Золото Атлантиды - Наталья Александрова

– Проходите! Третий кабинет слева!

При этом весь ее вид говорил, что будь ее воля – она бы не пропустила Георгия и его спутницу дальше проходной.

Первое, что Марина увидела, вслед за Георгием войдя в третий кабинет, была грубо вытесанная деревянная статуя, изображающая получеловека, полумедведя. Статуя была хоть и примитивная, но очень выразительная и невольно внушала робкое почтение к этому странному персонажу.

Только оторвав взгляд от этого чудища, Марина заметила обитательницу кабинета.

Это была блеклая особа лет тридцати пяти с забранными в жидкий хвост рыжеватыми волосами и большими глазами грустной птицы, прячущимися за толстыми стеклами очков. Единственное, что было в ней несомненно красивым, – это удивительно белая, словно светящаяся кожа. Но при появлении посетителей женщина залилась краской. Она вскочила из-за стола и шагнула навстречу Георгию:

– Гера! Какой сюрприз! Какая приятная неожиданность!

«Кому приятная, а кому не очень, – подумала Марина, разглядывая хозяйку кабинета с ног до головы. – И что это со мной происходит? Я никак ревную? Господи, вот уж нашла время!»

– Познакомься, Лена, – в голосе Георгия прозвучало смущение, – это Марина, она…

– Очень приятно! – Елена весьма сухо взглянула на Марину и снова повернулась к Георгию. – Ты к нам по делу или как?

«Нет, на твою неземную красоту полюбоваться!» – ехидно подумала Марина.

– Да, по делу, – отозвался Георгий. – Понимаешь, я разбираю материалы своего деда и там наткнулся на упоминание некоего Ключевого камня. У меня есть основания полагать, что он находится в коллекции вашего музея. По крайней мере, когда-то находился…

– Ключевой камень? – Елена задумалась. – Нет, не припоминаю… ты же понимаешь, в нашем собрании более ста восьмидесяти тысяч экспонатов, относящихся к самым разным культурам и эпохам – от шестого тысячелетия до новой эры и до наших дней…

– Это очень древний объект, – ответил Георгий, – скорее всего, он должен находиться в разделе «Религии ранних цивилизаций», там, где памятники культуры народов Месопотамии…

– Нет, не припоминаю ничего похожего. Но я, конечно, не специалист, ты же знаешь, моя область исследований – традиционные верования коренных народов Сибири… – Елена покосилась на человекомедведя, словно ожидая, что он подтвердит ее слова. – Если хочешь, мы позвоним в отдел ранних цивилизаций…

– Это должен быть крупный объект, возможно, весом в несколько тонн, его трудно не заметить, если он находится в вашей коллекции.

– А он в ней должен быть?

– По крайней мере, раньше, когда ваш музей находился в Казанском соборе, мой дед его видел.

– Ах, если это было еще в те времена, тебе лучше всего обратиться к Валентине Михайловне.

– Валентина Михайловна! – воскликнула Марина, переглянувшись с Георгием. – В. М.!

– Совершенно верно. – Елена покосилась на нее неодобрительно. – Она работает в музее очень давно и знает его лучше кого бы то ни было! Кроме того, она наверняка должна помнить твоего деда и очень рада будет тебе помочь.

Она упорно обращалась только к Георгию, делая вид, что Марины вообще не существует.

– Очень хорошо! А где ее найти?

– В отделе традиционных верований народов Азии. Это через две комнаты от моей.

Георгий поблагодарил свою знакомую, и они отправились дальше.

Следующая комната, в которую они попали, походила на большой антикварный магазин. По стенам – стеллажи и полки, на которых красовались сотни китайских фарфоровых безделушек и японских фигурок нэцке. На свободных от полок стенах висели цветные гравюры.

За столами, заваленными книгами и рукописями, сосредоточенно работали несколько мужчин и женщин.

– Скажите, могу я поговорить с Валентиной Михайловной? – проговорил Георгий, остановившись на пороге.

На него обратились несколько неодобрительных взглядов – должно быть, здесь не любили нарушителей тишины. Но тут из-за дальнего стеллажа появилась маленькая изящная женщина с темными волосами, забранными в сложную прическу.

Эта прическа, тонкие черты лица и изящество миниатюрной фигуры делали эту женщину похожей на китайскую фарфоровую статуэтку. В первый момент она показалась Марине молодой, однако, когда подошла ближе, стала видна сетка тонких морщинок, покрывающих кожу, и Марина поняла, что этой женщине под восемьдесят.

Остановившись перед Георгием, женщина улыбнулась не без кокетства и проговорила удивительно молодым голосом, звонким и мелодичным, как фарфоровый колокольчик:

– А вы на него очень похожи!

– На кого?

– На вашего деда, конечно! Вы ведь – внук Георгия Андреевича Успенского?

– Да, это я. Как и деда, меня тоже зовут Георгий. А вы – Валентина Михайловна?

– Да, и я хорошо помню вашего деда. Он был замечательный человек, настоящий интеллигент! Сейчас таких почти не осталось… – Женщина печально вздохнула, но тут же снова улыбнулась: – Познакомьте меня с вашей очаровательной спутницей!

– Ах да, извините, это Марина… она работает на телевидении…

– Вот как? – Тонкие брови женщины поднялись то ли с удивлением, то ли с насмешкой. – Телевидение сейчас – это так престижно! Вы хотите сделать передачу о нашем музее?

– Нет, – вступила в разговор Марина, – и вообще, моя работа на телевидении чисто техническая, и пришла я к вам сюда вместе с Георгием…

– И что же вас в таком случае привело ко мне?

– Дело в том, что мой дед видел в вашем музее некий очень древний артефакт, который он называет Ключевым камнем. Это было давно, когда ваш музей находился еще в Казанском соборе. Так вот, я хотел бы выяснить, где сейчас находится этот камень. И мне сказали, что если кто-то и знает это, то это вы.

– Ключевой камень… – повторила Валентина Михайловна, словно пробуя это название на вкус. – Да, я хорошо помню этот артефакт. Он поступил в наш музей из коллекции знаменитого дореволюционного археолога Иванова-Памирского. Кажется, он привез его из экспедиции на Ближний Восток, это территория теперешнего Ирака. В те времена это была, разумеется, Османская империя.

– Разумеется, – машинально подтвердил Георгий. – Так какова же судьба этого камня? Где он сейчас? Это ведь огромный камень, не иголка в стоге сена…

– Совершенно верно, не иголка, – Валентина Михайловна чуть заметно улыбнулась. – Когда наш музей переселили из Казанского собора в это здание, с тем камнем возникла проблема. Он весит несколько тонн, сама перевозка камня составила бы большую сложность, кроме того, он не прошел бы в двери этого здания…

– И как же с ним поступили?

Валентина Михайловна огляделась по сторонам и понизила голос:

– Его просто оставили на прежнем месте. Решили, что так будет меньше проблем.