Адам не женится на Еве - Лариса Соболева

– Все же, за что его убили? Вы должны знать.

– С чего вы взяли? Мне Галдин не докладывал, с кем у него вражда. Если кто-то о нем и знал все до мелочей, то это Ада. Он помогал ей после аварии и операций, помогал и мне справляться с делами. Ищите Аду у бывшего мужа, если он ее не убил.

– Ну а как быть с предупреждениями Метлова? Ему звонили…

– Я знаю, что ему звонили, он говорил мне. Ума не приложу, кто и зачем подставляет меня.

– Астраханов?

– Возможно… – Но в голосе Зоси не было уверенности. – Наверное, это делается с целью уничтожить меня чужими руками. Вот вам и месть. Он считает, что я разбила его семью. Недаром у Метлова он на меня смотрел как инквизитор.

– Скажите, почему Ада вам доверяла?

– Странный вопрос. Почему, например, один человек нравится без причин, а другой ничего плохого не сделал, а его органически не выносишь? Почему влюбляются с первого взгляда и объяснений этому не находится?

Катков пальцами вытер губы, словно до этого пил или ел, и неожиданно обрадовал Зосю:

– Пожалуй, я вас отпущу. Разве таким женщинам место в изоляторе? Где вас можно будет найти?

– Дома или на предприятии…

– Дома? В квартире Астрахановой?

– Да. Это была квартира Ады.

– Отпущу вас. Но под подписку о невыезде.

Покончив с формальностями, Катков бросил огорошенной Зосе:

– Только прошу вас, окажите сначала нам услугу.

– Какую? – с опаской спросила она. Слишком Катков непредсказуем, не поймешь, что у него на уме.

– Поедете с нами в дом Ады, покажете кровь и все остальное, а?

– Разумеется, поеду.

– В таком случае подождите меня в коридоре.

Когда она вышла, Катков повернулся к Олегу:

– Чего пришел?

– Опыта набираться.

– Молодец. И как тебе исповедь Зоси Георгиевны?

– От Астраханова мы слышали другую исповедь.

– Вот именно. Кто-то из них лгал. – И Катков, постукивая по столу ребрами стопки исписанных листов, чтобы они сложились в ровную пачку, заулыбался.

– Чему вы улыбаетесь, Глеб Аркадьевич?

– Как чему! – вытаращил тот свои маленькие хитрые глазки. – У тебя хорошая память?

– Не жалуюсь.

– У тебя плохая память, – с удовольствием констатировал Катков. – Если б она у тебя была хорошая, ты бы уже сложил некоторые детальки.

– Поделитесь детальками, Глеб Аркадьевич.

– Я суеверный, – внезапно нахмурился Катков. – Неплохо бы найти Аду Астраханову, тело ли без души, душу ли с телом… а найти.

– Зачем вы отпустили Зосю? Странное вокруг нее сплетение из одних и тех же лиц: Галдин, Астраханов, его жена, у Метлова Зося была, у Бабаджанова тоже. И с мнимой смертью Астрахановой перемудрили. У меня создалось впечатление, что затеяли они коварное предприятие.

– Совершенно верно. Потому я ее и отпустил. Если Астраханов злодей и раскусил бедняжек, увез жену в темный лес, где убил и закопал, он попытается предъявить счет Зосе. У него есть мотив. Но это может быть и не так. Не переживай, никуда от нас Зося не денется. Ну, я поехал.

– Глеб Аркадьевич, я зашел вам сказать, что у вас оперативников забирают, кидают на моего Леонова и на Ярыгина.

Катков стал похож на обиженного плюшевого мишку, которому оторвали лапу, – надул губы, недовольно засопел. Олег поспешил сказать:

– У меня к вам деловое предложение. Вы помогаете мне, я отдаю вам оперов, работаю с вами по Галдину. Идет?

– По Ярыгину кто работает? – вдруг спросил Катков.

– Тоже я, – вздохнул Олег.

– Угу. Это прокурор тебя прислал шантажировать меня?

– Нет, я сам. Глеб Аркадьевич, убитые все равно с одной грядки…

– Ладно, ладно, – отмахнулся Катков. – Ишь, умник. Поехали.

«Поехали» и было согласием, хотя и вымученным, но Олег воспрянул духом, побежал вслед за Катковым.

По всем признакам в доме с тех самых пор, как Зося убежала отсюда, никто не побывал. Пересекая прихожую, она говорила Каткову:

– Видите, какой беспорядок? А вот ее спальня, здесь она проводила большую часть жизни. Кровь… мне показалось, что это кровь… с той стороны кровати и на простыне.

Катков предоставил экспертам заниматься делом, милиционеру в штатском писать протокол, а сам пошел по комнатам. Олег ходил за ним, следил, куда направлял взгляд Глеб Аркадьевич, и обязательно таращился в ту же точку. Он хотел понять, как удается Каке увидеть то, что видят все, но не замечают. Зося следовала за ними, только войдя в ту или иную комнату, выбирала место в сторонке, стараясь не мешать. Тем временем Катков спросил, ни к кому не обращаясь, но вопрос был адресован Зосе:

– Оставаясь одна, она закрывалась на ключ?

– Конечно. Если я уходила поздно, то закрывала дверь.

– Ворота запираются со двора?

– На задвижку. Но Ада никогда не трогала задвижку, без моей помощи она и во двор не выходила.

– Угу, угу. Кто убирал дом?

– Я, – ответила Зося, недоумевая, зачем он об этом спросил.

– Вы?! – повернулся к ней Катков с изумленным видом.

– А что вас так удивляет? Конечно, я.

– Трудно представить вас с веником и шваброй.

– С костылями не развернешься, а нанять женщину Ада не хотела, она ведь жила скрытно. Помогала мне по мере сил.

– А что здесь искали?

– Ума не приложу. Ада не хранила сбережения в доме, да и нет у нее денег, все было потрачено на операции.

– На что же она жила? – Катков продолжил обходить дом.

– Доходы я делила с ней поровну, это было условие Ады, когда она отдавала мне руководство предприятием.

– Вы не перестаете меня удивлять, сейчас люди норовят кинуть хоть друга, хоть родственника.

– А мне странно то, что вас удивляют наши отношения с Адой, – сказала Зося и слукавила: – Мне не приходило в голову обмануть ее.

– Доходы-то большие?

– Что вы, – усмехнулась она. – Наше предприятие бизнесмены называют «соковаркой», презрительно звучит, да? Мне трудно тягаться с известными фирмами, но продукция дешевая – мы закупаем овощи и фрукты у местных фермеров, – своего покупателя находит.

Катков дошел до лестницы, взялся за перила:

– Наверху что?

– Небольшая комната, я там часто ночевала.

– Разрешите взглянуть?

– Конечно. Но там такой же беспорядок.

Поднявшись наверх, Катков выпятил нижнюю губу, покивал головой, мол, какие же негодяи побывали здесь. Выдвинутый ящик стола привлек его внимание: