Заклятие древних маори - Найо Марш

Уэбли смерил его задумчивым взглядом.

— Что ж, мистер Белл, это весьма любезно с вашей стороны, — произнёс он.

— Охотничьи трофеи, сержант? — внезапно послышался голос Фолса. Голова мистера Септимуса Фолса высунулась из окна, выходящего на веранду прямо над столом. — Прошу прощения, я не хотел вас подслушивать. Замечательный образчик первобытного искусства, да? Значит, говорите, вам мнение специалиста понадобилось… Если хотите, я готов сопроводить мистера Белла в селение маори. Заодно мы будем, так сказать, присматривать друг за другом. «Рука руку моет», как говорят. Вы не возражаете?

— Что ж, — медленно проговорил Уэбли, тщательно взвешивая слова, — я не против. Спасибо, вы меня очень выручите.

— Вот и прекрасно! — воскликнул мистер Фолс, потирая руки. — А можно мы пойдём кратчайшим путём? Так быстрее, к тому же Таупо-тапу охраняется вашими бдительными легионерами, которые не позволят нам прокипятить свои фраки и смокинги в его грязи. Можете заодно черкануть записочку своим людям.

К удивлению и даже некоторому разочарованию Дайкона, сержант Уэбли возражать не стал. Дайкон и Фолс отправились знакомой тропой к поселению маори. Мистер Фолс возглавлял шествие; он, как обычно, немного прихрамывал, но в остальном столь мучивший его до сих пор радикулит этим утром не давал о себе знать.

— Должен вас поздравить, — с улыбкой сказал он. — Мне очень понравилось ваше поведение на нашем импровизированном собрании. Вы быстро осознали, что наш уважаемый учёный несколько увлёкся и оторвался от реальности. Должен признаться, я был с вами солидарен.

— Не может быть! — воскликнул Дайкон. — Тогда мне непонятно, почему вы не воз…

Он осёкся на полуслове.

— А, вы собирались спросить, почему я ему не возразил? — на лету подхватил мистер Фолс. — Вы просто опередили меня, молодой человек. Избавили, так сказать, от неприятности.

— Откровенно говоря, мне даже трудно вам поверить, — признался Дайкон.

— Вот как? Что ж, вы правы. В ваших глазах я ведь — подозреваемый номер один, верно? Вполне естественно. Кстати, вы знаете, мистер Белл, что в том случае, если бы меня судили за убийство, вам бы досталась роль главного свидетеля обвинения? Вы ведь буквально застигли меня на месте преступления.

Если и лицо мистера Фолса было всегда непроницаемым, то его затылок казался непроницаемым вдвойне. Дайкон вконец растерялся, не зная, что и думать. Он попытался ответить в тон мистеру Фолсу:

— Совершенно верно. Хотя, будь вы виновны, вы бы скорее поддержали версию доктора Акрингтона. Раз никто не убит, то и убийцы нет. Тем более, что остальные ухватились за неё руками и ногами.

— Да, — усмехнулся мистер Фолс. — Я прямо кожей ощутил их облегчение. Но вот вы, обладатель самого несокрушимого алиби, проявили изрядный скепсис.

— А как вы сами считаете, мистер Фолс? — неожидано громко спросил Дайкон. — Он мёртв?

— Да.

— Его убили?

— Да. Безусловно. А вы так не считаете?

К тому времени они уже приблизились к термальным источникам. На вершине холма, возвышавшегося над Таупо-тапу, хлопотали люди сержанта Уэбли, без устали наклонявшиеся, снова разгибавшиеся и вытаскивающие свои нехитрые драги.

— Кто бы мог подумать, что такое случится, — произнёс себе под нос Дайкон.

Слух у мистера Фолса оказался отменным.

— Да, жуткая история, — подхватил он. И снова никто не догадался бы, услышав его голос, какие мысли бродят в голове этого странного человека. Фолс помахал по сторонам своей тростью. — Смотрите, какое удивительное место. Словно сошло с гравюр Доре.

Тропа и впрямь тянулась посреди жутковатого ландшафта. По обеим сторонам квакали и хлюпали грязевые источники, в отдалении в воздухе завис мистически-серебристый плюмаж гейзера.

— После всего случившегося меня ничего не трогает, — произнёс Дайкон. — Но мне и в самом деле трудно поверить, что тут могло обойтись без какого-то сверхъестественного вмешательства.

— А маори до сих пор в него верят.

«Ничего страшного, — твердил себе Дайкон, у которого после слов Фолса вдруг душа ушла в пятки. — Фолс передаст им слова Уэбли, и мы уйдём. Я не буду отрывать глаз от тропы и мы быстро минуем это место. Пустяки.»

Однако, уже почти поднявшись на вершину холма, они задержались. Фолс о чём-то разговорился с людьми Уэбли. Чуть поотставший Дайкон зябко поёжился. Задрав голову, он увидел вровень со своими глазами сапоги полицейского.

— Может, пойдём? — нервно спросил он.

Вдруг один из полицейских, оттолкнув Дайкона, протиснулся мимо него по тропе и поспешил вниз.

— Подождите, Белл, — поспешно сказал Фолс.

За спиной Дайкона послышались сдавленные звуки. Полицейского жестоко вырвало.

Двое других людей Уэбли, оставшихся на вершине холма вместе с Фолсом, сидели на корточках. Вдруг один из них выпустил из рук вилы, и те соскользнули вниз по тропе. Фолс обернулся. Солнце находилось у него за спиной, но тем не менее Дайкон разглядел, как побледнело его красивое лицо.

— Пойдёмте, Белл, — хрипло позвал он.

Дайкон, которого так и подмывало броситься наутёк, послушно побрёл за ним.

Если бы не мешок, было бы ещё хуже. Однако, хотя и плотная, промокшая мешковина все же столь красноречиво обрисовывала контуры скрывавшегося под ней предмета, что пылкое воображение Дайкона даже нарисовало пустые глазницы и провалившуюся впадину носа.

Дайкон не помнил, как добрался до подножия холма и последовал за Фолсом к просвету в зарослях мануки. Проход в кустах охранял полицейский.

Даже отойдя далеко, Дайкон продолжал слышать характерное хлюпанье кипящей кастрюли Таупо-тапу.