Игры ангелов - Нора Робертс

Хихикнув, Линда-Гейл пихнула Рис локтем:

— Вылезай. Пойдем проветримся.

Ноги у Рис слегка дрожали, однако из машины она все-таки выбралась.

— У тебя должна быть уже целая коллекция штрафных талончиков. Точнее, целая коллекция разбитых машин.

Прищелкнув языком, Линда-Гейл взяла ее под руку:

— Не будь такой занудой. Боже мой, только взгляни! Взгляни на эту куртку! — Подтащив Рис к витрине магазина, она с жадностью уставилась на кожаную куртку красивого шоколадного оттенка. — Стоит, должно быть, бешеных денег. Давай примерим. Нет, так мы можем опоздать. Померяем ее уже с новыми прическами.

— У меня не так уж много денег.

— У меня тоже. Но за примерку с нас не возьмут ни цента. Судя по покрою, на такой худышке, как ты, она будет смотреться лучше, чем на мне. Но я бы все равно купила ее, будь у меня в запасе приличная сумма.

— Слушай, у меня просто ноги не идут.

— Не переживай, все будет хорошо. А если что, у меня в сумочке есть фляжка.

— Фляжка с чем? — спросила Рис, с трудом поспевая за Линдой-Гейл.

— Яблочный мартини. На случай, если тебе потребуется успокоительное. Ммм… Ну-ка, взгляни. Как тебе?

Взглянув в указанном направлении, Рис увидела высокого худощавого ковбоя, одетого соответствующим образом — сапоги, джинсы, шляпа с широкими полями.

— Красавчик, — Линда-Гейл не скрывала своего восхищения.

— Я-то думала, ты влюблена в Ло.

— Конечно, влюблена. Но это как с курткой — что мешает просто посмотреть? Полагаю, вы с Броуди уже давно не ограничиваетесь одними только взглядами. Как тебе секс с ним?

— Знаешь, чтобы вести такую беседу, мне и вправду потребуется пара глотков мартини.

— Ладно, скажи мне тогда вот что: его задница смотрится так же хорошо без джинсов, как и в них?

— Это да. Ничуть не хуже.

— Так и знала. Ну вот мы и пришли, — крепко сжав Рис за локоть, она втащила ее внутрь.

В ожидании своей очереди Рис так и не воспользовалась фляжкой, хотя порой ее тянуло сделать глоток-другой. Желание сбежать она тоже подавила в зародыше.

Да и чувствовала она себя куда лучше, чем в последний свой визит к стилисту. Ей уже не казалось, будто стены понемногу сжимаются вокруг, а звуки бьют по ее ушам с такой силой, что нет никакой возможности дышать. Наконец, когда к ней подошел стилист, она хоть и побледнела, но не рванула к выходу на улицу.

У стилиста — звали его Сержем — был легкий славянский акцент и обворожительная улыбка. Однако улыбка эта сменилась выражением тревоги, когда он взял Рис за руку:

— Бог ты мой, да у вас руки как лед. Чашечка чая тут явно не помешает. Нэн! Принеси нам ромашкового чая. А мы пока пройдем на место.

И Рис пошла за ним покорно, как щенок.

Не успела она как следует осмыслить происходящее, как ее уже усадили у зеркала. Руки Сержа проворно забегали по ее волосам.

— Я пока не знаю…

— Замечательные волосы. И такие густые! Судя по всему, вы заботитесь о них.

— Я стараюсь.

— Но что у нас с прической? Где стиль? Только взгляните — волосы не подчеркивают лицо, а, напротив, скрывают его. Ну, как бы вы хотели выглядеть?

— Я… если честно, даже не знаю. Не думала, что я доберусь наконец до стилиста.

— Расскажите-ка о себе. Кольца нет. Не замужем?

— Нет.

— Значит, свободна. Приехали откуда-то с востока.

— Из Бостона.

— Угу, — он внимательно изучал ее волосы. — Чем же вы занимаетесь, ангел мой?

— Готовлю. Я повар. — Его прикосновения были настолько приятными, что Рис понемногу расслабилась. — Я работаю с Линдой-Гейл. Она где-нибудь поблизости?

— Она рядом, просто отсюда ее не видно. — Он взглянул на Рис все с той же чарующей улыбкой: — Готовы довериться мне?

— Я… Ну ладно. Только нельзя ли добавить в ваш чай немного успокоительного?

Рис совсем забыла особую атмосферу, царящую в салонах и неповторимое очарование таких моментов: пальцы, перебирающие ваши волосы, травяной чай, глянцевые журналы, щебет женских голосов.

Сейчас ей делали мелирование, потому что так решил Серж. Это было дорогостоящее удовольствие, но Рис все-таки согласилась. Через какое-то время к ней подошла Линда-Гейл, которая тоже прокрашивала волосы.

— Темно-рыжий, — объявила она. — Хочу поменять облик. Я сейчас на маникюр. Пойдешь со мной?

— Нет, с меня хватит и прически.

Она вяло листала журнал, пока наконец не пришло время мыть голову и стричься.

— А теперь расскажите мне о вашем мужчине, — сказал Серж, берясь за ножницы. — Наверняка у вас кто-то есть.

— Вы правы. — Святый боже, у нее действительно был мужчина! — Он писатель, и мы лишь недавно начали встречаться.

— Страсть. Вдохновение. Открытие.

По лицу Рис скользнула улыбка.

— Точно. Он умен и уверен в себе. Еще ему нравится, как я готовлю. Под его колкими порой замечаниями кроется немалое терпение. Он не обращается со мной так, будто я слишком ранима. И это придает мне уверенности в себе. Ох, я же совсем забыла, — она потянулась за наброском. — Хотела спросить, не знаете ли вы эту женщину.

Серж взял рисунок и стал внимательно изучать его.

— Почти уверен, что ее не было в числе моих клиенток. Я бы уговорил ее укоротить волосы — они слишком загораживают лицо. Она имеет к вам какое-то отношение?

— Можно сказать и так. Не возражаете, если я оставлю здесь рисунок? Не исключено, что кто-нибудь ее узнает.

— Ради бога. Нэн!

Рядом тут же возникла исполнительная Нэн. Ей-то Рис и отдала набросок. После этого она смогла наконец сосредоточиться на себе самой.

— Ох! Я не ожидала, что вы сострижете так много.

— Не беспокойтесь… Вот это да! Великолепно! — последнее было сказано в адрес рыжеволосой Линды-Гейл.

— Мне нравится! — Она покрутилась перед ними, демонстрируя свою новую прическу. — Настоящее преображение. Ну, что скажешь? — обратилась она к Рис.

— Потрясающе. Даже не ожидала! — Из миловидной блондиночки Линда-Гейл превратилась в стильную, сексуальную и чуточку вызывающую особу. — От тебя просто глаз не отвести.

— Сейчас я иду на макияж, — она взглянула в зеркало поверх головы Рис. — И я буду выглядеть сногсшибательно. А когда мы вернемся в Кулак Ангела, я разыщу Ло и вдоволь его помучаю. — Повернувшись, она присмотрелась к прическе Рис. — Мне нравится твое мелирование. По-моему, я понимаю, что намерен сделать Серж. Зрительно увеличить глаза — в чем они, собственно, не очень-то и нуждаются — и приоткрыть лицо.