Мексиканские страсти - Дарья Калинина

Подруги молча закивали.

— Тебе хочется продолжать с ними вчерашнее? — спросила у подруги Леся.

— Если честно, то они мне так надоели за сегодняшний день, что терпеть их еще целую ночь рядом с собой у меня просто нет сил, — призналась Кира.

— Тогда пошли ночевать к тебе, — предложила Леся.

— Ко мне?! — ужаснулась Кира. — Но там же призрак Матвея! Ты про него забыла? Мы до сих пор не нашли его убийцу, так что у него есть все основания иметь к нам претензии.

— А вот мне очень интересно, почему это он имеет претензии к нам, а не к милиции! — возмутилась Леся. — Вот пусть бы к Химкину и являлся!

— Но пока он ходит ко мне домой, — резонно заметила Кира.

— Не будет же он к тебе каждую ночь являться! — окончательно вознегодовала Леся. — К тому же его уже скоро похоронить должны. Сколько времени-то прошло!

— — От этой Матильды, пожалуй, дождешься! — фыркнула Кира. — Нет уж, чувствую, что Матвея нам самим хоронить придется. Хоть в этом пусть он будет мне благодарен.

— Хоронить совершенно постороннего тебе парня?

— Но не могу же я до конца своих дней делить квартиру с призраком! — закричала Кира. — Ты только подумай: а что будет, если я вдруг надумаю ее продавать?

— А ты собираешься? — удивилась Леся.

— Нет, но никогда нельзя знать заранее. Вот представь себе такую картину: придут покупатели, а тут Матвей, стеная, из стены полезет к ним за ручку здороваться. А потом так же печально сквозь эту же стену уйдет. У агента после этого может сложиться неверное представление о моей квартире. Цену как минимум вдвое сбросить придется. И еще не факт, что найдутся желающие на квартиру с таким довеском, как домашнее привидение. Прямой убыток мне от этого Матвея!

Разумеется, Леся никак не могла допустить, чтобы призраки малознакомых молодых людей разорили ее подругу. Поэтому девушки решили, что проведут у Киры только одну ночь. Насыпав Фантику двойную порцию корма и закрыв Лесину квартиру, они направились к Кире.

— Да, только одну ночь, — в который уже раз сказала Леся. — Кстати, у меня есть кое-какой план. Я знаю, как нам добиться правды от Матвея.

Кира молча кивнула. Ей было ужасно страшно, так что она вопреки своему обычному любопытству даже не поинтересовалась, в чем именно заключается Лесин план.

Впрочем, в квартире у Киры все было как обычно. Если призрак Матвея сюда и наведывался, то никакого беспорядка не учинил. Все вещи стояли на своих обычных местах. И только немного покрылись пылью. И все же… Все же подругам было как-то неуютно. По этой причине они избегали гасить свет и старались не терять друг друга из поля зрения.

Сначала они выпили кофе, а потом Леся с заговорщическим видом вытащила из сумки какой-то картонный круг, похожий на циферблат. Только вместо цифр на его краях были буквы.

— Это еще что? — осведомилась Кира.

Раз ты говоришь, что призрак тут, прибегнем к давней методике, — сказала Леся. — Вызовем его и потребуем, чтобы он назвал имя своего убийцы.

—,Это уже вовсе ни в какие ворота! — взвилась Кира. — Нельзя вести расследование, опираясь на сомнительные показания призраков. Да и вообще, может, его здесь нет давно. Может быть, он уже улетел куда-нибудь.

И тут, словно по волшебству, раздался пронзительный звонок в дверь. Девушки вздрогнули и в испуге переглянулись.

— Господи, сколько раз я тебе говорила, поставь другой звонок! — воскликнула Леся. — Как ты живешь с таким звонком? Так ведь не только призраки мерещиться станут — так и от живых людей шарахаться станешь.

Тем не менее подруги отправились к входной двери. Там стояла ближайшая Кирина соседка Клавдия Захаровна. И она улыбалась своей знаменитой сахарной улыбочкой, при одном взгляде на которую всем соседям становилось не по себе. Все знали: улыбалась Клавдия Захаровна только в том случае, когда собиралась сказать или сделать какую-нибудь гадость. Причем крупную гадость.

— Кирочка, — вот и сейчас лицо соседки прямо-таки таяло, словно мед на солнце, — Кирочка, а что это у вас в квартире в последнее время так неспокойно стало?

— Почему неспокойно? — спросила Кира. Она тут же вспомнила про убитого Матвея и решила, что речь сейчас пойдет о нем.

Но нет. Клавдия Захаровна решила копнуть глубже.

— Я ведь понимаю, Кирочка, всякое в нашей жизни случается. Тем более что жизнь теперь такая неспокойная. Вот и молодого человека у вас возле дверей убили. Что же, бывает. Я ведь вас не виню.

— Нет? — удивилась Кира, но вовремя прикусила язык.

Нет, — все так же ласково покачала головой Клавдия Захаровна. — Времена сейчас неспокойные. Возле любой квартиры могло такое случиться. А я тебя, деточка, чуть ли не с пеленок знаю. Девочка ты всегда была хорошая. Что ходили к тебе женихи, так все они — приличные молодые люди. Почти трезвые.

Кира молча смотрела на соседку, пытаясь понять, что же той от нее нужно.

— Но в последние дни — это же просто безобразие какое-то форменное. — Тут Кира поняла, что прелюдия закончилась и теперь начнется настоящий разговор. — Да-да, безобразие. Каждую ночь за стеной чей-то плачь и бормотание какое-то. Вроде бы даже мольбы о помощи. Кира, ты меня знаешь, я так это дело не оставлю. Либо ты примешь меры и угомонишь своего гостя, либо я добьюсь, чтобы на тебя наложили штраф. А если он тебя бьет или обижает, то его самого привлечь можно.

— Не надо! — встревожилась Кира. — Никто меня не обижает!

— Тем более! — воодушевилась Клавдия Захаровна. — Угомони его сама. А если не сможешь, то я добьюсь и административной ответственности для вас обоих. Люди по ночам имеют право спать!

И так как Клавдия Захаровна вполне была в состоянии выполнить свои угрозы, местный участковый трепетал и дрожал при одном упоминании ее имени, Кира подавленно молчала. Клавдия Захаровна окинула ее суровым взглядом. Но Кира выглядела настолько удрученной, что соседка смягчилась и уже повернулась, чтобы идти к себе.

И тут вперед вылезла Леся.

— Простите, — обратилась она к женщине. — А стоны в Кириной квартире, которые вы слышали, они были мужские или женские?

— Что? — ахнула Клавдия Захаровна.

— И когда они начинались? После полуночи или раньше? — не унималась Леся. — И о чем конкретно просили, вы не слышали?

— Кира! — вознегодовала Клавдия Захаровна, при этом ее малиновый с черными разводами халат раздулся словно брюхо у паучихи. — Прошу тебя принять меры и оградить мой покой, а также меня саму от нахальства твоих подружек! Еще издеваться надо мной вздумали! Безобразие!

— Клавдия Захаровна! — отмерла наконец Кира, понимая, что иметь такого врага — дорогое удовольствие. — Простите мою подругу. Она не хотела вас обидеть. Просто у меня в квартире поселилось привидение.