Красная Волчица - Лиза Марклунд

— Те запросы, которые ты сейчас читаешь, еще свежие, все остальные находятся у ответственного администратора.

Она принялась просматривать следующую страницу и сразу обратила внимание на первую строку.

Запрос от объединения газетных издателей относительно изменений правил вещания цифрового телевидения.

Канал Анны Снапхане, подумала Анника.

— Можно мне посмотреть вот это?

Архивариус выпрямился, посмотрел на строку и поправил очки.

— Для этого тебе надо связаться с ответственным администратором, — сказал он и указал на имя под датой подачи документа.

Она продолжала листать страницы. Как часто запросы передавались на рассмотрение.

Она добралась до записей последнего времени.

Дата регистрации: 18 ноября.

Податель: Герман Веннергрен.

Запрос: Пожелание встречи для обсуждения важных вопросов.

— Что это? — спросила Анника и положила лист перед архивариусом.

Несколько секунд он читал.

— Это письмо, — ответил он наконец. — Пришло во вторник вечером, зарегистрировано вчера.

— Я хочу знать, что находится в письме, — сказала она.

В ответ мужчина пожал плечами:

— Ничем не могу тебе помочь. Свяжись с ответственным администратором. Что-нибудь еще?

Она отвернулась и, тихо возмущаясь, продолжила листать страницы.

Почему вдруг председатель правления «Квельспрессен» решил, что он должен переговорить с министром культуры вечером во вторник?

Она постаралась подавить тревогу.

Податель: Аноним.

Запрос: Рисунок желтого дракона.

Решение: ad acta.

Она снова перечитала строчки.

— Что это такое? — спросила она, наклонилась к листку и ткнула пальцем в прочитанный текст.

Мужчина послушно надел очки и стал читать.

— Анонимное письмо, — сказал он. — Мы их часто получаем. По большей части это газетные вырезки или выражения несколько странных взглядов.

— И много среди таких писем картинок желтых драконов?

Он коротко рассмеялся:

— Нет. Немного.

— Где находится это анонимное письмо?

— Я складываю их вот в эту картонную папку.

Мужчина снял очки, потянулся за коричневой папкой, на которой было написано: «Канцелярия правительства. Анонимные письма». Раскрыв папку, он извлек оттуда верхний конверт.

— Мы храним их в этой папке пять лет, а потом отправляем в центральный архив. На заднюю сторону конверта мы обязательно ставим штемпель.

Мужчина передал Аннике маленький конверт, позволив ей читать.

На штемпеле была видна дата: 31 октября текущего года.

— И что там внутри?

— Думаю, что дракон.

Он вытащил из конверта вчетверо сложенный лист формата А4, развернул его и показал Аннике.

— Я не понимаю, зачем отправитель прислал это министру, — сказал архивариус, — но, видимо, это имеет какое-то отношение к культуре.

На белом листе был действительно изображен дракон, контур был нанесен дрожавшей рукой и раскрашен желтой тушью.

В голове Анники что-то щелкнуло. Она физически ощутила этот щелчок.

Она же совсем недавно видела точно такого же дракона, но где?

— Можно снять с этого рисунка копию? — спросила она.

Мужчина вышел в коридор, чтобы сделать фотокопию, а Анника взяла со стола конверт и принялась его рассматривать. Адресовано министру культуры Карине Бьёрнлунд, Стокгольм, Швеция.

Она присмотрелась к штемпелю на почтовой марке. Paris lе 28 Octobre.

Вероятно, Рагнвальд жил на французской стороне Пиренеев последние тридцать лет. Здесь наверняка была какая-то связь, но все же, где она раньше видела этого дракона?

Она зажмурила глаза и принялась рыться в памяти. Какой-то проблеск мелькнул во временном хранилище памяти в лобной доле.

Она открыла глаза, прислушалась. Что делает архивариус?

Мужчина разговаривал с кем-то в коридоре.

Анника осмотрелась и увидела маленький квадратик в нижней части экрана. Она подкралась к компьютеру, наклонилась к монитору и прищурилась.

Прямой номер Карины записан под номером коммутатора департамента, потом слово «мобильный», а следом номер в сети GSM.

Она сумела разобрать комбинацию цифр: 666 66 60.

Дважды дьявольское число Антихриста и ноль.

Это случайность или это что-то говорит о Карине Бьёрнлунд?

— Чем еще я могу помочь?

Анника вздрогнула и выпрямилась и, обернувшись, смущенно заморгала.

— Возможно, вы сможете сделать это позже, — сказала Анника, беря со стола кипу распечаток. Десять лет входящей корреспонденции в адрес шефа департамента культуры.

Она почти бегом бросилась к лифту.

Мехмет заполнил собой почти весь проем двери кабинета Анны Снапхане. Злая энергия словно пламя светилась над его головой. Рефлекторной реакцией Анны на его появление была чистая и острая радость, ослепительно-белое ликование, залившее ее от груди до корней волос.

— Нам надо поговорить, — сказал он. — Надо сделать это скорее, пока мы не распалились до того, что никакие переговоры будут невозможны.

Радость звучала в ушах звонкой песней: «Он пришел сюда! Он пришел ко мне! Я важна для него!»

Анна смотрела, как он проходит в кабинет небрежной элегантной походкой, которую она так любила. Ее красавчик, по которому она так тосковала ночами, что временами просыпалась от оргазма. На крутящемся стуле она откатилась от стола и медленно встала.

— Я тоже этого хочу, — ответила она и протянула ему руку.

Он уставился в пол и сделал вид, что не заметил ее жеста.

— Сильвия на больничном уже целую неделю, — сказал он тихо, но с большим чувством.

Радость разбилась вдребезги, и Анна услышала, как ее осколки со звоном разлетелись по пластиковому ковру.

— Это не я тебе изменила, — она не скрывала злорадной ненависти к сопернице.

Он примирительно поднял руки.

— Нам надо как-то пережить это тяжелое время, — сказал он. — Здесь нет ничьей вины. Виноваты все и никто. Между нами уже ничего нет, в этом мы, по крайней мере, можем быть едины.

В глазах Анны блеснули злые упрямые слезы. Она звучно втянула воздух, прежде чем смогла ответить.

— Я думала, что-то осталось, — сказала она.

— Но я так не думаю, — отрезал Мехмет. — Этого не бывает. Для того чтобы два человека жили вместе, надо, во всяком случае, чтобы они оба этого хотели, или нет?