Сидни Шелдон. Узы памяти - Тилли Бэгшоу

Стоявший сейчас перед ней молодой человек определенно знал, что говорит, рассуждая о головках цилиндра и автоматических передачах и любовно проводя ладонью по поцарапанному красному боку «панигале».

– Боюсь, восстановлению он не подлежит. То есть можем, конечно, взяться за него, но это будет стоить дороже нового мотоцикла.

– А если я попрошу взглянуть на кое-какие детали?

– Какие именно?

– Не знаю. Тормоза. Рулевое управление. Если там найдутся любые технические дефекты, сумеете их обнаружить? Или все слишком изуродовано?

Механик оглядел стоявшую перед ним красавицу. Немногие клиентки «Сент-Мартина» выглядели так, как эта: бесконечные ноги, грива блестящих волос, струившихся по спине. Но было еще кое-что: стальная решимость в глазах и упрямо выдвинутый подбородок, чего он не заметил, когда она вошла. Воплощение секса…

– Я не узнаю наверняка, пока не разберу машину, – объяснил он. – Но если в байке были заводские дефекты, полагаю, что сумею их обнаружить.

Он явно надеялся произвести на нее впечатление.

– Я знаю эти байки, как свою ладонь.

– И сколько времени это займет? – грубо спросила она.

– Возвращайтесь в шесть, и, возможно, у меня будут для вас ответы. Но скажу, что эти байки идеально собраны. Удивлюсь, если с этим что-то не так.

Саммер оставила машину во дворе гаража – в центральном Лондоне просто невозможно найти место для парковки, – так что с таким же успехом можно держать машину здесь, – и добралась на метро до «Слоан-сквер». Если осмотр байка не будет закончен до шести, имеет смысл остаться в городе, а завтра вернуться в Оксфорд.

Люди по всему городу только и толковали, что о покушении на Алексию. Снимки Гилберта Дрейка, стрелявшего в нее, смотрели с первых страниц газет, и бюллетени о состоянии министра внутренних дел оставались главной новостью на всех радио– и телевизионных каналах. Саммер сама видела случившееся в прямом эфире. Заметила даже блеск стали пистолета Дрейка, прежде чем тот выстрелил. Она хотела немедленно позвонить Тедди. Но поняла, что это будет выглядеть, как вторжение в частную жизнь. Кроме того, у нее не было времени, поскольку мать постоянно звонила, расспрашивая о здоровье подруги.

Но теперь, когда она в Лондоне, через несколько дней после покушения, возможно, следует позвонить Тедди.

Она сняла номер в «Орейндж», симпатичном пабе-отеле на Пимлико-роуд, и долго отмокала в викторианской медной ванне, прежде чем лечь на кровать с телефоном в руке. Прежде всего она позвонила в больницу, узнать о Майкле. Никаких изменений. Потом, набравшись храбрости, потыкала в кнопки. Как там Тедди?

К ее удивлению, он тут же ответил.

– Саммер! Как чудесно слышать тебя, дорогая! – воскликнул он с неподдельным теплом.

– Ты, конечно, слышала новости?

– Разумеется. Как она?

– Веришь или нет, но с ней все нормально, – жизнерадостно объявил Тедди. – Доктора говорят, через день-другой ее выпишут. И что самое главное, они с Рокси наконец помирились.

– Правда? – поразилась Саммер.

– Я точно знаю. Чудесно, не так ли? Думаю, Рокси испугалась, что мать умрет. Она помчалась в больницу, и с тех пор они не расстаются. Я бы сам не поверил, если бы не видел собственными глазами. Этот ублюдок Дрейк, очевидно, сделал нам одолжение. Но довольно наших драм. Как ты?

– Прекрасно. Я в Лондоне. Переночую здесь.

– В таком случае я приглашаю тебя на завтрашний ленч.

– О, нет-нет-нет, – поспешно отказалась Саммер. – Не хотелось бы навязываться в такое время. Вам следует быть с семьей.

– Вздор. Ты и есть семья, – добродушно улыбнулся Тедди. – Кроме того, Рокси и Алексия никого, кроме друг друга, не замечают, даже меня почти не видят.

– Спасибо, Тедди, это очень мило, но я не могу.

– Чепуха. Ленч завтра, ровно в половине первого. Я настаиваю. Закажу столик в приличном ресторане и дам тебе знать.

Тедди пригласил ее в «Артс-Клаб» в Мейфэре. Полностью перестроенный несколько лет назад таун-хаус на Дувр-стрит теперь был одним из самых модных и эксклюзивных клубов в Лондоне. К сожалению, клиентура оставляла желать лучшего, поскольку почти целиком состояла из инвестиционных банкиров и сотрудников хеджевых фондов. Проходя к столу Тедди, Саммер спиной чувствовала их похотливые взгляды.

– Как я рад! – воскликнул Тедди, вставая. Он удивительно походил на растрепанного мишку Руперта в ярком твидовом костюме с жилетом и кричащим красным галстуком. – Как всегда, выглядишь восхитительно.

– Знай я, что здесь все так официально, специально оделась бы, – пробормотала Саммер, чувствуя себя замарашкой в вельветовых джинсах «Хадсон» и темно-зеленой футболке из «Гэп». Впрочем, после вчерашних шокирующих новостей меньше всего она думала о дресс-коде клуба.

– Я была бы точно так же счастлива в «Макдоналдсе», – сказала она Тедди.

– «Макдоналдсе»?

Тедди передернуло:

– Надеюсь, я еще не потерял умения по достоинству обращаться с молодыми дамами!

Они сделали заказ: сибас в каменной соли для Саммер и стейк, а также пирог с почками для Тедди. Разговор зашел об Алексии и стрельбе.

– Вот уж не было счастья, так несчастье помогло, – философски заметил Тедди. – Как фениксы, поднявшиеся из пепла. Я почти потерял надежду на то, что Алексия и Рокси когда-нибудь помирятся. Конечно, отвратительно, что для этого потребовалось получить пулю в бок, но так уж вышло. По приказу докторов Алексия наконец согласилась взять отпуск. Поговаривает о том, что полетит в Штаты и проведет немного времени с твоей матерью.

– Славно, – кивнула Саммер, скорее потому что от нее этого ожидали. Сама она так не считала. Ей было не по себе из-за столь тесной дружбы матери и Алексии, но вряд ли она может высказать Тедди нечто подобное.

– Славно, – кивнул Тедди, улыбаясь. – Слишком много Алексии пришлось вынести за прошлый год. Сначала Майкл, а потом это.

– Хмммм…

Саммер гоняла вилкой по тарелке кусочек рыбы. Да, она не пожелала бы пережить такое никому. Но нелегко простить Алексии пренебрежение Майклом или бессердечие, с которым она вела себя после аварии.

– Проблема в том, что она почти не может отказать, особенно когда речь идет о ее работе, – продолжал Тедди. – У моей жены сильно развито чувство долга. И принципы служения обществу. Не слишком модно в эти дни, но что поделать? Алексия никогда не думает о себе.

Саммер едва не поперхнулась:

– Угу, – выдавила она.

«Он действительно так слеп? Неужели пуля срикошетила от ребра Алексии и угнездилась в мозгу Тедди?

– Но довольно о моей семье. Как насчет тебя? Что привело тебя в Лондон? Культурное событие или шопинг?