Бал Сатаны - Джеки Коллинз

— Идет, так что советую тебе перестать пялиться. — Дэни накинула на плечи полотенце.

— Подумаешь! — с негодованием фыркнул Джой. — Никто тебя трогать не собирается.

— Вон отсюда! — крикнула она, неожиданно теряя терпение.

Он небрежно прошлепал к двери и вышел в коридор. Дэни быстро заперлась.

Вскоре в дверь забарабанили, и послышался голос Пенелопы, но Дэни решила не спешить. Она спокойно сняла густой грим, переоделась и только после этого отперла дверь и впустила разгневанную Пенелопу.

— Какого черта?! — набросилась та на нее, дрожа от злости.

Не обращая на нее внимания, Дэни направилась к выходу.

— Сука! — прокричала Пенелопа ей в спину. По пути Дэни перехватила Эрика.

— Или пусть она уходит в другую гримерку, или я ухожу из шоу, — твердо заявила она. — Как все устроишь — позвони, тогда я выйду на работу.

Заявивпэ своих правах, Дэни почувствовала себя лучше. А почему бы и нет? У нее и свой Фан-клуб, и журналы за ней охотятся, чтобы только щелкнуть ее для своих обложек. Пора начать получать дивиденды со своей популярности.

Она вышла на улицу.

У выхода с сигаретой во рту стоял Майкл Кастеллино.

Дэни не отпрянула. И не бросилась бежать, хотя ей очень хотелось.

Майкл Кастеллино стоял перед ней с таким невозмутимым видом, как если бы они расстались лишь вчера.

— Привет, — сказал он, щелчком отбросив сигарету. — Помнишь меня?

Хороший вопрос! И десяти лет не прошло, как он вернулся. Хуже всего то, что она его слишком хорошо помнит.

— Прошу прощения… — сказала Дэни, решив не признаваться.

— Майкл, — напомнил он и шагнул ближе. — Майкл Кастелли.

— Кастеллино, — поправила она и тут же мысленно себя отругала.

— Стало быть, помнишь, — усмехнулся он. — Отлично. Я и в самом деле поменял фамилию на Кастелли.

— Что ты тут делаешь? — спросила она, стараясь сохранить безучастный вид.

— В данный момент пытаюсь понять, можно ли угостить тебя коктейлем.

— Не думаю.

— Не думаешь? — повторил он, вопросительно глядя на нее. — Что ж, это все-таки лучше, чем прямой отказ. Шансов — пятьдесят на пятьдесят.

Вот они стоят друг перед другом. Два чужих человека, зачавших общего ребенка. Но он-то об этом не знает. Майкл понятия не имеет, что является отцом чудного девятилетнего мальчугана.

Дэни прекрасно понимала, что надо уходить, но не могла сдвинуться с места. Ноги не слушались.

— Неудобно, конечно, вышло, — продолжал Майкл. — Мы с тобой провели фантастическую ночь, а потом я исчез.

— Ты верно схватываешь суть, — холодно сказала она.

— Поверь, были обстоятельства, которые не позволили мне приехать.

Она молчала, не желая приходить к нему на помощь.

— Хм-мм… Ты… замужем? — спросил он смущенно, что было на него совсем не похоже.

— В разводе, — ответила Дэни. — А ты?

— Нет. Так и не женился.

— Ясно.

— Прекрасно выглядишь.

«Ты тоже», — хотелось ответить ей, но она промолчала. На ее взгляд, он был просто непозволительно красив.

— Дэни, по коктейлю, а?

— Я не пью.

— Я закажу тебе молочный.

Черт возьми, до чего неотразим. А что, если и вправду выпить с ним по коктейлю? Ни от кого же не убудет? Очередной поклонник, а уж теперь-то она знает, как с мужчинами обращаться.

— Хорошо, — вздохнула Дэни, сдаваясь. — Один молочный коктейль. С шоколадом. А потом мне нужно домой.

Через час они очутились в его номере в отеле «Эстрадидо», в постели. Они бросились друг к другу, как двое погибающих от жажды бросаются к животворному источнику.

Никогда Дэни ничего подобного не испытывала. Никогда! Секс был уделом других, ее он не интересовал вовсе. И вот пожалуйста, она в постели с мужчиной, и ей очень хорошо. У нее было ощущение, будто жизнь остановилась и весь мир теперь заключен в одном человеке.

Рядом с ним она стонала и трепетала от блаженства. Просто от ощущения его тела рядом со своим. От его настойчивых губ, покрывавших поцелуями все ее тело, дюйм за дюймом.

Дэни словно перенеслась в другое место и другое время. И была по-настоящему счастлива.

Впервые после трагической гибели Бет боль немного отступила. В Дэни было что—то особенное. Тепло. Утешение. У него на душе вдруг наступил покой. Майклу было хорошо в ее объятиях. И странно: у него не было ощущения победы над женщиной, зато было чувство общения. Он знал, что то же самое чувствует сейчас она. Иначе не может быть.

Потом они лежали в постели, прижавшись друг к другу, молчаливые, умиротворенные и довольные.

— Ого! — сказал он наконец. — Это было что-то.

— Да, — согласилась она.

— Ты была… ты такая… необыкновенная.

— А тебе не пора одеваться и уходить? — спросила она.

— Что? — не понял Майкл.

— Ну повторить номер. Чтобы снова приехать лет через десять.

— Фу-ты! — рассердился он. — Я же тебе объяснил, где я был. Не думаю, что тебя бы обрадовало письмецо типа «Дорогая Дэни, я в тюрьме».

— Меня бы обрадовала любая весть.

— Да, — вздохнул Майкл и закурил. — Я знаю. — Он помолчал. — Понимаешь, я все равно о тебе все время думал.

— Это утешает.

— Дэни, — с серьезным видом произнес Майкл, — мы с тобой тогда оба были детьми.

— Это точно, — усмехнулась она. — Мне было всего шестнадцать.

— Что?!

Дэни пожала плечами.

— Я не хотела тебя пугать.

— Черт! — Он помотал головой. — Меня же могли арестовать.

— Тебя и арестовали, — сухо заметила она.

— Да, но не за совращение малолетних.

Она протянула руку и коснулась его лица. Тот же нос, те же глаза, губы, как у Винсента. Господи, да стоит ему хоть мельком увидеть мальчика — он сразу все поймет! Ни в коем случае нельзя этого допустить.

— А знаешь, я ведь тебя искал в «Эстрадидо». Потом решил, что ты небось давно вышла замуж и уехала. Можешь себе представить мое удивление, когда я тебя увидел. — Он в упор посмотрел на нее. — Это судьба, как думаешь?

— Похоже, — с сомнением проговорила она. — А вообще-то, Майкл, мне кажется, ты слишком много говоришь.

Он усмехнулся:

— Да?

— Да, — ласково произнесла Дэни и провела пальцем по его животу.

— Ну что ж, — сказал он, касаясь ее груди, — в таком случае…