Призрак Тилацина - Влада Ольховская

— Я же говорил, что съемка не в пустоту уходит, — усмехнулся он. — Если честно, я думал, разобраться с вами будет сложнее.

Вот теперь Олег не выдержал. Он сообразил, что на камеру уже и так попало слишком много, он рванулся вперед, надеясь хотя бы придушить Кирилла — раз уж добиться цели теперь не получится.

Однако Кирилл не переставал тренироваться с тех пор, как покинул больницу после травмы шеи. Это не делало его непобедимым, зато позволяло в пару движений скрутить увальня вроде Олега. Он даже успел перехватить Натали, которая в это время попыталась лишить Аллу хотя бы части волос.

— Не нужно, — сказал Кирилл. — Это только даст ей возможность оправдаться на суде, много чести. Ей и так в ближайшие годы придется выступать со своими байками перед не самой приятной аудиторией.

Он бы хотел сказать Натали больше — что-нибудь такое, что мигом успокоило бы ее, заставило рассмеяться и поверить, что беда прошла стороной. Однако правильных слов не было, да они оказались и не нужны. Натали расплакалась навзрыд, и он успокаивал ее до тех пор, пока не подоспели медики. Потом увезли и ее, и Аллу с Олегом.

Ощущение было странное. Он вроде как впервые раскрыл дело без помощи близнецов (хотя и с помощью отца, но об этом Кирилл пока предпочитал не вспоминать). Успех принес определенное торжество, однако не полное. Осталось чувство незавершенности, почти обиды, он надеялся получить нечто большее… А что — он и себе бы не признался.

Чтобы избавиться от этого раздражающего ощущения, Кирилл попросту отправился к дяде. Ему сейчас нужна была компания, и не такая, которая намекала бы ему на его привязанности, как отец, а способная занять его чем-то.

Как он и ожидал, Ян не спал даже в поздний час. Визиту племянника он тоже не удивился, впустил без вопросов и сразу вернулся к компьютеру.

— От чего опять страдаешь? — полюбопытствовал Кирилл.

— Все от того же. Фэн Ливей завтра будет в Москве, а я пока слабо представляю, как к нему подобраться.

— Э… А что за он?

Кирилл так увлекся делом Натали, что все остальное само собой отошло на второй план. Имя, названное Яном, было знакомым, но почему-то не соотносилось с конкретным человеком. К счастью, дядя пока не был ни на чем сосредоточен. Он все пояснил — может, не столько для Кирилла, сколько для себя, прикидывая что-то.

— Короче, китайский мафиози, — заключил Кирилл. — А что он в Москве потерял?

— Вот это и любопытно… Официальная причина его приезда — явная игра на публику. В его графике полно белых пятен, и я не представляю, где он будет в это время.

— Зачем тебе точный график знать?

— Чтобы понять, где его перехватить, — пояснил Ян. — Не думаю, что он согласится на официальную встречу.

— Ты проверял?

— Спугнуть боюсь.

— Тогда перехватывай в отеле, — рассудил Кирилл.

— Как, переодевшись в горничную?

— Не думаю, что это прям незаметным тебя сделает…

— В отеле к нему не подобраться, — признал Ян. — Он наверняка с охраной, окопается в каком-нибудь люксе и будем там сидеть. Меня даже при попытке постучать в его дверь с лестницы спустят.

— Ты не стучи, просто возьми и войди.

— Я смотрю, кое-кто сегодня полон гениальных в своей простоте решений…

Кирилл, в этот момент читавший статью с экрана ноутбука, кивнул:

— И неспроста. Я знаю этот отель: систему безопасности в нем делал один из батиных клиентов, он сам хвастался, когда к нам на биллиард приезжал. Думаю, при желании он может сварганить тебе мастер-ключ, с такими замками это возможно.

— Технически возможно, а по закону — нет. С чего бы Пашкиному клиенту вот так подставляться, помогая мне?

— Потому что отец попросит, а они с отцом друзья.

Ян хвататься за это предложение не спешил:

— Пашка в это не впряжется. Он просто снова расскажет мне все о моих умственных способностях, а я и так знаю, мне не интересно. Нет смысла даже просить его.

— И все-таки попробуй. У вас с отцом нарушена коммуникация, — назидательно произнес Кирилл.

— У всех Эйлеров она нарушена.

— Так разорви порочный круг!

Кирилл прекрасно понимал, почему сомневается дядя. Раньше старший брат действительно послал бы его подальше, да еще и с оркестром. Но многое изменилось — для всех членов семьи без исключения.

Ян все-таки согласился позвонить, однако это и понятно: у него не осталось способов подобраться к Ливею. Павел, разумеется, первые пять минут просто орал. Что он говорил — никто не вслушивался, это можно было воспринимать как традиционное приветствие. Когда до старшего из Эйлеров дошло, что его поучения падают на бесплодную почву, он все-таки согласился переговорить со своим приятелем.

Павел перезвонил через час и сообщил, что мастер-ключ будет готов завтра утром. Он не сказал, что пообещал за помощь, и не заявил, что Ян теперь ему должен. И это, пожалуй, значило для дяди больше, чем сама услуга.

— Признавайся: ты и сам до последнего сомневался, согласится ли он? — спросил Ян, когда телефонный разговор был окончен.

— Ага. Но не то чтобы попытка платная… Теперь давай решать, как это все провернем.

— Ну, твоя часть работы очень проста: сидеть дома и смотреть телевизор.

— С фига ли? — возмутился Кирилл. — Все еще не доверяешь мне?

— Доверяю. Но то, что я буду делать завтра, — очень опасно и очень противозаконно. Я не могу поступить так с Пашкой после того, как он мне помог.

— Ян…

— Обсуждению не подлежит, — отрезал дядя. — Хочешь помочь — достань мне план отеля и все сведения о ближайших зданиях. Можешь остаться на связи в качестве подстраховки. Но поблизости тебя быть не должно, и это не тот случай, когда ты можешь согласиться в теории, а потом заявиться с дебильной улыбкой и криком «Сюрприз!». Осознание появилось, мелкий?

— Что-то вроде того, — угрюмо отозвался Кирилл.

Он знал, когда с близнецами стоит спорить, а когда можно серьезно нарваться. Сейчас был как раз второй случай, и Кириллу пришлось отступить.

Настроение снова было странное, как будто неровное. Он помог, благодаря ему многое решилось, а чувства победы все равно не было. Он словно остался на периферии событий, в чем-то полезный, однако по-настоящему не нужный никому.

Кирилл знал,