные колонны, где-то вдалеке мелькало пятнышко света.

«Это сон, – сказала Анфиса, как уже бывало нераз, – это просто кошмар. Сейчас я проснусь и ничего этого не будет».

Но кошмар не прекращался, напротив, темнота все сгущаласьперед ней, и вот уже пятнышко света стало едва видным. Анфиса рванулась из этойтьмы, откуда тянулись к ней липкие неживые руки, рванулась на свет. Раньше ейэто никогда не удавалось, сейчас же тягучая тьма понемногу отступала, и сталавидна дверь. Красивая, как во Флоренции, с отлитыми из бронзы целыми картинамии сюжетами из Библии, она видела такую на фотографии. Дверь была плотнозакрыта, но из щелей пробивался золотистый свет. Еле поднимая чугунные ноги,Анфиса приблизилась к двери и потянула за ручку. Тяжеленная дверь открылась струдом, и на Анфису хлынул поток солнечного света. Свет был такой яркий, чтоона зажмурилась. И услышала, как голос, так быстро ставший родным, позвал ее поимени. Не открывая глаз, Анфиса бросилась вперед, раскинув руки. Дверь сгрохотом захлопнулась за ней. Кошмар исчез навсегда.

Анфиса застонала и открыла глаза.

Ее кто-то бил по щекам.

– Не… не надо… – проговорила она, с трудомпреодолевая дурноту, – я же уже все подписала…

– Слава Богу, ты жива! – раздался над ней знакомыйголос, и она узнала Виктора. Правда, узнать его было трудно – забинтованнаяголова и огромные синяки мало кому идут.

– Ви… Витя… – пролепетала Анфиса и попыталасьподняться. Это у нее, конечно, не получилось – все поплыло перед глазами, инакатил новый приступ тошноты.

– Ты мне не снишься?.. – проговорила Анфиса,отдышавшись. – Откуда ты взялся?

– Я сбежал из больницы, сразу после перевязки… ипочему-то очень забеспокоился, захотел проведать тебя…

– А где этот… Профессор?

– Какой профессор? Тот человек, который тебя пыталсяубить? Я его оглушил, ударил табуреткой по голове… он лежит тут, рядом… Кстати,кто он такой?

– Очень… очень опасный человек! Он заставил меняподписать отказ от акций трастового фонда… Я все подписала, но он все равнорешил меня убить…

– Это вот эти бумаги? – Виктор взял со столамашинописные листки и разорвал их в мелкие клочки.

– Хо… холодно… – пожаловалась Анфиса.

– Ну да, я открыл все окна, чтобы выветрить газ… Я ужевызвал милицию для него и «скорую» для тебя…

Виктор склонился над Анфисой, бережно поднял ее и на рукахпонес в комнату.

– Тебе нельзя напрягаться… – выдохнула Анфисапрямо в его ухо. – Ты ранен, а я тяжелая…

– Ты легкая как пушинка! Да если бы даже ты весилатонну – я готов всю жизнь носить тебя на руках!

– Сам ты весишь тонну! – обиженно прошепталаАнфиса.

Обнаружив, что мужа нет дома, Надежда Николаевна уверилась,что высшие силы не только существуют, но также неплохо относятся к ней,немолодой авантюристке, обожающей вмешиваться в чужие дела с криминальнымуклоном. Бросив вещи у порога, она рванулась в ванную, чтобы смыть с себя всеопасные приключения. Муж у Надежды человек наблюдательный, может обо всемдогадаться по ее внешнему виду. Кота в обозримом пространстве не наблюдалось,чему Надежда ни капельки не удивилась – наглый котяра неплохо относился кхозяйке, если только она все время мелькала у него перед глазами и кормила егоразными вкусностями, стоило ей уехать хотя бы на два дня на дачу, кот тут жеделал вид, что его все бросили, и устраивал бойкот.