Обещай мне - Харлан Кобен

Директор Ливингстонской старшей школы Эймори Рейд был одет в брюки и тонкую белоснежную рубашку с короткими рукавами, под которой просвечивала майка. Хотя галстук и не был затянут, но все равно казалось, что он душит. На ногах у директора были черные ботинки на толстой виниловой подошве.

— Администрация школы, конечно, очень озабочена.

Руки Рейда лежали на столе, и на одной был фирменный перстень колледжа с гербом футбольной команды. Директор выразил озабоченность администрации таким тоном, будто разучивал выступление перед зеркалом.

Майрон сидел от него по левую сторону, а Клэр — по правую. Она все еще не отошла от шока, вызванного известием, что ее дочь, которую она так любила и которой так доверяла, беременна уже три месяца. В то же время эта новость принесла определенное облегчение: теперь многое в ее поведении становилось понятным и, возможно, объясняло то, что до сих пор представлялось необъяснимым.

— Разумеется, вы можете осмотреть ее шкафчик, — подтвердил директор. — У меня есть универсальный ключ ко всем замкам.

— Мы также хотели бы поговорить с двумя вашими учителями и одним учеником, — сказала Клэр.

Директор подозрительно на них посмотрел: сначала на Майрона, потом на Клэр.

— Какими учителями?

— С Гарри Дэвисом и Дрю Ван Дайном, — ответил Майрон.

— Мистер Ван Дайн уже ушел. По понедельникам он работает до двух часов.

— А мистер Дэвис?

Рейд сверился с расписанием.

— Он в аудитории Б-двести два.

Майрон помнил, где она находится, даже по прошествии стольких лет. Холлы до сих пор носили название по буквам алфавита от А до Д. Классы на первом этаже начинались с единицы, а на втором — с двойки. Он помнил, как однажды выведенный из себя учитель выговаривал нерадивому ученику, что тот не сможет отличить холл Д от холла А.

— Я попробую вызвать мистера Ди с урока. Могу я узнать причину, по которой вы хотите поговорить с этими учителями?

Клэр и Майрон переглянулись, и Клэр сказала:

— Нам бы сейчас не хотелось об этом говорить.

Директора устроило такое объяснение. Его должность требовала гибкости: если он что-нибудь узнает, то вынужден будет доложить об этом по инстанции. Поэтому зачастую незнание было настоящим благом. Пока у Майрона в отношении учителей были одни подозрения и никаких конкретных фактов, он не хотел посвящать директора школы в суть расследования.

— Мы хотели бы также поговорить с Рэнди Вулфом, — добавила Клэр.

— Боюсь, что этого я разрешить не могу.

— Почему?

— За пределами школы вы можете делать все, что вам заблагорассудится. Но для беседы в стенах школы мне нужно согласие родителей.

— Зачем?

— Таковы правила.

— Но если вы поймаете ученика, прогуливающего занятие, вы же можете с ним поговорить?

— Я — могу, а вы не можете. И это не вопрос прогула. — Рейд перевел взгляд на Майрона. — Кроме того, я не вполне понимаю, мистер Болитар, причину вашего здесь присутствия.

— Он представляет мои интересы, — заявила Клэр.

— Это мне понятно. Однако это нив коей мере не наделяет его правом беседовать с учеником, как, впрочем, и с учителями. Кроме того, я не могу заставить мистера Дэвиса разговаривать с вами, но по крайней мере приглашу его в кабинет. Он взрослый человек и примет решение сам. Но с Рэнди Вулфом ситуация другая.

Она вышли из кабинета и направились к шкафчикам.

— Не уверен, что это имеет отношение к делу, но недавно у Эйми были большие неприятности.

Они остановились, и Клэр спросила:

— О чем вы?

— Ее застали за компьютером в кабинете наставников.

— Не понимаю.

— Мы тоже. Ее застал там один из учителей за распечаткой академической справки.[14]Как позже выяснилось, своей собственной.

Майрон подумал и спросил:

— А разве вход в базу данных не защищен паролем?

— Защищен.

— Тогда как она могла в нее войти?

Чувствовалось, что, отвечая, Рейд тщательно подбирал слова.

— Мы не знаем наверняка. Теоретически, кто-то из персонала, видимо, допустил оплошность.

— Какую оплошность?

— После работы на компьютере не вышел из системы.

— Другими словами, компьютер так и оставался подключенным к закрытой базе данных, и она смогла в нее зайти?

— Теоретически — да.

По мнению Майрона, такое объяснение было крайне неубедительным.

— Почему я об этом слышу впервые? — спросила Клэр.

— Мы посчитали, что ничего страшного на самом деле не произошло.

— Разве проникновение в закрытую базу школьных данных — мелкая шалость?

— Она распечатывала свою собственную академическую справку. Эйми, как вы знаете, отлично училась и никогда не попадала в неприятности. Мы решили ограничиться строгим внушением.

«И избавить себя от неприятных объяснений», — добавил про себя Майрон. Признание факта, что учащийся смог проникнуть в базу данных школы, могло обернуться скандалом. Все те же подковерные игры.

Они подошли к шкафчику Эйми, и, когда Эймори Рейд открыл его своим ключом, все непроизвольно отступили назад. Майрон шагнул к шкафчику первым. Там было на удивление много личного. Фотографии, похожие на те, что он видел в комнате Эйми, полностью закрывали металлическую поверхность дверцы. Опять-таки ни одного снимка с Рэнди, зато много фотографий ее любимых гитаристов. На одной вешалке висела футболка группы «Грин дэй», выпущенная для рекламного тура альбома «Американский идиот». На другой — толстовка женской баскетбольной ассоциации «Нью-Йорк либерти». Внизу аккуратной стопкой сложены учебники в обложках, на которых лежали заколки для волос, расческа и зеркало. Клэр с нежностью провела по ним рукой.