В поисках неприятностей - Энн Грэнджер

— Извини, — повторила я. — Так и знала, что это случится. Мне очень жаль твоего папу. Он так мечтал расширить торговлю и обслуживать богатеньких жителей новых домов! Но власти, наверное, хотят вначале снести здесь все до основания.

— Когда здесь заново построят дома, жилье в этом районе будет нам не по карману — даже съемное, не говоря уже о собственной квартире. — Ганеш сунул руки в карманы. — Вся родня очень расстроена. Наверное, я покажусь тебе эгоистом, но я даже отчасти рад: теперь они не так давят на меня. В самом деле, им и без меня хватает хлопот.

В окне верхнего этажа показалась фигура в сари; в спину ей светила лампа. Она посмотрела на нас, а потом исчезла, как пери в восточной сказке, и задернула занавеску.

— Аша, — сказал Ганеш. — Не волнуйся, даже если она нас заметила, не выдаст.

Мы побрели по унылой улице к нашему старому дому. Пролом, который мы устроили в прошлый раз, успели заделать; окна и двери заколотили новыми, более крепкими досками. Ганеш достал из багажника своего фургона долото, и мы обошли дом с тыла. Самым верным способом попасть внутрь по-прежнему оставалось кухонное окно. Гану пришлось немного попотеть, зато одна доска вскоре немного отошла. Отогнув ее, я поняла, что сумею пробраться внутрь.

Ганеш мрачно заметил:

— Ну вот, теперь мы совершили взлом и незаконное вторжение. Ты хоть понимаешь, что за такие вещи сажают?

— Куда мы незаконно вторглись? В дом, предназначенный к сносу. Ган, не трясись! Отсюда и красть-то нечего.

Да, там определенно нечего было красть. Когда мы с трудом протиснулись внутрь, то увидели, что всю оставшуюся после нас мебель уже вывезли. Вокруг царила пустота да скрипели голые половицы.

Я зашла на кухню и проверила кран. Воду еще не отключили. Потом я сходила наверх, в ванную, где меня постигло жестокое разочарование. Оказывается, чтобы отвадить желающих поселиться в пустом доме, власти залили унитаз бетоном.

— Вот видишь, здесь оставаться нельзя, — гнул свою Ганеш. — Даже в туалет не сходишь!

— Ничего страшного, схожу в сад, в кустики. Уж кус-стов там хватает — настоящие джунгли!

— А спать где будешь — на полу? Сегодня холодно. И речи быть не может!

— Слушай! — разозлилась я. — Уж одну-то ночь я как-нибудь протяну. А завтра зайду в жилищный отдел к Юану и попрошу навести порядок в квартире, которую мне выделили, и повесить новую дверь. А если не захотят, пусть переселяют меня в другое место. Такого добра у них навалом.

Ганеш был безутешен:

— Фран, ты совсем спятила. Ну как я тебя здесь оставлю?

Я велела ему не суетиться. Если я спятила, это моя проблема. Вот если он хочет помочь, может одолжить мне спальный мешок из фургона.

Он отправился за спальным мешком, что-то недовольно бормоча себе под нос.

Я огляделась. Откровенно говоря, теперь, когда совсем стемнело, мне как-то расхотелось ночевать здесь в полном одиночестве. Но гордость и упрямство не позволили признаться в этом Ганешу, когда он вернулся. Оказывается, он ходил за фонариком. Я посветила кругом, внушая себе: до тех пор, пока я действительно в полном одиночестве, мне ничто не грозит.

Ганеш снова куда-то ушел; его долго не было, гораздо дольше, чем требуется, чтобы принести спальный мешок. Наконец, он появился и позвал меня, чтобы я помогла ему пропихнуть в кухонное окно то, что он принес. Он, оказывается, успел сходить домой и захватил кусок полиэтиленовой пленки и пустой ящик.

— Чтобы тебе было на чем посидеть.

Кроме того, он захватил термос с горячим чаем и пакет персиков.

После того как я приняла все его дары, он, тяжело дыша, перевалился через подоконник и сказал:

— Фран, мама все-таки приглашает тебя к нам. Пойми, они в самом деле не против. Мама очень волнуется, как ты здесь будешь.

— Передай ей спасибо, но теперь, когда у меня есть спальный мешок и все остальное, я и здесь отлично устроюсь.

— Я еще вот что принес. — Он развернул пленку. — Правда, она тонкая, но мы подстилаем ее на пол под спальные мешки. Хотя бы немного защищает от сырости. Иначе завтра ты просто не встанешь — тебя скрючит ревматизм.

Меня и так крючило что надо: я еще не до конца оправилась после верховой прогулки.

Ганеш расстелил пленку на полу. Я положила сверху спальный мешок, а ящик поставила рядом, как тумбочку. На ящик водрузила термос. Получилось совсем неплохо.

— Довольно уютно, — заметила я.

— Ты не только сумасшедшая, — сказал Ганеш. — Ты не такая, как все. — Он сел на пол, обнял руками колени и мрачно воззрился на меня при свете фонарика. — Утром, перед тем как идти в участок и ехать на целый день в Гэмпшир, я загляну к тебе. В последний раз спрашиваю: может, все-таки побыть здесь с тобой?

— Не надо, Ган. Иди домой и мирись с родителями. Я очень устала, правда. У меня есть все, что нужно; буду спать как сурок.

— Это вряд ли! — разуверил он меня.

— Как дела дома? — спросила я.

— Плохо, но я как-нибудь справлюсь, за меня не беспокойся. Беспокойся за себя.

Ему не хотелось уходить, и все же он ушел.

На самом деле мне тоже не хотелось, чтобы он уходил, но, должно быть, повестка о выселении здорово подкосила его родителей. Я понимала, что им он нужен больше.

Я стала устраиваться на ночь. Выпила чаю, съела пару персиков и сказала себе: скоро наступит утро. Если даже я немного закоченею, ничего хуже этого со мной не случится.

Мне не спалось. Во-первых, было жестко и все косточки ныли. Во-вторых, в голову лезли разные мысли. Мне мерещились всякие ужасы. Прямо надо мной находилась бывшая комната Терри. Всякий раз, когда до меня доносился шорох или треск, а в старом доме все время что-то шуршало и трещало, я вспоминала о трупе, свисающем с потолка. А если она стала привидением и начнет меня преследовать? И ведь есть за что; я так и не выяснила, кто ее убил. Правда, я выяснила, что подходящий мотив имелся у Джейми. Своего рода мотив, хотя и не такой убедительный, был и у Ланди. Мысль о том, что Джейми и Ланди, возможно, сговорились, казалась мне все более и более достоверной. Наверное, Джейми все придумал, а Ланди стал палачом. Надо будет утром пойти к Дженис и снова все с ней обсудить. Да, наверное, именно так все и было. По крайней мере, пусть Дженис допросит Джейми!

Вряд ли он в чем-нибудь признается; надо надеяться только на то, что эксперты нашли в нашем сквоте его отпечатки. Правда, чем больше я думала об отпечатках, тем менее вероятной мне казалась такая оплошность со стороны Джейми. Даже самому неопытному новичку в наши дни известно, что темные дела необходимо делать в перчатках. На допросе Джейми ухитрится все как-нибудь объяснить. Его ответы будут вполне правдоподобными. Джейми, когда захочет, умеет производить хорошее впечатление. А Дженис сейчас легко поддается чужому влиянию — она ведь разводится. По сравнению с акулой Джейми, который пустит в ход все свое обаяние, Дженис в своей жуткой нейлоновой блузке будет просто мальком.