Музей идеальных фигур - Дарья Калинина

Слушая его, Инга невольно подумала: почему этот тип все время говорит про какие-то полгода? Ведь тетя Галя говорила, что Яшка умер много лет назад.

– А вот соседи по даче мне сказали, что вы умерли в колонии еще много лет назад.

– Много они знают! – хмыкнул Яшка. – Тогда это Нинка и ее бабка слух такой распустили. Ну, чтобы к Нинке не цеплялись люди. Вроде как умер я и умер, смерть, ведь она все спишет.

При этих словах на лице Яшки появилось такое зверское выражение, что Инге стало ясно: такой убьет – глазом не моргнет. Зарезать для такого человека свою жертву – это все равно что плюнуть. И тут Инге внезапно стало жарко. У нее появилась одна догадка, подтверждение которой она и хотела знать, и сильно боялась этого.

И все же Инга не выдержала:

– А Пухликова Сергея… Это вы убили?

И вздрогнула, когда Яшка достал ножик, которым принялся чистить себе ногти, и равнодушно произнес:

– Я.

И столько повседневности было в этом ответе, что Инге стало ясно: этот человек убивал много раз, и, если его не остановить, будет убивать и дальше.

– Но зачем вам было поджигать наш дом?

– А как иначе мне было вас оттуда выкурить? После поджога вы бы у Нинки любые деньги взяли, даже самые маленькие, и в ножки бы ей, благодетельнице, еще поклонились.

– Но зачем вам дом?

– Тайник у меня там, ясно? А садоводство тесное, участки один на другом, хотел по ночам тайник свой распаковать, да чувствую, не получается у меня. Был бы один ящик, так их там сотни.

– Тайник? Какой тайник?

– Ну да, ты же еще не в курсе, – хмыкнул преступник. – Тайник я под домом Нинкиной бабки заховал. Много лет прошло, а никто ничего не тронул. А уж добра у меня там припрятано… Надолго хватит!

– Что вы такое говорите! У нас под домом одно ржавое железо времен Отечественной войны.

– Это вы с мужем так думаете. А думаете вы так потому, что я хотел, чтобы вы так думали. Дружка к вам своего послал. Он вам эту байду про радиацию и неразорвавшиеся бомбы под домом рассказал. Гранату-то вам показал?

– Показал, – подтвердила потрясенная Инга.

– А, ну тогда молодец. Это я ему гранату-то велел показать. Люблю, когда люди мои приказы точно исполняют.

Инга не могла поверить в то, что это все происходит с ней на самом деле. Ей казалось, что это все сон. Вот сейчас она проснется и поймет, что ничего этого нет, а она в своей квартире, задремала на диване. Но отвратительная ухмыляющаяся рожа бандита не давала ей такой возможности.

Превозмогая свой страх, Инга все же спросила:

– А что у вас там в тайнике на самом деле?

– Много будешь знать – долго будешь умирать, – хохотнул в ответ бандит. – Впрочем, если твой дружок следователь не образумится, то умирать ты будешь по любому очень долго.

И вперив в нее свой страшный остановившийся и пустой взгляд, Яшка осклабился в жуткой улыбке. От этого Инге сделалось дурно.

– Зачем вы меня похитили? – пролепетала она. – Что я вам сделала?

– Ты будешь залогом моей безопасности. Пока твой дружок следователь не вернет мне содержимое тайника, ты будешь со мной.

– А… А если не вернет?

– Тогда ты умрешь, что тут неясно?

Инга затрепетала. Чтобы скрыть свой трепет, она вновь заговорила:

– А Пухликова зачем вы убили?

– Он муж Нинкин был. А Нинка – моя баба. Попользовался ею, пока меня не было, и хватит с него.

– Только за это?

– И еще бабла у него много было, – откровенно признался бандит. – Мы с Нинкой решили, что деньги этого гада – наши с ней по праву. Она мне рассказала, как этот тип ее мучил, как каждую копейку считал. Но добровольно он бы с ней не поделился, жадный был очень. Так что пришлось его того… устранить. Чтобы не стоял между моей Нинкой и своими деньгами.

– Но Нина все равно не являлась наследницей Пухликова, только ее дети. Да еще та женщина, на которой он успел жениться.

– Знаю. Видел я и ее, и ее любовничка. Здорово они мне помогли, признаюсь.

– Помогли в чем?

– Нинка-то хотела смерть своему муженьку легкую и для нас с ней безопасную. Вроде как от инфаркта или инсульта он скончался. Для этой цели я ей даже таблеток нужных притащил. Объяснил, как мне умные люди объяснили, сколько и чего ему давать, чтобы смерть естественной выглядела на вскрытии. Только Нинка все медлила, к старости тоже трусовата стала. Ну а этот гад, пока она там колебалась, возьми и свали совсем из дома. Тут-то Нинка и задергалась. Да не из-за Сергея, понятное дело, а из-за его денег. Жаль ей было бы их упустить. Не хотела, чтобы другая этими деньгами пользовалась. Ко мне кинулась, помоги, родной мой. А я что? Разве же я для любимой женщины такого пустяка не сделаю? Поехал и замочил гада!

– Как? – невольно ахнула Инга. – Где?

– Да уж нашел укромное местечко. Потешно получилось. Те двое, что Сергея в это место привезли, они же его и связали, и рот ему заткнули. Мне только и оставалось, что выследить их, дождаться, пока они отъедут ненадолго, да и зайти к нему. Ну, правда, поплутал по двору да по дому, пока догадался, куда они его спрятали. Но ведь нашел же в конце концов! А он уже там в дровнике готовый весь лежал, меня словно бы специально дожидался.

– И перед смертью вы его еще избили?

– Попинал чуток, – не стал отказываться Яшка. – А как же себе в таком удовольствии отказать? Он ведь мой уже был, деваться ему некуда было.

Инга молчала, не зная, что еще спросить у этого человека.

– А зачем Нина продала нам дом, если знала про тайник под ним?

– Она и не знала ничего. Кто же ей скажет, бабе-то?

– А… а про убийство Сергея вы ей сказали?

– Об этом да, сказал, – не без самодовольства признался преступник. – Это Нинка имела право знать.

– И… И как она отреагировала?

– Нормально. Только спросила, когда же труп обнаружат. Уж очень сильно ей в права наследства за этим Пухликовым не терпелось вступить.

– Не ей, а детям, – поправила его Инга.

– Ну, это один хрен, – отмахнулся от ее возражений бандит. – Нинка своих детей в кулаке держала. Они бы против воли матери не отважились в таком важном вопросе пойти.

Вот почему Нина так яростно пыталась избавиться от Рустама, желающего жениться на Вике! Нищий зять потребовал бы вливаний, и вливания эти любящая Вика могла сделать из своей доли наследства.

– Так что, если парень этот, что за Викой волочится, не уймется, то его следующая очередь, – хмыкнул Яшка, словно прочитав мысли Инги. – А Колька – он мой. Я его за эти полгода хорошо изучил. Все, что я ему скажу, он сделает беспрекословно. Так что его деньги – это мои деньги.