Теща-привидение - Дарья Калинина

Отчаявшись, Мариша поблагодарила Ксанку, вернулась вместе с ней в общий зал и уже совсем было направилась к выходу, когда была остановлена голосом паренька.

– Кстати, для вашей клиентки у меня есть и одна хорошая новость, – сказал он, не отрывая взгляда от монитора компьютера.

– Да? И какая?

– Пока вы с Ксанкой там секретничали, я тут тоже не бездельничал.

– Молодец. И что?

– Помнится, ваша Тамара Никитична очень переживала, что род Горышкиных прервется на ней и ее дочерях?

– Ну… Да. Вроде бы.

– Так вот, пусть она не переживает. У нее имеется еще один родственник.

– Да, и кто он такой? – притормозила Мариша.

– Тоже из рода князей Горышкиных.

– Это понятно. А имя? Можешь ты назвать мне его имя?

Паренек назвал ей имя, и Мариша замерла, словно вкопанная. Теперь все случившее сложилось у нее в голове в одну четкую картину. И еще теперь Мариша знала имя человека, который все это время оставался в тени и оттуда дергал за ниточки, заставляя своих марионеток выполнять одному ему известную задачу.

Мариша буквально вылетела из интернет-кафе, подгоняемая жаждой мести и справедливости. Как она могла быть такой слепой! Все это время разгадка случившегося была у нее практически под носом, а она ее даже не заметила. Но винить саму себя Мариша особо не могла. На этот раз ей противостоял невероятно хитрый и двуличный противник.

– Какая подлость! – шипела Мариша, будучи вне себя от злости. – Тихоня! Воды не замутит! Вот ты как! Ну погоди, сейчас я тебе покажу!

В таком настроении она пролетела через город, оказавшись перед хорошо знакомым ей домом. Скрипя зубами от злости, поднялась на знакомый ей этаж и нажала на кнопку звонка знакомой двери. Почему-то Мариша не сомневалась, что застанет дома того, к кому явилась с желанием обстоятельно поговорить. И она не ошиблась в своих ожиданиях.

Дверь открылась. И на пороге появился тот человек, которого так мечтала увидеть Мариша.

– Что же ты мне – подлец ты этакий – не сказал, что ты тоже – Горышкин! – выпалила она ему прямо в лицо.

Очкастенький Григорий жалко заморгал своими глазками, скрытыми за оправой огромных очков.

– Кто? Я? – забормотал он. – Вы меня с кем-то путаете. По паспорту я…

– Знаю я, кто ты по паспорту! – злобно перебила его Мариша. – Только я уверена, что у тебя и еще один паспорт имеется!

– Что вы так кричите? – нервно произнес Григорий. – Давайте не будем привлекать к нам внимание соседей. Это приличные люди. И мне с ними еще жить. Заходите в дом.

Мариша не заставила его повторять дважды. Зайти и поговорить? Это как раз именно то, что ей и нужно. Очень хорошо, сейчас она зайдет и сумеет расставить все точки по своим местам.

И проходя в квартиру, Мариша не удержалась от еще одной мысли. Однако Григорий прочно утвердился в квартире своей любовницы. Видимо, он считает тут себя хозяином. Хотя по-хозяйски мог бы и получше смотреть за собакой Нюсей.

Как заметила Мариша, в миске у собаки вода была несвежая. А куски сырого мяса уже давно обветрились и почернели. Конечно, возможно, Нюся тосковала по своей хозяйке и сама отказывалась есть и пить. Но все же Григорий мог бы и подкинуть собаке что-нибудь более лакомое. Глядишь, Нюся бы и соблазнилась вкусным кусочком.

Нюся вообще только один раз высунула нос, а потом снова скрылась в дальней комнате.

– Так что вы там говорили? – повернулся к Марише очкастый. – Вы меня в чем-то обвиняете?

– Точно знаю, что у вас есть еще один паспорт на имя Григория Горышкина! – выпалила Мариша и язвительно поинтересовалась: – Что же вы так? Решились только фамилию изменить? А имя оставили себе прежнее?

– Да, – неожиданно совершенно спокойно произнес мужчина. – Так меньше вероятности, что меня выдаст какой-нибудь пустяк. Имя я решил себе оставить прежнее. Во-первых, потому, что я к нему просто привык. А во-вторых, людям, для которых я стараюсь, может показаться странным, что я медлю откликаться, когда меня зовут.

Мариша изготовилась к схватке. И такое быстрое признание Григория буквально выбило у нее почву из-под ног.

– А… Ну да, верно! – промямлила она, пытаясь прийти в себя. – У людей и так могут закрасться подозрения на ваш счет. А для вас подозрения просто губительны. Ведь вы не настоящий Горышкин – вы самозванец!

– Умоляю, тише!

– Нечего мне рот затыкать! Вы – самозванец! И вам помог им стать человек по имени Хан!

Григорий побледнел.

– Вы поразительно хорошо осведомлены для такой идиотки, какой вы, несомненно, являетесь, – произнес он.

– Как вам удалось узнать про Хана?

– А больше вас ничего не интересует?

– Пожалуй, это самое основное.

– А зря, – укоризненно произнес Григорий. – На вашем месте я бы в первую очередь спросил, ради чего я все это затеял.

– Я и так это знаю! Ради денег, ради чего же еще! Ради денег Горышкиных! У них ведь перед большевистским переворотом семнадцатого года было очень много денег. А потом они все куда-то таинственным образом подевались.

– Не подевались, а были переведены старшим Горышкиным за границу. В благословенную Швейцарию, где не бывает никаких революционных бурь и чьи банки считаются самыми надежными во всем мире.

Широко раскрыв глаза, Мариша слушала поистине удивительную историю, которую ей поведал Григорий. В царской России лишь очень немногие искренне верили в возможность падения самодержавного строя. И даже в самых смелых своих фантазиях никто и помыслить не мог, что к власти в стране придет горстка авантюристов. А управлять страной отныне будут не специально обученные этому люди, перенимающие и понимающие процесс управления страной из поколения в поколение, а пастух и малограмотная крестьянка.

Самые мрачные политические прогнозы после отречения от престола Николая Второго не могли даже отдаленно предвидеть того ада, в который в скором времени будет ввергнута огромная и процветающая держава. Заводы, капиталы, земли и дома казались незыблемыми ценностями. Пусть даже партия власти и сменится, но богатые люди в стране всегда будут жить хорошо.

Так думало подавляющее большинство россиян. Но вот Петр Горышкин – старший в роду Горышкиных – был не из их числа. Он устал от революционных настроений в России и мечтал о тихой жизни где-нибудь у подножия Альп. Поэтому он озаботился тем, чтобы втайне, не афишируя своего поступка ни перед кем, перевести почти все свои капиталы в заграничные банки. Земли Горышкиных были отданы им в долгосрочную аренду, доходные дома либо проданы, либо также сданы в долгосрочную аренду. На родине Петра Горышкина, казалось, не держало больше ничего.

Его младший брат эмигрировал во Францию в самом начале Гражданской войны. В России оставалась лишь его дочь – племянница Петра Горышкина – Евдокия. Однако родственники друг с другом почти не общались. И причиной тому были деньги. В роду Горышкиных все имущество доставалось старшему сыну. Младший не получал ничего. Это делалось, чтобы не дробить состояние. Но было в высшей степени несправедливо в отношении младших детей.