Цветочное алиби - Дарья Калинина

Друзья переглянулись еще раз. Так, чтобы это заметила Сима.

– Ну как? – спросила Мариша. – Поверим ей?

Сима взвыла:

– Поверьте! Я говорю искренне! Я все подпишу!

Но Мариша колебалась. Отозвав в сторонку Аю и Смайла, она сказала:

– Нет уж, нельзя верить этой особе. Это она сейчас такая покладистая, пока думает, что Николай в любой момент может за нее взяться. А окажется у следователя, и снова могут начаться фокусы.

– Но что же нам делать?

– Не знаю.

– А пусть Сима наговорит свое признание на диктофон, – предложила Аю. – Тогда ей будет не так легко отпереться, когда мы привезем ее к следователю.

Симу это предложение в восторг отнюдь не привело. Но выбора у нее не было. Либо общаться с Николаем, либо с диктофоном. Нетрудно догадаться, в чью пользу сделала свой выбор убийца.

Само признание Симы никого особенно не удивило и не огорошило. Все знали, что представляет собой Сима. И понимали, как эта злобная стерва завидовала Рине. Да и вообще всем, кому в этой жизни хоть капельку повезло. Но, разумеется, больше всех она завидовала Рине, которая, как казалось Симе, совершенно необоснованно пользовалась всеобщей любовью и уважением.

Симу с ее мерзким характером не любили даже родители, даже родная мать ее не жаловала. Так это было или не совсем так, но Сима крепко вбила себе это в голову. А не любят ее, потому что… потому что есть противная Ринка, которой всегда и во всем везет и которой достаются все пряники, вся родительская любовь, все подарки. И деньги к ней тоже так и липнут, а мужчины теряют голову от ее красоты.

Красотой Сима действительно не обладала даже в молодости. А уж с возрастом и те крохи, которые ей достались от природы, растворились, несмотря на все усилия Симы удержать их. Ничего у нее не получалось. Сима становилась с каждым прожитым годом все менее привлекательной, а вот Рина расцветала. Причем хорошеет ей назло!

Одним словом, Сима откровенно завидовала своей сводной сестре Рине. А когда им пришлось жить под одной крышей, зависть Симы перешла все допустимые пределы. Ежедневно наблюдать за тем, как у ее мерзкой сестрицы дела идут в гору и одновременно сознавать, что у нее самой все в полном упадке, было невыносимо для завистливой натуры Симы. И постепенно место зависти заняла ненависть.

Сначала она пустила в душе у Симы свои первые робкие ростки. Но почва была столь благоприятной, что ненависть расцвела буйным цветом. Пока не принесла свои ядовитые плоды.

– Да, – вздохнула Мариша. – Недаром опытная Тамара Леопольдовна – крестная Рины – опасалась чего-то подобного.

Все случилось в точности так, как и предполагала эта умудренная житейским опытом женщина. Рина, желая сделать доброе дело, собрала своих бедных родственников у себя в доме – брата, сестру с ее неудачником мужем и еще одну одинокую сестру – Симу. Все они, как полагала Рина, должны были быть счастливы от того, что теперь им не приходилось думать о хлебе насущном и о том, чем заплатить за квартиру в этом месяце.

Но, как это часто бывает, вместо благодарности родственнички испытывали к своей благодетельнице – богатой сестрице – черную зависть.

– Никто из нас не любил Рину! – выкрикнула Сима, желая оправдаться. – Никто! Она была отвратительна! Она нарочно собрала нас всех, чтобы на нашем фоне выглядеть еще более успешной, богатой и преуспевающей!

Так это или не так, сказать сейчас было трудно. Лично сама Мариша подозревала, что в словах Симы есть определенная доля истины. Наверное, Рина в самом деле полагала, что бедные родственники смогут подчеркнуть ее собственное процветание. И это приятно грело ее душу. Даже расходы на содержание бедной родни меркли перед осознанием того, что рядом есть те, кому приходится гораздо хуже.

И перед кем можно распушить перья. А порой, если настроение дурное, то можно и прикрикнуть на осмелившихся что-то там вякнуть бедных родственников. Живете за мой счет, так и молчите!

Ситуация усугубилась с появлением в доме Серова. Да-да! Именно Серов и стал тем катализатором, который со временем привел к взрыву. Потому что одинокая бедная и некрасивая Сима впервые в жизни влюбилась. И в кого влюбилась! В красавчика Серова, которому до чувств старой, да еще и бедной калоши не было никакого дела. Но чувства Симы редко находились у нее под контролем. Как ненависть, так и любовь расцветали в ней пышным цветом. И поделать с этим она ничего не могла.

– Толик был такой лапочкой! Когда я увидела его впервые, то даже не поверила, что бывают такие очаровательные мужчины.

И еще Сима считала, что у нее с Серовым есть куда больше общего, чем у того же Серова с Риной.

– Я его любила искренне. А Рина его использовала! Как и всех нас! Использовала как декорацию к своему собственному сольному выступлению! Муж, бедные облагодетельствованные ею родственники, дом – полная чаша. Это все декорации. А на сцене танцевала она одна – несравненная и блистательная Рина-примадонна.

Сима отлично осознавала, что Серов вряд ли обратит на нее внимание. Ни красотой Рины, ни ее яркой внешностью Сима не обладала. К тому же с чувством юмора у нее всегда были проблемы. Сима была угрюмой, мрачной, завистливой теткой. Довольно страшной и сухой. Никогда и никого в жизни не любившей. Ее собственное внезапное чувство горячей симпатии к мужу Рины оказалось для самой Симы настоящим открытием.

Долгое время она не понимала, что с ней происходит. Но однажды, когда она застала Рину и ее мужа целующимися в гостиной возле ярко пылающего камина, Симу с головы до ног пронзила догадка. Даже не догадка, а настоящее озарение. Это же неправильно! Неправильно, что Серов целуется с Риной. На месте Рины должна быть другая женщина. Она! Сима! Любящая! Понимающая! А не эта вертихвостка Рина, у которой и без того все в жизни в шоколаде.