Второй сон - Роберт Харрис

— Мне показалось странным, что у сельского священника есть такая коллекция, — сказал Фэйрфакс. Чем больше он об этом думал, тем более загадочным все это казалось. — С другой стороны, зачем бы епископу так себя вести? Чтобы настолько доверять отцу Лэйси, надо очень хорошо его знать. Они вместе учились в семинарии. Должно быть, их связывали особые отношения.

Шедуэлл торжествовал:

— Разве это не подтверждает то, что я вчера вечером говорил вам про епископа, мистер Фэйрфакс? Он арестовал меня, попробовал запретный плод и пристрастился к его вкусу. Очевидно, мысль о том, чтобы расстаться с этим кладезем знания, была невыносима для него. Оставить мои еретические труды в доме капитула, где на них мог кто-нибудь наткнуться, значило идти на риск, и он предпочел отослать их подальше, безвестному священнослужителю.

Хэнкок слушал его с возрастающим нетерпением, как бывало всегда, когда он чувствовал себя исключенным из общей беседы.

— Какое все это имеет значение? Епископ Поул — лицемер, как и большинство его братии. Без сомнения, он приберегает для себя всевозможные удовольствия, которые запрещает другим под предлогом благочестия. У нас мало времени. Вы хотели получить книги, мистер Шедуэлл, и получили их, а нам надо приниматься за раскопки. Скажите, откуда начинать.

Теперь, когда снаряжение и припасы переправили из главного лагеря, Хэнкок собрал своих людей у подножия башни. Как показалось Фэйрфаксу, их было меньше, чем в начале экспедиции. Очевидно, наиболее суеверные струсили при виде могильника и улизнули обратно в деревню, где наверняка уже рассказывали всякие небылицы об увиденном. К ночи об этом будет знать вся долина. А что потом? Казалось, вся затея обречена, а вместе с ней — и они с Сарой. Та перехватила взгляд Фэйрфакса и улыбнулась ему. Он улыбнулся в ответ так ободряюще, как только мог, но ум его уже лихорадочно работал, пытаясь изобрести план побега.

— Послушайте меня, ребята, — сказал Хэнкок. — Этот джентльмен — доктор Николас Шедуэлл, самый выдающийся знаток Древнего мира, а это его секретарь, мистер Куик. У них огромный опыт в подобных делах, и они будут руководить нашими работами. Доктор Шедуэлл, вы проинструктируете нас?

Шедуэлл подошел и встал рядом с ним:

— Благодарю вас, капитан Хэнкок. — Он дышал тяжело, со свистом. — Во-первых, поздравляю вас. Это научная экспедиция исключительной важности. Думаю, когда-нибудь вы будете с гордостью рассказывать детям и внукам о том, что принимали участие в ней.

Попытка говорить перед несколькими десятками человек, судя по всему, перенапрягла его легкие, в точности так, как это случилось на лекции в здании Хлебной биржи. Свист перешел в кашель, а кашель — в приступ. Старик согнулся пополам от боли, как будто его ударили в живот, сунул руку в рукав, извлек оттуда белый в красных пятнах платок и сплюнул в него кровь. Куик взял его под локоть. Люди принялись встревоженно переглядываться. Прошло не меньше минуты, прежде чем он смог продолжить, говоря так хрипло, что всем пришлось подойти ближе.

— Вы можете спросить: для чего служила эта башня? У меня нет ответа на этот вопрос. Ее назначение теряется в непостижимой глубине времен. Но я более чем уверен, что где-то здесь, под землей, находится еще одно сооружение, и наша задача — откопать и найти его. По моим подсчетам, вас тут три дюжины. Мой план таков: мы делимся на четыре группы по девять человек и роем, начиная от башни, четыре траншеи: на север, юг, восток и запад. Каждая траншея должна быть шириной в два шага и длиной в тридцать. На глубине в шесть футов каждую траншею нужно укрепить досками, чтобы предотвратить осыпание. Далее. Вы можете наткнуться на различные артефакты. В таком случае зовите меня или мистера Куика, чтобы мы могли внести в опись предмет и место его обнаружения. Ваша находка будет извлечена и помещена на хранение, смотря по тому, в какой траншее ее обнаружили: в северной, южной, западной или восточной. Таким образом, мы сможем оценить характер поселения и определить, на каких участках следует произвести более масштабные раскопки…

Его снова скрутил приступ кашля. Хэнкок покосился на него со смесью беспокойства и отвращения, потом сам обратился к людям:

— Разбейтесь на бригады по девять человек, и каждая выберет для себя направление раскопок. Отец Фэйрфакс, вы не согласитесь подойти сюда и благословить наше предприятие?

— Разумеется. — Это было последнее, чего ему сейчас хотелось. Небольшая толпа расступилась, давая ему пройти. — Давайте помолимся.

Он ожидал, что люди просто склонят головы, но, к его удивлению, все опустились на колени, в том числе Хэнкок, Сара, Куик и даже — не без труда — Шедуэлл. Безмолвие Чертова Кресла нарушал только шепот ветра в кронах деревьев. Это место было проникнуто какой-то странной святостью.

Фэйрфакс обвел взглядом склоненные головы, стараясь припомнить подходящие слова из Книги общей молитвы, и те вдруг сами всплыли в его голове, будто Святой Дух решил снизойти на него, великого грешника.

— Господь всемилостивый и всепрощающий, внемли нашим смиренным мольбам, и хотя мы все повязаны и скованы цепью наших грехов, сжалься над нами в Своей великой милости и освободи нас; во имя Иисуса Христа, нашего заступника и защитника. Аминь.

— Аминь.

Чуть позже, когда рабочие делились на бригады и разбирали инструменты, Хэнкок отвел Фэйрфакса в сторону:

— Вам удалось найти верные слова, преподобный отец.

— Благодарю вас.

— Чем крепче мы убедим их, что наши раскопки здесь угодны Богу, тем больше людей удержим. Думаю, с десяток человек уже сбежали. Как вам, кстати, история Куика?

— Он не до конца меня убедил.

— И меня тоже. Вы знаете, что у меня нюх на лжецов? На мой вкус, он слишком уж женоподобный, хотя и выглядит дюжим малым. Пожалуй, с этим «секретарем» Шедуэлла надо держать ухо востро!