Танец вокруг живота - Дарья Калинина

— За все случившееся вы в первую очередь должны благодарить свою дочь! — наконец не выдержал и заявил ему тот парень, который напал на него.

— Наташку? — растерялся господин Канарейкин. — Что она еще натворила, кроме того как выманила обманом у меня деньги? Уж и не знаю, зачем она так поступила!

— Она поступила так, потому что надеялась на эти деньги найти наемного убийцу, которому и заказала вас, — раздался позади него знакомый голос.

Подруги с изумлением заглянули за спину господина Канарейкина, который загораживал им весь обзор. И убедились, что были правы. Там и в самом деле стоял не кто иной, как Али.

— И как это он всюду поспевает? — надулась Кира. — Куда ни пойдешь, всюду он.

Но Леся не обратила внимания на ее воркотню. Она радостно махала Али рукой.

— И вашей дочери вполне удалось привести в исполнение свой план или, по крайней мере, первую его часть, — договорил свою мысль Али. — Если бы не слаженная работа охраны отеля и наших полицейских, вы, сэр, были бы сейчас уже мертвы. Та пуля, которая разбила бокал на вашем столике, предназначалась лично вам!

Канарейкин подавленно молчал. Слов у него просто не было. Леся с Кирой тоже молчали. Кира сильно побледнела. Именно рядом с ней стоял злополучный бокал. И если бы снайпер взял чуть левее… Тут Кира побледнела настолько, что это стало заметно даже сквозь загар. Леся взглянула на подругу, все поняла и, обняв, ласково похлопала ее по руке.

— Ладно тебе, — сказала она. — Он мог попасть и правее.

— И тогда убил бы тебя, — прошептала Кира. — Ты думаешь, это и в самом деле было бы лучше?

Честно говоря, Леся не знала. Но судя по взглядам, которые метал на нее Али, скоро ей предстояло пожалеть, что выпущенная снайпером пуля угодила всего лишь в бокал. Вот если бы она была ранена. Тогда Али не посмел бы орать на нее. А так… Так она предвидела, что ничего хорошего он ей не скажет.

Так оно и случилось. Говорить с явно находящимся в шоке господином Канарейкиным сейчас было бесполезно. И, оставив его врачам, Али вцепился в подруг.

— Ну что? — поинтересовался он, нехорошо блестя своими темными глазами. — Довольны?

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась у него бесстрашная Кира. — Если то, что вы сцапали снайпера, то да, довольны.

— Ты просто молодец! — пискнула Леся. — Мы тут с Кирой как раз обсуждали, просто феноменально, сколько ты всего успеваешь!

Но Али не поддался на эту уловку.

— Я имею в виду то, что я велел вам обеим сидеть у себя в отеле и носа никуда не высовывать! — разозлился Али. — А вы что же? Зачем вы сюда сунулись?

При этом его и без того темная кожа потемнела еще больше. И выглядеть он стал прямо-таки угрожающе. Длинные темные волосы, которые он отрастил, чтобы лучше соответствовать облику торговца наркотиками и вообще отвязного парня, сейчас растрепались и встопорщились. И Кире на минуту показалось, что он едва сдерживается.

— Тут вокруг люди! — сочла необходимым напомнить она ему. — Не вздумай нас бить!

— Тем более что нас Тим сюда привез, — вмешалась Леся, переложив ответственность на их общего друга.

— С ним я еще поговорю! — ничуть не подобрел Али. — А вы марш отсюда! И чтобы духу вашего тут не было.

— Но Али! — заканючила Леся. — Что ты такое говоришь? Разве мы можем уйти сейчас?

Али метнул на нее еще один очень сердитый взгляд.

— Тем более что сейчас нам будет безопасней тут, — вмешалась Кира. — Рядом с тобой.

— Рядом с тобой мы чувствуем себя в безопасности, — добавила Леся, и Али вроде бы смягчился.

— И потом, ведь снайпера вы уже поймали, а маньяка, орудующего в нашем отеле, еще нет, — произнесла Кира. — Или это одно и то же лицо? И нам больше нечего опасаться?

Али ей ничего не ответил. Вид у него все равно был еще очень злой и недовольный. Но и гнать подруг обратно в их отель больше не торопился. Поэтому подруги уселись обратно и принялись ждать развязки. Вскоре господин Канарейкин сумел взять себя в руки. И первое, что он сделал, прогнал от себя врача.

— Поди прочь! — велел он худосочному вежливому врачу, который уже ухитрился сделать ему укол. — Что я, баба какая-нибудь, чтобы в обморок падать? Иди! Пришел я уже в себя!

Разобравшись с врачом, господин Канарейкин повернулся к Али:

— Что ты там говорил о моей дочери? Будто бы она убийцу ко мне подослала? Тебе самому-то не смешно такую чушь нести?

— Не смешно, — заверил его Али. — И я вас понимаю. Вам как отцу трудно поверить в то, что ваша дочь желала вашей смерти.

— Не могла она! — зло бросил Канарейкин, но в его глазах сверкнуло отчаяние.

Маруся быстро подошла к мужу и обняла его.

— Возможно, ваша дочь просто была сильно избалована, — произнес Али, задумчиво посмотрев на замершую пару. — И ей была невыносима мысль, что отец может променять ее на кого бы то ни было.

— Променять! Я бы никогда… — начал господин Канарейкин, но горло у него перехватило от сдерживаемых рыданий.

Подруги переглянулись. Им стало искренне жаль этого сильного, жесткого, но в целом очень славного дядьку. Видимо, он в самом деле любил свою дочь. А она… Надо же, приказать убить родного отца, который не сделал ей ничего плохого, всего лишь полюбил женщину и женился во второй раз.

— Если бы я своего папочку убивала каждый раз, когда он женится, то ему бы и девяти жизней, как у кошки, не хватило бы, — прошептала на ухо Кире Леся.

— А вы уверены в том, что говорите? — внезапно подняла голову и посмотрела на Али Маруся. — У вас есть какие-то доказательства того, что именно Наташа наняла убийцу?

— Она поручила это своему знакомому, — ответил ей Али. — А уже он договорился с убийцей, заплатил ему деньги и передал вот это.

И Али протянул Марусе фотографию, на которой был изображен беззаботно хохочущий господин Канарейкин. Кажется, снимок был сделан в домашней обстановке. Во всяком случае, хозяин был лишь в одной короткой футболке и домашних спортивных брюках. И судя по тому, как помертвел Канарейкин, снимок делала его дочь.

— И кроме того, при аресте у снайпера мы обнаружили еще и вот это, — произнес Али. — Это подробное указание, где, когда и в какое время вас лучше застать.

— Любой человек из моей фирмы мог знать, что в это время года я всегда отдыхаю в Турции и всегда в одном и том же отеле, — хмуро произнес в ответ господин Канарейкин.

— Именно на это и рассчитывала ваша дочь, — сказал Али. — У вас, как у всякого делового человека, много врагов, конкурентов и просто завистников. Любой из ваших конкурентов мог заказать вас. Под подозрение разом попало бы слишком много народу. И вашей дочери удобно было бы затеряться среди них.

— Не верю, — глухо произнес господин Канарейкин. — Я хочу видеть этого человека, который стрелял в меня.