Перчик на десерт - Дарья Калинина

— Лечебница! — прошептала Инна. — Она, родимая, больше тут на всю округу никакого большого жилья нет.

Она была права, два окна светились на приличной высоте — минимум третий этаж. Так что ни о каком деревенском жилье тут речи не шло.

— И как мы туда попадем? — едва успела спросить Юля, натыкаясь на проволочную сетку.

— Через нее, — ответила Инна.

— Это что, нужно туда лезть? — ужаснулась Юля. — Наверху проволока наверняка под током.

— Ничего подобного, ты что, не слышишь? — прошипела Инна.

Проволочная сетка, ограждавшая территорию больницы, в этот момент задрожала под чьим-то весом, а немного погодя земля ухнула от упавшего на нее тела. И подруги поняли, что это Коля уже находится на территории больницы.

— Ну и что! — продолжала протестовать Юля. — Он тут человек не посторонний, его же все знают.

А нас они вмиг выкинут с территории, если чего не похуже. И еще собаки.

— Другого выхода все равно нет, — сказала Инна. — Не можем же мы стучаться в главные ворота.

— Зачем нам это нужно, хотела бы я знать? — перебираясь через забор, спрашивала Юля. — Чтобы найти Наташу? Но если она тут, то как мы сможем ей помочь? Только сами погибнем!

С этим обнадеживающим возгласом она сорвалась с забора и полетела на землю.

— Ты жива? — спустя несколько минут спросила Инна, опустившись рядом с ней.

— Надо полагать, — простонала Юля. — Но лучше бы уж я умерла. Никогда больше не буду участвовать в твоих затеях.

— Ладно, ладно, — попыталась приободрить ее Инна. — Смотри на дело иначе. Мы спасаем невинную девушку и богатую наследницу, хочу тебе напомнить.

— Ox, — только и смогла выдавить из себя Юля.

Подруги поднялись с земли и, прихрамывая, направились к огням лечебницы. К счастью, собачьего лая слышно не было. Колиных шагов тоже. Он уже, должно быть, убежал далеко вперед. Но это было весьма кстати, так как он не услышал шума, который сопровождал весьма болезненную переправу через забор сыщиц.

Пробежав по пересеченной местности, поросшей кустарником и различными сорняками, девушки добрались до относительно ровного участка почвы, признав в нем ту самую дорогу, по которой несколько дней назад живой еще тогда Витек вел их на аудиенцию к Айболиту.

— Так мы попадем прямиком к главному входу, — сказала Инна. — Нам это не подходит. Нужно обогнуть здание с торца.

— Так торец же без окон, — напомнила ей Юля.

— Вот именно, значит, нас не смогут увидеть изнутри, — воодушевилась Инна. — А какой-нибудь вход там должен быть. Мне кажется, я даже видела маленькую дверку, когда мы проходили мимо.

Дверка и в самом деле была. Подруги вошли в нее и тут же наткнулись на бесчувственное тело, со связанными лейкопластырем руками и заклеенным ртом. Пленный был на диво страшен. Первое, что бросалось в глаза, это голый череп с какими-то отвратительными буграми и шишками. Вероятно, Коле изрядно пришлось поколотить охранника, прежде чем тот вырубился. Когда девушки наткнулись на пленника, он как раз пришел в себя и уставился на них своими вытаращенными холодными глазами рептилии.

— Колина работа, — сказала Юля, показывая на пленного, и Инна согласно кивнула.

Видя, что они на правильном пути, подруги приободрились и тронулись дальше, предоставив пленнику самому заботиться о своем освобождении. В коридорах было темно и пустынно. Горело только несколько лампочек. Так как девушки находились тут впервые, они очень быстро заблудились. Проболтавшись в бесконечных коридорах, они наткнулись на железную решетку, перегораживающую коридор. По идее, ей полагалось быть запертой. Однако обе створки были открыты. Должно быть, Коля постарался. Во всяком случае, подругам хотелось думать, что это не .ловушка, расставленная на них, чтобы заманить поглубже в логово Айболита.

Следующая железная дверь тоже была открыта.

Теперь девушки шли осторожно. Местность становилась обитаемой. Из-под некоторых дверей вдоль стен коридора виднелись полоски света. Человеческие голоса подруги услышали чуть позже, когда миновали еще несколько дверей.

— Как ты могла! — услышали они печальный голос и тут же остановились словно вкопанные. — Из-за тебя погибли десятки и могли погибнуть сотни людей! Я удивляюсь, откуда в тебе эта безответственность.

— Я не виновата, — послышался второй голос.

Сдвинуть подруг с места теперь мог только танк, потому что второй голос принадлежал бесспорно Наташе.

— Как это, не виновата? — злился первый голос, совершенно точно принадлежащий Айболиту. — А кто же их погубил, как не ты? Они все были еще дети, а из-за твоего побега и безответственности они погибли. Разве у нас с тобой не было договора?

— Меня перестали удовлетворять его условия, — вдруг повысила голос Наташа.

— Да, и в чем же именно? Чего тебе не хватало?

Денег?

— Зачем мне деньги? Нет, дело не в деньгах. Я не привыкла все мерить золотом. Дело в другом.

— Так в чем же?

— Мне надоело, что вы считаете меня безмозглой дурочкой, — отрезала Наташа. — Я больше не собираюсь на вас работать. А вернулась я для того, чтобы исправить брак, который допустила. Но только для этого, а теперь я ухожу.

— Брак ты исправила, — прошипел по-гадючьи Айболит. — Только никуда ты отсюда не уйдешь.

Разве не помнишь, что ты пациентка этой клиники?

Отсюда тебе одна дорога — в могилу.

— Как же так? — растерялась Наташа. — Но мне сказали…

— Не знаю, кто тебе и что сказал. Но тут хозяин я. И я тебе говорю, что никуда ты отсюда не пойдешь. Да и куда? К кому? Тот, кто помог тебе бежать, мертв. Об этом позаботились мои люди.

— Мертв? — едва слышно прошептала бедная девушка, явно мертвея от горя. — Как вы могли?!

— За предательство наказывают, — усмехнулся Айболит. — Наташенька, ты столько книжек прочитала, а такой простой истины из них не вычитала?

— Почему же я еще жива? — спросила Наташа. — Хотя я знаю, можете не говорить. Я вам нужна.

— Правильно. Ты нужна нам всем. Не только мне, но и всем остальным. Ты подумала, что станет с больными, если ты исчезнешь? Они ведь погибнут.

— Я вам не верю. Вы все переворачиваете с ног на голову, — решительно сказала Наташа. — Я согласна помочь вам, но это уже в последний раз. Вы должны пообещать мне, что потом оставите меня в покое.

— Как же ты, глупенькая, не понимаешь, это уже не в моих силах, — просюсюкал Айболит.

— В ваших, — резко возразила Наташа.

— Не в моих, — упрямился Айболит.

— В ваших, в ваших, — повторила Наташа.