Охота на Сезанна - Томас Свон

Педер Аукруст положил паспорт на стойку и взглянул на тучного служащего в очках, который в этот момент пытался подавить зевок. Служащий сравнил фотографию и человека, стоящего перед ним, перевернул несколько страниц в толстой тетради, провел пальцем по списку номеров, поднял глаза и спросил:

– Откуда летите?

– Из Парижа, – ответил Аукруст.

Служащий сделал пометку в паспорте, с громким шлепком поставил печать на пустой странице и автоматически сказал:

– Счастливого нового года.

– Tusen takk,[26]– ответил Аукруст с натянутой улыбкой. Он и забыл, что наступил новый год, уже три дня назад. Он беспрепятственно прошел через таможню, нашел такси и через час был в пабе «Кингз-Армз» около моста Альберта, в нескольких сотнях ярдов от пирса Кадоган. Было 4.30, когда он вошел в паб и занял место за столиком у окна, откуда мог видеть пристань и «Сеперу», ставшую на якорь прямо за голубой будкой директора пристани. В пять в баре начали собираться местные, и час спустя на «Сепере» зажглись и погасли два красных огонька. Аукруст взял свою сумку, вышел на набережную и спустился на пирс к сходням.

– Вы видели сигнал? – спросил Никос со сходней.

– Конечно. Я сразу пришел. Где Пинкстер? – требовательно спросил Аукруст.

– Мы подберем его у пирса Тауэр, – ответил Никос. – Он будет там не раньше семи тридцати.

– Отправляемся прямо сейчас, – твердо сказал Аукруст.

– Мистер Пинкстер очень пунктуальный, – возразил Никос. – Мы прибудем слишком рано.

– Рано так рано. – Аукруст пристально смотрел на Никоса. – Отчаливаем.

Софи поприветствовала Аукруста, назвав его доктором Мецгером. Вспомнив его первый визит на «Сеперу», она спросила, не хочет ли он кофе или что-нибудь выпить.

В шесть часов в миле позади «Сеперы» появился полицейский катер, закрепленный за округом Темзы полиции Большого Лондона; он медленно пошел за буксиром. На катере находились три человека. Все трое были офицерами полиции и прослужили в Скотланд-Ярде по два года; до этого каждый из них служил либо в военно-морских силах Великобритании, либо в торговом флоте. Сержант Джефф Дженнингс был старшим по званию; констебли О'Брайан и Нестор отвечали за передачу данных и наблюдение.

«Сепера» прошла мимо пирса Тауэр в 6.48, шла еще пять минут, потом развернулась и остановилась неподалеку от экскурсионного катера, оставленного на ночь.

Когда «Сепера» повернула, Дженнингс отключил двигатели и тоже резко повернул.

– Передайте «Бену Джолли», чтобы заступил на вахту у пирса Тауэр, – велел он О'Брайану.

Потом катер пошел обратно, миновав «Сеперу», стоявшую в доке.

Аукруст увидел катер, но только когда тот проходил мимо, Педер понял, что катер полицейский. Проследив, как он прошел под мостом Тауэр, Аукруст вернулся в рубку, как раз когда Алан Пинкстер поднялся на борт. Было 7.30.

– Мимо прошел полицейский катер, – сказал Аукруст.

– Я видел, – ответил Пинкстер.– Патрульный. Когда-нибудь река ими кишеть будет.

«Бен Джолли», неказистая моторка, на самом деле была очень удобной и практичной. Эта полицейская лодка – только без знаков – могла преследовать любой объект на воде между Дарфорд-Крик и мостом Стейнс-бридж – пятьдесят четыре мили, патрулируемые округом Темзы. Небольшое судно имело мощный двигатель и радиосвязь. Под тентом укрывалась команда из двух человек, возглавляемая сержантом Томпкинсом. Вторым был сержант Джимми Мурраторе, находившийся на спецзадании и одетый в черную куртку и шерстяную шапку.

Лодку «Бен Джолли» заметить было трудно, потому что она была выкрашена в темно-зеленый и серый цвета и была довольно низкой. Лодка притаилась менее чем в ста ярдах позади полицейского катера и прямо напротив пирса Тауэр, поджидая «Сеперу».

– За наш успех. – Пинкстер налил шампанского в высокие бокалы, передал один Педеру, поднял свой и отхлебнул. – За Поля Сезанна и все картины, которые он с себя написал. – Он снова глотнул шампанского. – Присоединяйся ко мне, Педер, выпей за обретение портрета Девильё. Отличная работа.

Аукруст пристально смотрел на него холодным взглядом. Он подошел к креслам и сел в одно из них, очевидно предназначенное для Пинкстера и стоящее у стола. Аукруст поставил свой бокал рядом с телефоном и сказал:

– Если ты настроен праздновать, давай сначала поговорим о деньгах.

– Я же тебе чертовски много заплатил, – сказал Пинкстер и потрогал раздражение, выступившее вокруг рта – Мы оговорили твою плату за доставку портрета Девильё.